— Все это для меня слишком сложно.
— Это действительно сложно — вначале. Когда-то я был совсем юным учеником мага, и мне все это казалось ужасной тарабарщиной. Но если желаешь, я могу тебе кое-что показать, — Ан Грах встал с табурета, аккуратно поправил свою одежду. — Пойдем на свежий воздух. Попробую дать тебе урок прикладной магии. Надо же когда-то начинать играть в серьезные игры!
О, брат Кирилла свет Сергеич, как интересно развиваются события! Еще недавно ты считал себя героем, прикончившим мерзкую нежить, которая тут всех держала в страхе и считалась непобедимой. А оказывается, все дело не в тебе, а удачном стечении обстоятельств. И я на самом деле не Гудвин Великий и Ужасный, а обычный дилетант, который без Уитанни и волшебных подарков от благоволящих мне эльфов давно бы уже стал кормом для орденских оборотней. И все мои подвиги на самом деле были только прелюдией к настоящей битве — той, в которой без помощи Даэг ан Граха мне не обойтись.
Кстати, старый эльф упорно не желает, чтобы я называл его Тейо. Видимо, прежнее имя напоминает ему о каких-то очень тяжелых воспоминаниях. И воспоминания эти, как я сильно подозреваю, связаны с моим папашей.
Однако, то новое, что я узнал о Вильяме де Клерке, просто поражает воображение. Этот де Клерк просто Вечный Жид какой-то. Бессмертный менестрель, мелькнувший в истории человечества под именами Вийона, Шекспира и еще Бог знает кого. А какой у меня повод гордиться собой — я вроде как сын Шекспира получаюсь! Ага, дети лейтенанта Шмидта в чистом виде. Но так говорит старый эльф. Может, де Клерк приврал ему насчет своих реинкарнаций, людям творческим вообще свойственно иногда пофантазировать.
А если это правда? Тогда родословная у меня — закачаешься….
А еще понять бы мне смысл дела, из-за которого я попал в эту реальность. Теперь, когда я кое-что узнал о книгах Азарра, мне еще непонятнее интерес господина Маргулиса к этим книгам. Если я правильно понял Тейо, де Клерк по памяти переписал эти книги еще в 14 веке, после своего первого возвращения из Элодриана в свой мир — и бежал от инквизиции в такой спешке, что бросил их. Или не бросил, а оставил намеренно, в расчете, что если с ним случится что-нибудь, эти книги прочитают? Блин, аж башка пухнет от догадок.
Предположим все так, как я думаю, и господин Маргулис пожелал заполучить эти таинственные книги не только потому, что они есть памятник старины глубокой и стоят кучу денег. Возможно, он лучше других осведомлен об истинном, мистическом характере этих книг. Раньше я мог только подозревать это, но теперь, когда я знаю многие подробности (полагаю, еще далеко не все!), я почти уверен в своих выводах. Постой, постой…
Что там Вероника накопала в сети по поводу родителей Маргулиса? Отец моего работодателя, Михаил Иосифович, работал в КБ «Пламя» — была такая режимная контора в моем родном городе Н-ск до перестройки. Черт, но ведь и мой отец, Сергей Москвитин, там работал до того самого момента, когда они с мамой разошлись, и отец уехал в Москву за хорошей жизнью! Мне тогда было лет десять, то есть это был тысяча девятьсот восемьдесят второй год, именно тогда проект отца, как он говорил маме, закрыли в связи с его бесперспективностью. Правда, отец Маргулиса умер задолго до того, как отец начал в этом КБ работать, но это не имеет никакого значения. Опять можно предположить, что папа каким-то образом продолжил исследования Маргулиса-старшего и…
И получил некую информацию о том, как можно изменить ход времени и спасти Элодриан.
А если пойти еще дальше, детектив Москвитин? Если допустить, что этот самый секрет Маргулис-старший в свое время каким-то образом узнал именно из манускриптов де Клерка? Наивный и восторженный менестрель прочел книги Азарра буквально, а Маргулис, — или кто-то еще, — сумел расшифровать их мистическое содержание и узнал правду? Даэг ан Грах говорит, что каждая из рун содержит еще и мистическое значение, и можно в качестве рабочей версии принять то, что Михаил Иосифович Маргулис, ученая голова, сумел докопаться до истинной сути таинственных книг Изначальных. Понял, что рукописи де Клерка, которые всегда считались просто чернокнижием, на самом деле всего лишь копии волшебных книг другого мира, прочитал их правильно, так, как надо?
И все это приводит меня к тому, что Маргулисы, отец и сын, тоже связаны с Элодрианом. Они как зеркальное отражение меня и отца. Только этим объясняется то, что Маргулис нанял именно меня, а не другого детектива.
Интересно…
Стоп, но тогда возникает вопрос — если старший Маргулис видел эти загадочные тексты, читал их, то почему у Маргулиса-младшего их нет? Или тут дело в каких-то государственных секретах, о которых я просто не знаю?
Все эти вопросы надо приберечь на потом, когда я встречусь с господином Маргулисом в моей реальности. И вот тут он молчанием от меня не отделается. И премией в пять тысяч долларов тоже. А пока у меня и без этого полно забот. И первая из них — это Уитанни.
Я вижу, что моя гаттьена все больше и больше привязывается ко мне. Всегда считал, что кошки не отличаются преданностью и постоянством, но, видимо, я ошибался. Если я что-нибудь понимаю в любви, то это любовь. Я вижу ее в глазах Уитанни, слышу в ее голосе, в том, как она ведет себя, когда мы вместе. Мне кажется, она пытается сделать все, чтобы я увидел в ней не оборотня, а женщину. И я не могу этому сопротивляться. После всего, что мы пережили, после катакомб Роэн-Блайна, она для меня — самое родное и близкое в этом мире существо. И все призрачнее становится барьер, который отделяет эту привязанность от любви, причем, как я все чаще чувствую — взаимной.
А это означает для меня только одно: я не хочу и не буду рисковать жизнью Уитанни даже во имя самых благородных целей. Пусть люди сражаются и умирают, но это чудесное существо должно жить. Я так решил. Как говорят в армии — принимаю огонь на себя?
Вот и сейчас, сижу я в шатре, ломаю себе голову над разными загадками, а моя мурлыка лежит на постели и делает вид, что спит. На самом деле кокетничает: то так повернется, то так раскинется, то ножку вытянет — мол, глянь, какая я вся из себя красивая! А ведь красивая, до боли в глазах. Да я только за то весь этот гребаный Орден порву, что они таких красавиц убивали.
Рано утром придет старый ан Грах и снова будет учить меня магическим кунштюкам. Сегодня я выучил аж четырнадцать рун и научился чертить их рукой в воздухе. Правда, свечения нет никакого, но эльф доволен моими успехами. А пока надо поспать. Забыть обо всем и поспать. Чувствую, надо пользоваться этой тишиной и этим безмятежным покоем, пока есть такая возможность.
Надо насладиться тишиной перед боем…
Глава третья
— Готов начать? Отлично. Соберись, сосредоточься, выброси из головы все лишнее. Думай только о Силе. О том, что ты можешь сотворить невозможное. Глаза закрывать не надо — ты должен видеть цель. Выпрямись, дыши ровно. Посох возьми за середину в левую руку — да, вот так. Хорошо. А теперь вытяни перед собой правую руку, раскрой ладонь. Вон тот камень — он будет твоей целью. Приготовься. Готов?
— Да, Даэг.
— Запомни, друг, твоя рука не должна дрожать. Движения должны быть естественными и легкими, как… как у художника, когда он пишет кистью. Теперь аккумулируй энергию на кончиках пальцев. Думай о Силе. Освободи свой внутренний заряд. Ты должен ощутить тепло в кончиках пальцев. Чувствуешь?
— Да, кажется, чувствую.
— Не кажется, ты должен быть уверен в каждом слове и каждом жесте! Раскрой пальцы, сделай их веером. Да, вот так. Думай о Силе. Поверни раскрытую ладонь к камню. Представь, что ты и камень связаны невидимой пуповиной. Смотри на камень, внимательно, изучи его, замечай все его свойства — цвет, форму, положение в пространстве. Попробуй ощутить его плотность, его температуру. Думай о камне. Он для тебя сейчас — центр всего мироздания. Так, а теперь черти в воздухе руну «Джель».