Брэкс нерешительно вновь забрался на кровать.

Вина взвилась до небес, и я подтянула к себе простынь, вытирая слезы со щек.

— Ничего, Брэкс. Ничего такого не произошло. Я сейчас здесь. Хорошо? Все в прошлом и больше не имеет значения.

Брэкс покачал головой с выражением паники в глазах.

— Может, тебе нужно обследование? Мы можем поехать прямо сейчас. Я чувствую себя бесполезным.

Мысль о том, что придется с кем-то говорить, привела меня в неописуемый ужас.

— Нет, все хорошо, честно.

Брэкс выдохнул, и его плечи поникли. Его голос задрожал, когда слова печали срывались с его губ.

— Тесс, мне так жаль, что я не смог остановить их. Я прокручиваю тот день в памяти снова и снова. Я хочу убить себя за то, что не смог остановить их, я заслуживаю отправиться в ад за то, что не послушал тебя. Я заставил тебя зайти в то кафе. Это моя вина

Паника вспыхнула во мне. Я не могла видеть, насколько Брэкс раздавлен. У меня не было сил успокоить его, как и у него их не было для меня.

Я села рядом, крепко прижимая к себе простынь, убеждаясь, что мое тело прикрыто. Приблизилась к нему на коленках, взяла лицо в свои руки.

— Ты не виноват. Никто не смог бы их остановить. — Мое тело напряглось, вспоминая Кожаного Жилета. — Никто, понимаешь? Мы должны простить друг друга.

Брэкс опустил голову.

— Ты не ненавидишь меня? За то, что не послушал? Я провел два последних месяца, думая, что ты мертва. А потом ты вернулась ко мне израненная и психически сломленная…

Я вздрогнула. Со мной произошло многое, но психически я была в порядке. Кью не победить.

Он посмотрел на меня, в глазах было страдание.

— Я очнулся в мужском туалете, один. Тебя не было. Не знаю, как я добрался обратно в отель, но как-то я это сделал. Полиция организовала отряд для твоего поиска, но они не надеялись, что найдут тебя. Они прекратили поиски через неделю, затем подключилось Австралийское посольство. Они помогли мне добраться домой.

Он грубо рассмеялся.

— Они доставили меня домой одного. Одного! Без тебя. Как они могли подумать, что я могу начать новую жизнь? Я хотел остаться и продолжать поиски, но полиция заверила меня, что те, кто был в кафе, пересекли границу.

Брэкс схватил меня за руку и стиснул до боли.

— Куда они тебя забрали?

Я была готова слушать историю Брэкса. Было заметно, что произошедшая ситуация подкосила его, но моя история... Я не могла. Я не могла рассказать ему те ужасы, которые произошли со мной в Мексике. Я не могла рассказать ему об изнасиловании, когда я убежала. Я не могла быть честной и рассказать, сколько для меня значил Кью. Как сильно я желала его — даже сейчас. Я унесу это с собой в могилу.

Брэкс схватил мое запястье, рассматривая его. Проводя по нему пальцем, поглаживал линии штрихкода, затем пробормотал.

— Это они сделали? Ублюдки. — Он опустил руку и развернул запястье, как будто оттого, что он не хотел смотреть, татуировка исчезнет. — Зачем они сделали тебе татуировку?

Я подняла руку и потрогала место за ухом, ужас пронзил меня. У меня под кожей все еще находилось отслеживающее устройство. Кью мог снять трекер, но что, если мексиканцы вновь могли найти меня. Или, может, оно дезактивируется спустя некоторое время? Мне нужно было выяснить, как вытащить это из-под кожи.

Заставляя себя сохранять спокойствие, я сказала:

— Не волнуйся обо мне, расскажи, что случилось с тобой. Так ты добрался домой, а дальше? Я так переживала, что ты был один. Прости, что оставила тебя.

Слезы наполнили глаза с осознанием того, что Брэкс страдал и полностью раздавлен произошедшим. Скорее всего, его кошмары стали еще хуже.

— Когда я добрался домой, предпринимал попытки все расследовать самому, куда дальше забирают похищенных женщин из Мексики. Но согласно газетам украденных девушек никогда не находили. Некоторые находились в Испании, некоторые в Саудовской Аравии, но их никогда не оставляли в живых. Мое сердце словно вырвали из груди. Я думал, что никогда не увижу тебя. — Его голос дрожал, почти срывался, он смотрел на меня с таким страданием. — Затем ты позвонила. Я хотел убить себя за то, что не смог ответить. Но мой босс умолял меня выйти на работу, и я безропотно согласился. Когда вернувшись с работы, я услышал твой голос, то хотел разбить телефон на мелкие кусочки. Я ужасно мучился. — Его грудь поднималась и опадала, руки были сжаты в кулаки. — Но ты дала мне его имя. Мерзкого ублюдка звали Кью Мерсер. Ты дала мне подсказку. Я понятия не имел, какого хрена ты находишься во Франции, но сразу же позвонил федералам, и они начали все расследовать с новой силой. Они нашли этого богача, он жил в окрестностях города Блуа во Франции и владел огромной корпорацией. Я пытался его погуглить, но, к сожалению, не смог. Ни одной его фотографии или намека на то, что он мог сделать с тобой.

Он тяжело вздохнул, прежде чем продолжить, будто освобождая себя от ночного кошмара.

— Полиция сдержала слово, они сказали, что будут расследовать до последнего, пока не найдут тебя, не освободят и не упрячут его за решетку. Я надеюсь, они его схватили, и он будет гнить в тюрьме.

Мысль о мертвом Кью заставила мое сердце превратиться в камень, я задержала дыхание. Ненависть в голосе Брэкса была подобна ледяной воде, которую выплеснули на меня со всего размаха. И меня просто прорвало:

— Кью Мерсер был не тем, кем я предполагала. Я убежала, но только навлекла на себя еще большие проблемы. Кью спас меня, — я говорила и говорила, не в силах остановить себя. По телу прошла нервная дрожь, когда я вспомнила Тварь. Убирая все воспоминания в дальний ящик, я добавила с нажимом: — Кью спас меня, помог мне преодолеть все, что произошло, а затем отпустил.

Эти два пункта наиболее важны из всего, что я сказала. Это была моя история, которую я приукрасила и смягчила для него, нацепив на нее красивый розовый бантик.

Брэкс нахмурился и скривился.

— Он что, просто отпустил тебя? Полиция не приходила?

Я улыбнулась.

— Полиция приходила, спасибо тебе, что помог им найти меня. Но Кью отпустил бы меня по собственной инициативе. — Мое сердце скрутило от боли; как бы я хотела, чтобы этого не произошло. Я не хотела покидать его. — Видишь ли, он помогал женщинам, которые были проданы и надломлены в психологическом плане. Он покупал их, но когда они приходили в себя, то отпускал домой.

Я не могла усмирить гордость, которая нарастала в груди. Кью не был монстром. Может он и думал, что был, но нет. Монстр бы насиловал, избивал, пытал и убивал. А не предлагал свободу.

Брэкс расслабился.

— Так он не трогал тебя? Ты была в безопасности все это время?

Я опустила глаза и подтянула простынь немного выше к горлу.

Я выпрямилась, надеясь все-таки суметь утаить от него всю правду.

— Я получила это все, когда убежала. Я жила в достатке и богатстве, у меня даже появилась подруга Сюзетт. — Я попыталась улыбнуться, но слезы грозили пролиться в любую минуту. — Я... Я в порядке. Честно. Вместе мы сможем выкарабкаться и попытаться наладить жизнь.

Он склонил голову на бок, и на минуту мне показалось, что он не купился на мою ложь. Затем потянулся ко мне и заключил в объятия.

Брэкс поцеловал меня в макушку, еле слышно повторяя:

— Все наладится. Ты дома. Я больше не спущу с тебя глаз.

Я прижалась к нему сильнее, но не произнесла ни слова в ответ.

Глава 23

*Дятел*

Человек может приспособиться ко всему. А вот человеческое сердце — нет.

Прошел месяц, и старая жизнь потихоньку начинала возвращаться на круги своя, как будто я никогда и не покидала Австралию. Спустя две недели после моего возвращения, я позвонила своим родителям

Брэкс рассказал им, что произошло в Мексике, в ответ на его рассказ они кремировали моего старого игрушечного единорога и развеяли его прах, выдавая за мой, на заднем дворе, полностью уверовав в то, что я умерла. В их старческих, затуманенных маразмом рассудках мое возвращение было тяжелым испытанием, поэтому, как вы понимаете, ни о каком втором счастливом шансе и говорить не приходилось.