− Он сам так просил его называть. Правда, я его практически не помню, − тут её взгляд немного погрустнел, − Он погиб, когда я была ребёнком.

− Что произошло? — участливо поинтересовался Игорь.

− То же, что и происходит со всеми мужчинами, не знающими, когда следует остановиться, − Элина закатила глаза, выражая своё отношение к подобным людям, и у Игоря вдруг из ниоткуда возникло желание никогда не оказаться в той категории, которую она осуждает. — Он слишком много рисковал и в один момент это привело к его смерти.

Элина нахмурила изящный лоб и потёрла висок. Игорь обратил внимание, что на её тонких аристократичных пальцах нет ни намёка на украшения, которыми так любили увешиваться девушки. Лазарев перевёл взгляд на аккуратное ушко, выглядывающее из-под белоснежных волос: на розовой мочке не было ни серёг, ни отверстий, в которых их можно было бы закрепить.

− Дядя… Он был слишком увлечён своими поисками, − задумчиво продолжила Элина. — Редкие вещи, которые он упорно именовал «артефактами», в большинстве своём являлись сущими безделицами.

− Это не безделицы! — горячо возразил Хвой. — А очень ценные для рунистов вещи. Они помогают…

− Ему не помогли, − мягко оборвала его Элина. — Он собрал с собой всю свою коллекцию, увешался всем, чем только можно, но вернуться из Лабиринта всё равно не смог.

− Что за Лабиринт? — насторожился Игорь.

− Лабиринт Руниста, − надув от важности щёки, принялся объяснять Хвой. — Место настолько же легендарное, насколько и опасное. Говорят, оттуда никто не возвращался живым.

− И… Зачем же он туда пошёл?

− Говорю же — он был увлечён своими поисками, − Элина пожала миниатюрными плечами. — Бальса буквально бредил ими, и пройти мимо такого места он попросту не мог. Вроде как рассчитывал найти там что-то ещё для своей коллекции. Теперь правды уже никто не узнает.

− За ним никто не пошёл? — удивился Игорь.

Хвой снисходительно улыбнулся:

− Тут, наверное, стоит объяснить, что такое Лабиринт Руниста. Не так далеко от города есть аномалия, в которой, согласно легенде, некогда обосновался некий рунист. История не сохранила его имени, однако доподлинно известно одно: пещера, в которой он располагался, донельзя напичкана различными ловушками. Лезть туда — чистой воды самоубийство.

− И что, никто не лез?

− Почему же, − Хвой почесал зелёную бровь, − Энтузиасты находились. Для рунистов это место чуть ли не священно: они посещают его, но почти никто не заходит внутрь. Те же, кто всё же решается…

− Остаются там навсегда, − припечатала Элина, которой, по-видимому, словоизлияния Хвоя порядком надоели.

Игорь повернулся к ней, ожидая продолжения, но девушка, по-видимому, уже сказала всё, что хотела, а потому замолчала. Тогда он спросил её:

− Ты сказала, что он увешался кучей артефактов?

Элина фыркнула:

− Ну, можно сказать и так. Собрал все побрякушки, найденные им за годы странствий, сказал, что любая из них может пригодиться, и отправился в Лабиринт Руниста. С тех пор мы не видели ни этих вещей, − она кашлянула, − ни его самого.

− Этот Лабиринт… Где он находится?

− Не так далеко отсюда, − ответил Хвой, пожав плечами. — К востоку от города, километрах в сорока, есть небольшой лес. В одном из холмов за ним — на его вершине нагромождение из камней, так что не ошибёшься, − пещера, вход в которую скрывается между валунами. Там и начинается Лабиринт Руниста.

Игорь внимательно слушал Хвоя, запоминая описанный маршрут, но взгляд Лазарева то и дело возвращался к Элине. Девушка, утратив интерес к разговору мужчин, подошла к одному из кустов, высаженных вдоль парковой дорожки, и бережно опустила на него крохотную ладонь. Игорь посмотрел на свои руки: покрытые шрамами, с широкими ладонями и сбитыми костяшками пальцев, они отличались от рук Элины, как старый лесной волк отличался от породистой кошки. Неведомо от чего смутившись, Игорь убрал ладони в карманы джинсов.

Наблюдая за девушкой, Игорь не сразу заметил, как куст под её рукой начал меняться. Листья позеленели, и между ветвей проглянулись крохотные бутоны. Они раскрывались буквально на глазах, будто в ускоренной съёмке, и уже через несколько секунд куст был усеян расцветшей сиренью. До ноздрей Лазарева донёсся нехарактерный для осени запах.

− Ну вы скоро? — раздавшийся откуда-то сбоку резкий голос разрушил идиллию. Подошедший к ним парень с волосами цвета пепла выглядел чуть старше Игоря: впрочем, вполне возможно, что это было из-за морщин, рано обосновавшихся на лбу. Вот и сейчас парень хмурился, переводя взгляд чёрных, резко выделяющихся на фоне бледного лица глаз с Лазарева на Элину и обратно. На Хвоя он даже не смотрел.

− Да, мы почти закончили, − ответил ему Хвой, раздражённо дёрнув щекой. Похоже, общение с гостем не слишком-то его радовало.

Пепельноволосый парень вздёрнул острый, похожий на нож подбородок:

− Давайте уже быстрее. Нас ждут. Элина, пойдём отсюда.

Девушка кинула на Игоря извиняющийся взгляд, − мол, прости, но нам и вправду пора, − и сказала ему, даже не обернувшись в сторону пепельноволосого:

− Рада была знакомству, Игорь. Ну, ещё увидимся.

− Взаимно. Всего доброго, − рассеянно ответил он.

Девушка развернулась и пошла к выходу из парка. Смерив Лазарева долгим неприязненным взглядом, пепельноволосый парень направился следом за ней. Его длинные волосы взметнулись в воздух, вызвав у Игоря осуждение вперемешку с сочувствием: похоже, к тому времени, как парень зашёл в парикмахерскую, мужские стрижки уже закончились.

− Игорь, это всё, что ты хотел узнать? — помявшись, уточнил Хвой. — Если да, то я тоже пойду.

− Это её парень?

Хвой удивлённо вскинул брови — такого вопроса он явно не ожидал.

− Тёрн-то? Нет. Не совсем. То есть… Он, конечно, хотел бы этого, и, вполне вероятно, что брак между ними будет заключён, но… В общем, нет, − Хвой решительно тряхнул головой и повторил, словно стремясь убедить самого себя. — Нет, они не встречаются.

− Так говоришь, будто тебе бы этого совсем не хотелось, − заметил Игорь. Хвой фыркнул:

− Разумеется, не хотелось бы. Элина мне как сестра. А какого здравомыслящего человека обрадовало бы, если бы его сестра была с напыщенным индюком, будь он хоть трижды сильнейшим молодым элементалем Дома?

− Ты прав, − усмехнулся Игорь. — Никакому.

− Ладно, пойду я. Давай, пока.

− Счастливо, Хвой, − Игорь крепко пожал протянутую руку, и зеленоволосый парень, кивнув ему, двинулся следом за своими друзьями. Если, конечно, они являлись таковыми: насчёт Тёрна, например, Лазарев уверен не был.

Он достал из кармана телефон и набрал номер Кратова. Информацией, которую он узнал, требовалось немедленно поделиться: если Хвой и Элина сказали правду, значит, с большой долей вероятности фальсиформика в числе прочих найденных Бальсой предметов осталась в Лабиринте Руниста. Если так, то проникать в Дом Деметры не было никакого смысла. Следовало как можно скорее отправляться в Лабиринт.

Из телефона раздались гудки. Игорь терпеливо выжидал, однако ответа не последовало, и тогда он набрал номер ещё раз. И снова. Трубку не поднимали.

Игорь выругался. Время, которое он просил выждать, ещё не истекло, однако Филипп не отвечал на звонки. Причины, конечно, могли быть разными, и паниковать определённо не стоило, однако одна догадка плотно засела в голове Лазарева и никак не хотела её покидать, как бы он ни старался убедить себя, что всё в порядке.

Филипп не стал ждать и отправился в Дом Деметры.

Не выдержав, Игорь стремительным движением поднялся на ноги. Он задержался лишь на секунду, чтобы сорвать один из пучков сирени, распространяющей приятный умиротворяющий запах. Впрочем, Игоря он нисколько не успокаивал.

***

Чтобы добраться до Лабиринта Руниста, Игорь арендовал машину. Хвой не соврал — искомый холм выделялся на фоне остальных как своими размерами, так и венчающими вершину камнями. Заглушив двигатель, Лазарев выбрался из автомобиля и осмотрелся.