Лилура посмотрела на него без тени страха.

— Я знаю, кто она для тебя, сын Ксана.

— Ты знаешь Луку? — опешила Тесса.

Лука выглядел не менее пораженным тем, что к нему обратились в этом видении.

— Я — нет, — ответила Лилура. — А она — да.

Секунду спустя пурпурно-черный дракон взмыл из-под острова, солнечный свет заиграл на его крыльях. Дракон издал рев, описывая круг над ними, и Тессу внезапно притянуло к груди Луки.

— Где мы? — прошипел Лука ей в ухо, его вертикальные зрачки были прикованы к дракону.

— Не знаю, — огрызнулась она. — Ты-то как здесь оказался?

— Без понятия.

Они наблюдали, как дракон спускается все ниже, пока не вспыхнул бледный пурпурный свет и к ним не вышла женщина. На ней были черные штаны и черная рубашка с длинным рукавом. Она выглядела более современно, чем Лилура. Темно-фиолетовые волосы доходили до плеч, колыхаясь при ходьбе, а ее глаза были такого оттенка коричневого, что казались багровыми.

Она остановилась перед ними, вся ее поза была хищной, и Лука задвинул Тессу себе за спину. К его раздражению, та выглянула из-за него, чтобы обратиться к Оборотню:

— Ты знаешь Луку?

— Лука? — переспросила женщина. — Это не то имя, под которым я его знала, но мы едва начали ходить, когда виделись в последний раз.

— О чем ты говоришь? — потребовал Лука. — Я тебя никогда в глаза не видел.

Она изучала его, подходя ближе и глубоко вдыхая воздух.

— Это было столетия назад, но…

— Тогда это был не я. Мне всего двадцать девять лет, — прервал он ее.

— Интересно, — сказала она, склонив голову набок. — Но твой отец Ксан? Тебя когда-то звали Разик?

У Тессы отвисла челюсть.

Эта женщина знала Разика?

— Нет, — отрезал Лука.

— Довольно, — вмешалась Лилура. — Пока твой Хранитель не вмешался…

— Я не ее Хранитель, — сказал Лука одновременно с Тессой, которая выпалила: — Он не мой.

— Некая колдунья искажает твои видения, — сказала Лилура, игнорируя их обоих.

— Как и это? — спросила Тесса, выходя из-за спины Луки, несмотря на его ворчливые протесты. — Поэтому Лука здесь со мной?

Лилура еще раз окинула Луку взглядом.

— Этого я не знаю, но он защищает тебя даже здесь.

Снова раздался рев: и Лука, и Тесса посмотрели на небо. Потребовалась минута, чтобы разглядеть серебряного дракона на фоне облаков, но при его появлении женщина-дракон выругалась.

— Я разберусь, — бросила она Лилуре. — Уводи их отсюда.

Затем она побежала, прыгнула с обрыва и прямо в воздухе обернулась драконом.

— Вам пора, но будь осторожна со своими видениями. Не все в них истина, — сказала Лилура. — И передай ему, что я все еще жду того танца.

ГЛАВА 24. Аксель

— Тебе стоит выпить немного, — сказал Теон, протягивая ему бутылку с кровью.

— Нет, — отрезал Аксель, глядя куда угодно, только не на рацион.

Вид крови вызывал у него одновременно и тошноту, и дикое желание осушить все залпом.

Когда Джиа сочла, что Кэт уже можно перемещать, Теон донес ее до места, откуда Тристин смог совершить перемещение. Ее доставили в комнату Акселя в поместье Ариуса, где она, судя по всему, жила в последнее время. Корбин и Лэнг занимали комнату напротив, а через две двери от них поселились Разик и Элиза. Акселю сообщили лишь самые краткие подробности того, что произошло за время его отсутствия. Честно говоря, большее он бы сейчас и не переварил. Он принял душ, надел чистую одежду, поел нормальной еды и проспал почти сутки.

В другой комнате.

Все его существо бунтовало против этой мысли, но он не доверял себе настолько, чтобы рискнуть проснуться и не броситься на нее тотчас же.

Потому что теплая кровь, свежая, прямо из тела?

Она была куда лучше той охлажденной дряни, что предлагал ему Теон. Она дурманила. Это был наркотик, в котором он хотел теряться снова и снова.

Аксель прищурился на заходящее солнце, лучи которого били в окно. Подойдя к нему, он плотно задернул шторы. Он настолько привык к приглушенному свету Подземелья, что солнечный свет сейчас причинял глазам физическую боль.

Ему сказали, что пока он спал, заходила Сиенна проверить Кэт. От этого стало чуть спокойнее, но он хотел поговорить с ведьмой лично. И не только о Кэт. Джиа ясно дала понять, что разговор необходим.

— Мне нужно проверить кое-что в Доме Ариуса. Тристин меня переместит, — сказал Теон, закрывая бутылку. — Хочешь со мной? Или мне все еще ждать команды «вольно», прежде чем сообщить матери, что ты нашелся?

— Пока не говори ей, — ответил Аксель, опускаясь в кресло в изножье кровати. Не слишком близко, но достаточно, чтобы видеть ее. Он никому не сказал ни слова о возможном ребенке. Еще одна тема, которую он хотел обсудить с Сиенной.

— Дам тебе еще день-два, но потом ты обязан ее навестить, — произнес Теон. — Она места себе не находила от тревоги за тебя и отца.

— Да, хорошо, — пробормотал Аксель.

— Тогда я пошел. Телефон при тебе, если что-то понадобится, так?

Аксель вскинул голову, пораженный.

— В смысле «пошел»? Ты не можешь оставить меня с ней наедине.

Теон медленно моргнул.

— Я и не оставляю, Аксель. Корбин и Лэнг внизу. Разик и Элиза в конце коридора. Они не выходят из своей комнаты, если только мы не изучаем что-то вместе, но это грозная парочка.

— Но кто-то должен быть здесь, со мной, постоянно, чтобы я не…

Он не смог договорить. По крайней мере, кто-то помог ей умыться и переодеться в чистое. Но ему сказали, что она приходила в сознание лишь на несколько минут то тут, то там, и в этом была его вина. Слишком много крови. Он выпил из нее слишком много.

— Тот факт, что ты сидишь здесь и изводишь себя этими мыслями, говорит мне, что ты в здравом уме, — сказал Теон. — Твои резервы силы полны. Просто не пользуйся магией, и все будет в порядке до моего возвращения через пару часов. Тристин заглянет, и Сиенна тоже проверит Кэт.

Аксель кивнул, хотя «в порядке» он не был ни капли. Что-то упало ему на колени. Опустив взгляд, он увидел свои наушники.

— Послушай музыку, — посоветовал Теон. — Собери новый плейлист, а? Только самые лучшие песни, какие найдешь.

Аксель снова кивнул. Эта мысль принесла крупицу покоя. Именно Теон научил его использовать музыку, чтобы сохранять спокойствие и заглушать мир, когда это необходимо. Он говорил ему те же слова давным-давно, в день, когда их отец был в особенно скверном расположении духа. Тогда Теон отдал ему свою лучшую пару наушников и велел найти лучшие песни. Это был первый раз, когда Аксель по-настоящему понял, от чего именно брат его защищает.

Аксель вставил наушники, листая треки в телефоне, но не мог сосредоточиться. Бри отпустила его. Он знал, что в этом должен быть подвох, но пока не рассказывал об этом Теону. Он был слишком занят попытками… выжить? Уложить все в голове? Понять, что делать с Кэт и ребенком.

Аксель подался вперед, упершись локтями в колени, запустил пятерни в волосы и сцепил пальцы на затылке. Лишь когда боковым зрением он уловил движение, он осознал, что в ушах все еще играет музыка. Из-за нее он не услышал, как она проснулась.

Кэт пыталась выбраться из постели, зажимая рот рукой.

— Тебе нельзя вставать, — сказал Аксель, отбрасывая наушники и бросаясь к ней. — Серьезно, Кэт. Оставайся в кровати.

— Тебе этого не захочется сейчас видеть, — выпалила она. — Потому что меня сейчас стошнит прямо на постель.

— Ничего страшного. Я поменяю белье.

Она покачала головой, все еще пытаясь подняться, и вместо того, чтобы спорить, он подхватил ее под руку и помог.

— Я в порядке, Аксель, — прохрипела она, пытаясь высвободиться.