— Вы хороший человек, — сказал Джек. — Моей Бети с вами будет хорошо. Я хочу, чтобы она была счастлива.

— Она не твоя, а моя, — поправил его Джейс.

— Но вначале она была моей, — прошептал Джек.

Полицейский повел Джека к выходу. Джейс смотрел ему вслед. Джек шел тяжелой шаркающей походкой человека, которому значительно больше его двадцати с лишним лет.

— Джейс!

Он обернулся и увидел Миа. По обе стороны от нее стояли Гейб и Эш.

— Это правда? Она проснулась? Я слышала, ты сказал это Джеку.

Взгляд Джейса потеплел. Он улыбнулся своей семье:

— Да, она проснулась. Не так давно. Мы успели поговорить. Она была совершенно сбита с толку. Не понимала, что с нею. — Его улыбка погасла. — Мне пришлось рассказать про Джека.

Глаза Миа были полны искреннего сострадания.

— Как она отнеслась к этому? — хмуро спросил Гейб.

— Сам понимаешь как, — вздохнул Джейс. — Сильно огорчилась. Но она крепкая девочка и понимает, что и так сделала для этого придурка все возможное.

— Можно нам пройти к ней? — спросила Миа.

— Да, сестренка. Но вначале я должен спросить у эскулапов, можно ли ей есть. Она проголодалась. Если есть уже можно, я пообещал ей роскошное угощение. Никакой больничной бурды.

— Тогда я слетаю и добуду еды для всех нас, — вызвался Эш.

— Спасибо, старик. Нам всем не помешает подкрепиться. Вы же просидели тут целую ночь. Наверное, стоит поехать по домам и немного отдохнуть.

— Сначала мы навестим Бетани, — сказала Миа. — Пусть знает, что рядом с ней те, кто ее любит.

Джейс крепко обнял сестру:

— Спасибо, моя заботливая сестренка.

— Давай, братец, иди и узнавай насчет того, можно ли Бетани есть. Я сама жутко проголодалась. Надеюсь, мне тоже немного перепадет от обещанного роскошного угощения.

* * *

Дверь палаты открылась, и в нее вошли улыбающиеся Гейб, Миа и Эш. Их улыбки стали еще шире, когда они увидели, что Бетани уже не лежит, а сидит на кровати. Джейс сжал ей руку и тоже улыбнулся:

— Похоже, нас ждет настоящее пиршество.

У Эша в руках были бумажные пакеты и контейнеры с едой навынос. Он положил все на краю кровати, затем подошел к Бетани и поцеловал в щеку:

— Ну и напугала же ты нас, дорогая.

Бетани молча улыбнулась. Эш не удержался и крепко обнял ее. Потом не менее крепко ее обнял Гейб, а затем Миа. Та успевала не только обнимать Бетани, но и без умолку тараторить, отчего у Бетани начала кружиться голова.

— Вот угощение для тебя и всех нас. Со вчерашнего дня у нас сухой корочки во рту не было, — пояснил Эш.

— Спасибо вам, что были рядом, — шмыгая носом, сказала Бетани. — Так здорово, когда столько людей о тебе заботятся. Для меня это очень непривычно.

Джейс еще крепче сжал ее руку. Взгляд Эша потеплел, а Миа подозрительно зашмыгала носом, готовая расплакаться вместе с Бетани. Гейб наградил ее еще одним крепким объятием и поцеловал в макушку.

— Ты полноправный член нашей семьи, — произнес Гейб. — Возможно, у нас и не самая нормальная семья, но теперь ты наша, и это главное.

— О лучшей семье я не могла и мечтать, — улыбнулась Бетани.

Эш подал ей пластиковый контейнер, заполненный чем-то фантастически ароматным и, наверное, вкусным. Заглянув внутрь, Бетани увидела, что там полным-полно ее любимой простой еды. Ломтики жареного сыра, вонтоны с крабами, жареные ребрышки, картофель фри, китайская лапша и яичный рулет. Все это было настолько невероятным, что Бетани завороженно смотрела на яства, игнорируя протесты изголодавшегося желудка.

Когда следом Эш вынул бутылку апельсинового сока, Бетани не выдержала и заплакала.

Ее реакция испугала Эша. Гейб и Миа тревожно переглянулись. Джейс нагнулся к Бетани. Он тоже был обеспокоен.

— Малышка, в чем дело? Ты хотела не этого? Тогда скажи, чего тебе принести, и я мигом закажу.

— Просто все это… слишком совершенно, — всхлипывая, пояснила Бетани. — Эш принес все, что я обожаю. И даже апельсиновый сок не забыл.

Эш довольно ухмыльнулся. Джейс облегченно вздохнул. Миа и Гейб снова переглянулись и вдруг принялись хохотать. Эш тоже захохотал. Их смех был слишком заразительным, и Джейс не смог удержаться. А вскоре уже и Бетани весело хихикала, вытирая слезы со щек.

— Какая же я дура, — вздохнула она. — Мне принесли мою самую любимую еду, а я веду себя так, словно мне дали кусок черствого хлеба. Никак не могу привыкнуть.

— Привыкнешь, — успокоила ее Миа, пристраиваясь рядом. — Кстати, я тоже все это люблю.

Эш деликатно сел на край кровати, в ногах у Бетани:

— Джейс, ты узнал, когда Бетани можно будет забрать домой?

Джейс вздохнул:

— Я успел повоевать с больничными бюрократами. У них, видите ли, этот случай проходил по категории «попытка суицида». А значит, требовалось заключение психиатра, освидетельствование и прочая канитель. Я им все-таки втолковал, что никакой попытки не было. Теперь нужно дождаться результатов анализов. Если показатели будут благоприятными, то завтра утром Бетани выпишут. Кейден уже дал показания полиции, но они хотят поговорить и с Бетани. Правда, не знаю, как им это поможет. Она ведь помнит лишь то, что происходило до ее отключки.

Бетани шумно вздохнула, что не мешало ей дожевывать ломтик сыра. Джейс ободряюще сжал ее колено, продолжая рассказывать остальным о своей беседе с врачом.

— Джек сейчас в тюрьме? — вдруг спросила она, когда Джейс закончил рассказ.

— Да, малышка. Когда я пошел сообщить нашим, что ты проснулась, его как раз уводили. Он согласился на принудительное лечение, поскольку в этом случае я обещал нанять ему адвоката. Если адвокат сумеет договориться с окружным прокурором, Джек отделается условным сроком и его немедленно отправят на лечение.

— Спасибо тебе, Джейс. Ты ведь не обязан был это делать. Я же знаю, как зол ты был на Джека. Ты имел все основания злиться. И все-таки ты решил ему помочь.

— Малышка, я сделал это не для него, а для тебя.

— Знаю, — прошептала Бетани. — И люблю тебя за это.

Его глаза стали мягкими, как растаявший шоколад.

— И я люблю тебя, малышка.

Бетани подавила зевок, отправив в рот очередной вонтон. Она медленно жевала, наслаждаясь бесподобным вкусом. Потом настал черед лапши. Пальцы Бетани были перепачканы соусом, которым она поливала жареные ребрышки. К тому времени, когда она поглотила значительную часть того, что принес Эш, она почти безостановочно зевала.

— Нам пора двигаться, — заявил Гейб. — Бетани явно хочет спать, да и всем нам не помешает. Поехали по домам.

— Спасибо, что были рядом со мной, — снова сказала Бетани. — Для меня это очень важно. И спасибо за вашу заботу.

Гейб улыбнулся, взъерошил ей волосы и поцеловал в щеку. Миа, по обыкновению, крепко ее обняла, Эш тоже обнял и поцеловал в лоб.

— Дорогая, мы покидаем тебя, но ненадолго. Выспись хорошенько, чтобы завтра уже быть дома.

— Это я могу, — заулыбалась Бетани.

Когда они ушли, Бетани устало откинулась на подушку. Контейнер с остатками еды по-прежнему стоял у нее на коленях. Джейс забрал его и опустил изголовье кровати.

— Малышка, тебе пора спать.

— Ты останешься? — спросила она, боясь, что он уйдет и ей придется ночевать в палате одной.

— А куда мне идти, если ты здесь? Я лягу рядом с тобой, и ты уснешь в моих объятиях.

— Как хорошо, — обрадовалась Бетани. — Мне так не хотелось ночевать одной. Мне жутко неуютно в больницах.

— Ты больше никогда не будешь одна, — нежно произнес Джейс, и его глаза, полные любви, подкрепляли это обещание.

Не раздеваясь, Джейс лег рядом с ней, повернувшись на бок и обняв Бетани, как он делал до этого. Он поцеловал ее в лоб, а потом прижался щекой к ее лицу.

— Я люблю тебя, — прошептала Бетани.

— И я люблю тебя, малышка… Я ведь чуть тебя не потерял. Больше такое не повторится.

Бетани улыбнулась и еще крепче прижалась к его сильному телу, наслаждаясь покоем и безопасностью. Ощущение, что она чужая в мире Джейса, полностью исчезло. Теперь у нее была семья, в которой она чувствовала себя абсолютно своей.