Майкл Энтони достал упаковку жвачки и предложил Питу. Пит покачал головой — сначала отрицательно, потом положительно. Возможно, удастся заполучить отпечатки этого человека.

Однако Майкл Энтони протянул Питу упаковку, чтобы тот сам достал пластинку.

— Я тоже, Пит, работаю на одного человека. И я не должен говорить, кто это, а ты не должен спрашивать. Хорошо?

— Ага, — не очень уверенно ответил Пит.

— Этот кто — то, на кого я работаю, станет платить тебе кучу денег, если ты будешь играть за Шормонт. Ты как раз относишься к тому типу игроков, которые нужны команде. Так как ты ни в первый, ни во второй раз не отказался от денег, мы считаем, что предложение тебя заинтересовало. По правде говоря, четыре тысячи — это пустяки.

Пит поперхнулся и чуть не проглотил жвачку.

— Никто не знает, сколько ты получишь в следующий раз. Это одно из правил моего шефа. В общем, чем лучше ты играешь, тем больше ты получаешь.

— Я просто должен играть в баскетбол? И все? — спросил Пит.

— Правила просты, — сказал Майкл Энтони. — Во — первых, ты должен хорошо играть. Во — вторых, ты должен учиться. В этом мы не можем всегда помогать, но периодически мы будем говорить, какие предметы ты должен выбрать. Ты не будешь обсуждать наши отношения ни с одной живой душой — ни с твоими друзьями, ни с игроками команды. И еще, ты никогда не станешь пытаться выяснять, кто я такой, и кто посылает тебе деньги. Ну, что скажешь?

— Э — э… Я не знаю…

Пит старался следовать инструкциям Юпа, который сказал, что нужно тянуть время. Но Майкл Энтони, похоже, начал терять терпение.

— Пит, у тебя было достаточно времени, чтобы подумать об этом. — В его еще спокойном голосе появилась некоторая нервозность. — Каждый мальчик, играющий в баскетбол за школьную команду, мечтает о том, что когда-нибудь он попадет в НБА. Это единственный шанс для баскетболиста зарабатывать большие деньги. А знаешь, сколько человек попадает в НБА в год?

— Сто? — попытался отгадать Пит.

— Пятьдесят. Не правда ли, шанс заработать большие деньги не очень — то велик? И если ты умный человек (а я думаю, что ты умный человек), ты не станешь питать иллюзии начет того, чтобы сделать карьеру игрока в школе. Мне нужно составлять список игроков. Итак, ты в команде?

— Да, скорее всего, — ответил Пит. — Через несколько дней я смогу дать вам окончательный ответ.

— Это большой шаг. Принять важное решение непросто, конечно.

Майкл Энтони положил руку Питу на плечо, развернув его спиной к океану, и они пошли в сторону стоянки.

— Видишь «порш»?

— «Порш — тагра»?

— Конечно, не конфетка…

— Восемьдесят шестого года, правильно?

— Правильно. Вот ключи, Пит.

Пит опустил взгляд: солнце играло на серебряных ключах, лежавших на ладони Майкла Энтони.

— Что вы имеете в виду? — удивился Пит. Сердце его билось сильней обычного.

— Машина твоя. Вернее, она пока тебе не принадлежит окончательно, но скоро она может стать твоей. Только ты, конечно, понимаешь, что именно я хочу услышать в ответ на наше предложение, — сказал Майкл Энтони, снова пожимая руку Пита. — Решай. Я позвоню тебе завтра.

— Он уходит, Юп, — сообщил Пит. — Спокойно, не торопясь, словно в мире нет ничего, что его волнует. Он сел в машину. Номера я отсюда не вижу. Я собираюсь пойти посмотреть «порш». Извини, совсем забыл: я должен открыть багажник. Я иду.

Когда автомобиль Майкла Энтони скрылся из вида, Пит развязал багажник и выпустил Юпа.

— Юп, иди сюда. Ты только посмотри! — Пит суетился вокруг «порша». — Неужели это мне? Как ты думаешь, Юп, что все это значит?

— Это значит, что тебя покупают.

— Ладно. Посмотрим, что ты скажешь, когда я тебя прокачу. — Пит открыл водительскую дверь и заглянул внутрь. — Давай прокатимся, Юп. Садись!

— Пит, ты хоть что-нибудь сейчас соображаешь? — сказал Юп. — Он уходит, мы должны ехать за ним!

— Ехать за ним? — повторил Пит. Казалось, слова Юпа до него не доходят.

— Это же Майкл Энтони! — воскликнул Юп. — Мы должны выяснить, куда он направился.

— Точно, так и сделаем, нет проблем, здорово сообразил, залезай, — обрадовался Пит. Вот и появился настоящий повод прокатиться на этой прекрасной машине. — Нет, постой!

— Что значит постой?! Он уходит! — И Юп уселся рядом с водительским местом.

Пит сбегал к «корыту» за солнечными очками и автомобильными перчатками.

— О`кей, едем, — сказал он, и рев мотора в двести сорок семь лошадиных сил подтвердил его намерение.

— А что с «корытом»? — спросил Юп.

— Пусть себе ржавеет! — крикнул Пит в ответ.

МЯЧ В КОРЗИНЕ

Пит и Юп сидели в «порше», который так и не двигался с места.

— Да он же уходит! — орал Юп. — Жми на газ!

— Погоди, — сказал Пит, изучая приборы управления, — я хочу разобраться, где тут что.

В голосе Юпа появились нотки воспитателя детского сада:

— Это — руль. — И он ткнул пальцем в руль. — А это — переключатель скорости, а вот та педаль внизу — это газ. Предлагаю всем этим воспользоваться!

Пит не обращал на него внимания, изучая кнопки на панели приборов.

— Юп, знаешь ли ты, почему многие владельцы умудряются вдолбать свои новенькие «порши» в деревья в первый же день после покупки? Они думают, что ездить на «порше» то же самое, что ездить на обычной машине.

Юп грустно покачал головой.

— Теперь понятно, почему у полиции нет таких машин. Ведь не сдвинувшись с места, не раскроешь ни одного преступления. Что очень напоминает нашу ситуацию.

Неожиданно машина рванула вперед с такой силой, что Юпа буквально вмяло в кожаное сиденье. Сначала было слышно, как заскрежетал гравий под колесами, а потом автомобиль словно оттолкнулся от земли и ракетой помчался вдоль океана.

— Вот это да! — воскликнул Пит, уверенно переключая скорость. — Я же едва дотронулся до педали!

Синий «порш» все быстрее несся по извилистому шоссе, повинуясь Питу. Юп следил за дорогой. Машина, которая только что была впереди, теперь безнадежно отставала.

— Не вздумай обогнать Майкла Энтони, нам нужно просто не упускать его из виду, — сказал Юп.

— Ах, да. Черный «тандербэрд». Совсем новый. — С этими словами Пит плавно сбросил скорость.

Юп, подавшись вперед, осмотрел бардачок, пепельницу и кармашек для карт на двери.

— Нет никаких бумаг, — сообщил он, — ни единого подтверждении того, что она кому-нибудь принадлежит. Мы даже не знаем, ездил ли на ней кто-нибудь раньше. Придется проверить по номерам. Может, так мы выясним, кто такой мистер Энтони или на кого он работает.

— Вон там, впереди, — это он, — сказал Пит.

— Сохраняй дистанцию, — предупредил Юп, заметив черный автомобиль, — ему не надо знать, что его преследуют.

— Да, никаких проблем, — сказал Пит. — Только пусть никогда не останавливается. Это райская машина.

Утопая в удобном сиденье, Юп на минутку представил себе, какие лица были бы у его друзей в Роки — Бич, если бы те увидели их с Питом разъезжающими на «порше». Он видел их растерянность и зависть в их глазах.

— Эй, смотри, он поворачивает! — воскликнул Пит, возвращая Юпа обратно к погоне. — И прямо в «Оушн клаб».

— Вот это уже интересно, — сказал Юп, — как — никак самый элитарный загородный клуб во всей округе.

— Итак, Юп, — Пит затормозил у длинной извилистой дороги, ведущей к зданию клуба, — какие наши действия? Ведь нас оттуда вышвырнут.

— Отпустим его вперед, а чуть погодя подъедем, спросим, кто был в черном «тандербэрде», развернемся и уедем, — уверенно ответил Юп.

Служебная будка, к которой подкатил Пит, стояла в тени огромного белого кирпичного особняка «Оушн клаба». За этим зданием на обширной территории среди деревьев разместились теннисные корты, плавательные бассейны и поле для гольфа на 18 лунок.

Пит затормозил и опустил стекло, чтобы спросить одного из служащих парковки про черный «тандербэрд». Но молодой человек поспешно открыл со стороны Пита дверцу машины.