Сколько часов он сам провел за книгами, пытаясь разобраться в собственной связи с Источником?

С того момента прошло восемь дней, но Кэт так и не почувствовала Акселя. Если вообще чувствовала его хоть раз. Вина ворочалась внутри Теона: если вся эта история с «близнецовым пламенем» окажется ложной, Аксель возненавидит его за то, что он позволил Кэт принять метку. Но теперь было уже поздно что-либо менять. Оставалось только двигаться вперед и надеяться, что из этой встречи выйдет хоть какой-то толк.

На воротах, к которым они приблизились, сидела белая сова; она издала громкое уханье. Теон кивнул стражу-оборотню, понимая, что сова возвестила об их прибытии. Несколько широких ступеней вели к дому, где на крыльце развалились два крупных снежных барса, не сводя с гостей золотистых глаз.

— Зара. Нико, — поприветствовал Теон брата и сестру, которые часто стояли в карауле.

Они были дальними родственниками Альфы и Беты, и он не помнил ни одного визита, когда бы их здесь не было.

Двойные двери распахнулись, и на пороге возник широкоплечий мужчина с бесстрастным лицом. Его грязновато-светлые волосы длиной ниже плеч были заплетены в косы, а виски выбриты. Мускулистый и высокий, этот оборотень-волк был редкостной сволочью. Именно поэтому его держали для встреч и сопровождения гостей к Альфе и Бете.

Он редко утруждал себя разговорами, но сегодня, видимо, был исключительный случай. Его темно-синие глаза сузились, впившись в Тристина.

— Какого хрена ты тут забыл?

Тристин в своей истинно высокомерной манере выудил самокрутку магвуда из кармана коричневой кожаной куртки.

— Давненько не виделись, Альтаир, — ответил он, раскуривая лист. — Решил заскочить, поболтать о том о сем.

— Мы здесь не за этим, — вмешался Теон, бросив на Тристина гневный взгляд. — Он здесь, потому что помогает мне в конфиденциальном деле. Альфа и Бета ждут меня.

— Я знаю, что они ждут тебя, — отозвался Альтаир, не сводя глаз с Тристина. — Но готов поспорить, его они не ждут. Обычно тебя сопровождают брат и Лука.

Он был прав, что снова возвращало Теона к чувству «неправильности» происходящего без них, но в нем также проснулось любопытство: что же произошло между Блэкхартом и оборотнями? Оборотни были обидчивы, и они точно не те люди, с которыми хочется враждовать.

— Как бы то ни было, — произнес Теон, позволяя своей магии лениво заструиться вокруг него, пока он поправлял манжеты рубашки под пиджаком. — То, кто меня сопровождает, не должно заботить никого, учитывая, какую свободу я вам здесь предоставляю. Согласен? — взгляд Альтаира переметнулся на него, и улыбка Теона стала натянутой и острой: — Дело срочное, так что веди нас к Килиану и Жизель. Сейчас же!

Это был приказ доминанта.

Губы Альтаира сжались в тонкую линию, и он отступил, пропуская их внутрь.

Пол был устлан богато украшенными коврами, скрадывающими шаги. Их провели мимо панорамных окон в комнату, расположенную в глубине скальной ниши. Окон здесь не было. Только два непомерно больших кресла впереди, подозрительно похожих на те, что занимали Лорды и Леди на заседаниях Трибунала.

На левом кресле сидел мужчина. Его смуглая кожа казалась еще темнее в тусклом свете, отбрасывавшем длинные тени. Он был крепко сложен. Его каштановые волосы с одной стороны были сбриты, а с другой — достигали талии. Оливковые глаза внимательно следили за вошедшими, лицо оставалось суровым.

На втором сиденье расположилась женщина. Слово «красивая» не отдало бы ей должного. Ее винно-красные волосы касались ключиц, а светло-серые глаза скользили по гостям с насмешливым блеском. Высокие скулы, полные губы и еще более полная грудь с изгибами, заставлявшими оборачиваться и мужчин, и женщин. Она пила из золотого бокала, закинув ногу на ногу.

Они были истинной парой, а еще оба являлись оборотнями Силы. В то время как большинство оборотней имели лишь одну альтернативную форму, оборотни Силы могли превращаться в любое животное или человека, и встречались они крайне редко. Настолько редко, что Теон знал лишь шестерых во всем Подземелье. Кроме того, они могли манипулировать энергией и материей, хотя у каждого была любимая форма. Килиан предпочитал крупного черного ягуара, а Жизель часто обращалась в гигантского питона.

Двери за их спиной гулко захлопнулись, но Теон знал, что Альтаир остался снаружи.

— Благодарю, что согласились принять меня, — сказал Теон, позволяя своей тьме дрейфовать вокруг него. Одновременно как предупреждение и как напоминание о том, кто он такой.

— Все что угодно для Лорда королевства Ариуса, — промурлыкала Жизель, и ее голос прошелся по нему чувственным касанием.

— Он еще не Лорд Ариус, — глубоким голосом отозвался Килиан. — И приводить Тристина Блэкхарта в наш дом — не лучший способ начать разговор. Разве он не передал тебе, что ему здесь не рады?

— Я довел до его сведения, что мое присутствие вряд ли пойдет на пользу делу, но вы же знаете, какими бывают Лорды и Леди, — со снисходительным вздохом вставил Тристин, затягиваясь. — Никто не в силах указывать им, что делать.

Теон медленно повернулся к нему. Но Тристин, казалось, не заметил взгляда, небрежно выпуская дым. Подавив раздражение, Теон снова обратился к оборотням.

— Тристин — не ваша забота. Он сопровождает меня по другому вопросу, но давайте перейдем к сути, — сказал Теон. — Мне сообщили, что у моего отца есть владения в районе Развлечений. Как новый Лорд Ариуса, я заявляю на них права. Мне нужно знать их расположение.

— Понятия не имею, о чем ты говоришь, — ответила Жизель, и если бы Теон не знал, насколько коварны оборотни, он бы ей поверил.

Возможно, она и говорила правду, но они лгали так гладко, что верить им на слово было невозможно. Ему нужны были доказательства, но если владений действительно нет, как это доказать?

— Даже если бы мы знали, как уже было сказано — ты еще не Лорд Ариуса, — добавил Килиан.

— Формальность, — фыркнул Теон. — Так или иначе, я — исполняющий обязанности Лорда. Даже если бы это было не так, я все еще Наследник королевства Ариуса. И именно мое королевство позволяет вам столь свободно управлять этим Районом. Думаю, при необходимости это можно довольно быстро изменить.

Его сила сгустилась, тьма затопила изумрудную радужку глаз. Оборотни не шелохнулись, но и возразить им было нечего.

— Но раз уж мы уладили эти вопросы, — продолжил он, позволяя магии угаснуть и втягивая тьму обратно, оставляя лишь едва заметные нити. — Я также готов заплатить за информацию столько, сколько потребуется.

— Неужели? — спросила Жизель, подперев подбородок рукой и взбалтывая вино в чаше.

— Да, — немедленно ответил Теон.

— А если цена будет не в деньгах?

Все пошло не так, как он планировал, но он сказал:

— Я слушаю. Если цена в пределах разумного.

— В пределах разумного? — Жизель коротко рассмеялась. — Какая цена может быть слишком высокой за сведения, которые тебе так отчаянно нужны?

Он подумал было солгать насчет своего отчаяния, но кого он обманывал? Аксель пропал несколько недель назад. Он был в отчаянии.

Взгляд Жизель метнулся к Кэт, которая тихо стояла на шаг позади него — так, как всегда учили фейри.

— Она не участвует в переговорах, — быстро отрезал Теон.

— Какой собственнический настрой по отношению к своей фейри, — цокнула Жизель.

— Не собственнический, а защитный. Я обязан обеспечивать безопасность тех, кто находится под моей защитой, — ответил он, его магия дрожала от желания ускорить процесс.

— Совсем как в отношении твоего народа, — заметила она.

— Да, именно.

— И к твоей семье.

— Да, — процедил он сквозь зубы.

— Рада, что ты это понимаешь, — продолжила она. — Потому что мы тоже очень ревностно защищаем тех, за чью безопасность отвечаем. Свой народ. Свою семью.

На ее губах заиграла понимающая усмешка, когда заговорил Килиан.

— А что твои спутники? Готовы ли они заплатить такую цену?