— Разумеется, дорогой месье Пуаро.

Они вышли в коридор, и комиссар открыл дверь соседнего купе. Шторы на окне были подняты до половины. Убитая лежала на боку лицом к стене в такой естественной позе, словно спала. Месье Кау осторожно повернул ее на спину, и Катарин вскрикнула, сжав руки. Лицо было изуродовано до неузнаваемости.

Пуаро резко спросил:

— Когда это было сделано, до или после смерти?

— Врачи сказали, после, — ответил месье Кау.

— Странно! — Пуаро сдвинул брови, повернулся к Катарин. — Будьте мужественны, мадемуазель, хорошенько посмотрите на нее. Вы уверены, что это та самая женщина, с которой вы вчера общались?

У Катарин были крепкие нервы. Она заставила себя внимательно осмотреть убитую. Затем подалась вперед и прикоснулась к руке бедной женщины.

— Я совершенно уверена, — заявила она наконец. — Лицо трудно узнать, но фигура, рост, цвет волос не оставляют сомнений, и потом я узнала это.

— Она показала на маленькую родинку на запястье убитой. — Я заметила ее, когда говорила с ней.

— Bon[16], — сказал Пуаро. — Вы очень наблюдательны, мадемуазель. Таким образом, вопрос об идентификации трупа решен; но все это очень странно.

Он недоуменно указал на лицо убитой.

Месье Кау пожал плечами.

— Возможно, убийца сделал это в припадке злобы, — предположил он.

— Если бы она не лежала так спокойно, это было бы возможно, — размышлял Пуаро. — Человек, который задушил ее, сделал это безо всякого труда. Небольшой шок, и все, конец. Но почему он потом так изуродовал ее лицо? Почему? Надеялся, что ее не узнают? Или он так ненавидел ее, что не мог видеть лица даже мертвой?

Катарин задрожала.

— Не позволяйте мне пугать вас, — обратился он к ней. — Для вас это необычно и ужасно. Для меня, о Господи, это обычная история. Один момент.

Пуаро тщательно осмотрел одежду убитой. Затем прошел в соседнее купе, где Катарин видела служанку.

На сидении лежали три или четыре пледа, шляпная коробка, саквояжи.

Неожиданно он спросил Катарин:

— Вы были здесь вчера. Как вам кажется, здесь что-нибудь изменилось, может быть, что-то исчезло?

Катарин внимательно осмотрела оба купе.

— Да! Исчезла яркая сафьяновая шкатулка. На ней были инициалы «Р.В.К.» Я видела ее на коленях у служанки.

— Вот как? — заметил Пуаро.

— Но ведь наверняка… — начала Катарин. — Я… я ничего в этом не понимаю, но наверняка совершенно очевидно, что и служанка, и шкатулка исчезли?

— Вы хотите сказать, что это сделала служанка?

— Нет, мадемуазель, против этого есть веский аргумент, — сказал месье Кау.

— Какой?

— Служанка осталась в Париже. — Он обратился к Пуаро:

— Я хотел бы, чтобы вы выслушали эту историю. Она очень убедительна.

— Мадемуазель, конечно, тоже захочет послушать, — предположил Пуаро. Вы не возражаете, господин комиссар?

— Нет, — ответил комиссар, хотя было видно, что он возражает. Конечно, нет, месье Пуаро, если вы этого хотите. Вы уже закончили здесь?

— Думаю, да. О, еще минуту!

Он заглянул под пледы, нашел там что-то, подошел к окну, потом вернулся, держа «это» двумя пальцами.

— Что это? — спросил месье Кау.

— Четыре рыжих волоса. — Он повернулся к убитой. — Они принадлежали мадам.

— Ну и что? Разве это важно?

— А разве нет? На данной стадии расследования мы не знаем, что важно, а что нет, и потому должны внимательно относиться к каждой детали.

Они вернулись в купе, и вскоре перед ними предстал проводник.

— Ваше имя Пьер Мишель? — спросил комиссар.

— Да, месье комиссар.

— Я хочу, чтобы вы повторили этому джентльмену, — он указал на Пуаро, — все, что рассказали мне.

— Хорошо, господин комиссар. Это было вскоре после того, как мы отъехали от Парижа. Я пошел стелить постель на ночь, думая, что мадам будет обедать в вагоне-ресторане. Но в ее купе стояла корзинка с едой. Она сказала, что вынуждена была оставить служанку в Париже и надо застелить только одну постель. Она перенесла корзинку с едой в соседнее купе и находилась там, пока я стелил постель. Затем сказала, что не хочет вставать рано, что любит поспать. Я сказал, что все понял, и она пожелала мне доброй ночи.

— Вы заходили в соседнее купе?

— Нет, месье.

— В таком случае вы вряд ли могли заметить сафьяновую шкатулку среди других вещей?

— Я ее не видел, месье.

— Мог ли в соседнем купе прятаться человек?

Проводник подумал.

— Дверь была полуоткрыта, — ответил он. — Если человек стоял за дверью, я не мог его заметить, но, несомненно, мадам увидела бы его.

— Действительно! — сказал Пуаро. — Вы можете добавить что-нибудь еще?

— Думаю, это все, месье. Больше я ничего не могу вспомнить.

— А сегодня утром? — поинтересовался Пуаро.

— Как и велела мне мадам, я не стал тревожить ее. Лишь перед Каннами осмелился постучать в дверь. Не получив ответа, открыл ее. Мне показалось, что леди спит. Я тронул ее за плечо, чтобы разбудить, и…

— И увидели, что произошло, — перебил Пуаро. — Tres bien! Полагаю, я узнал все, что котел узнать.

— Надеюсь, месье комиссар, — робко произнес проводник, — что я не сделал ничего предосудительного. Такой кошмар, и где? В Голубом поезде! Это ужасно!

— Успокойтесь, — сказал комиссар, — вы все сделали правильно.

— И вы доложите об этом компании?

— Конечно, конечно! Мы немедленно сделаем это.

Проводник вышел.

— Врач считает, — сказал комиссар, — что леди была мертва до того, как поезд прибыл в Лион. Кто же убийца? Как рассказала мадемуазель, где-то по пути леди должна была встретиться с мужчиной, о котором говорила. То, что она оставила служанку, кажется мне важным. Быть может, мужчина сел в поезд в Париже и расположился в соседнем купе? Если так, они могли поссориться и он мог убить ее в припадке ярости. Это одна возможность. Есть и другая, которая представляется мне более вероятной. Убийца — дорожный грабитель, который ехал этим же поездом. Он и украл шкатулку, в которой наверняка были драгоценности. Возможно, он вышел в Лионе, мы уже телеграфировали туда с просьбой разузнать, кто выходил из поезда.

— Или он доехал до Ниццы, — пробормотал Пуаро.

— Может быть, — согласился комиссар, — но это слишком рискованно.

Помолчав, Пуаро сказал:

— А если это так, то вы все равно считаете, что убийца — обычный дорожный грабитель?

Комиссар пожал плечами.

— Пока неясно. Надо разыскать служанку. Возможно, сафьяновая шкатулка у нее. Тогда мужчина, о котором говорила погибшая, наверняка замешан в этом деле, тогда это убийство в состоянии аффекта. Сам я думаю, что дорожный разбой более вероятен. Бандиты в последнее время совсем обнаглели.

— А вы, мадемуазель, — Пуаро повернулся к Катарин, — ничего не слышали и но видели ночью?

— Ничего, — ответила Катарин.

Пуаро обратился к комиссару:

— Полагаю, мы можем более не задерживать мадемуазель?

Комиссар кивнул.

— Она оставит нам свой адрес? — спросил он.

Катарин дала им адрес леди Темплин. Пуаро отвесил ей легкий поклон.

— Вы не возражаете, если мы увидимся снова, мадемуазель, — спросил он, — или у вас так много друзей, что вам будет не до меня?

— Напротив, — ответила Катарин, — мне совершенно нечего делать, и я буду рада видеть вас.

— Великолепно! — Пуаро дружески кивнул ей. — Это будет «roman pollcler a nous»[17]. Мы вместе будем расследовать это дело.

Глава 12

На вилле «Маргарита»

— Так ты оказалась в самом центре событий! — восторженно воскликнула леди Темплин. — Моя дорогая, как это волнует. — Она широко раскрыла голубые глаза и вздохнула.

— Настоящее убийство! — ликовал мистер Эванс.

— Шабби ничего такого и в голову не пришло, — продолжала леди Темплин.

вернуться

16

Хорошо (фр.)

вернуться

17

«Наш полицейский роман» (фр.)