— Порядок, — улыбнулась им Аш, всем видом выражая непоколебимую уверенность. Что творилось у нее в животе, никого не касалось. — Теперь наш черед подтянуть задницы, ребята. Где мастер де Ла Марш? Выждем час — и посылаем к королю-калифу гонца, от которого он услышит именно то, чего ожидает.
Роберт Ансельм, не дав ей закрыть рот, поинтересовался:
— Да? И кто ж это будет?
— Если послать для переговоров о сдаче города не Фернандо дель Гиза, — с сожалением сказала Аш Оливеру де Ла Маршу, — Гелимеру это покажется подозрительным.
Солнце Стефанова дня утонуло в молочно-багровой дымке. С сумерками начался снегопад: мелкие хлопья проваливались в пустую тьму. Аш захлопнула ставни в герцогских покоях, на секунду прижалась лбом к холодному дереву, прислушалась к голосам, звучавшим в ней:
— …МАЛАЯ ТЕНЬ, СКОРО СТАНЕТ ПОДОБНА ДРУГИМ ТЕНЯМ, ПРИЗРАК; НЕБЫЛЬ, МЕНЬШЕ, ЧЕМ СОН…
Их сила вымывала ее, как течение быстрой реки. Лоб стал горячим и влажным — Аш сопротивлялась. Когда она выпрямилась, губы искривила легкая улыбка.
— Не сдаетесь, да?
— ЧУВСТВУЕШЬ, КАК РАСТЕТ НАША СИЛА?..
— …СКОРО, УЖЕ СКОРО…
Она отогнала страх, прошла через опустевшую комнату.
— Не покажется, если его заменит кто-либо, обладающий достаточно высоким рангом, — возразил стоявший возле камина де Ла Марш. — Я должен взять это на себя. Я — бургундец, капитан-генерал.
— Верно. Однако Гелимер способен подвергнуть герольда пытке, чтобы окончательно убедиться в его правдивости. Я испытала это на себе. — Аш спокойно смотрела в глаза героя Бургундии. — Кое-кто знает о наших планах слишком много, в том числе вы, и я тоже. Ни один из нас не годится. Разумнее послать Фернандо.
Если бы только он не потребовал перед уходом свидания со своей сестрой герцогиней…
И де Ла Марш, и Ансельм явно думали о том же, но даже здесь никто не решился выговорить этого вслух. Аш покосилась через просторные покои на фигуру в чепце с валиками и парчовом платье, дернула щекой.
— Думаю, Фернандо лучше не встречаться с герцогиней.
Джон де Вир выглянул из второго, еще не закрытого ставнями окна в темноту, скрывавшую крыши Дижона. Его лицо все еще хранило то самое выражение, с которым он взглянул тогда на брата, повторив убитым голосом:
— Вы хотите, чтобы я надел это?
— Уберите лампу или отойдите от окна! — зарычал на юного англичанина Ансельм и добавил, в ответ на удивленный взгляд Джона: — Хочешь поярче осветить им мишень, парень — ваша милость?
Джон де Вир поискал глазами слуг, никого не нашел и неловко затворил створки собственноручно. Ансельм дружески хлопнул его по бархатному плечу и отошел к огню.
— Слушайте, босс, — Роберт взглянул на Аш. — Гелимер знает, что вы не ладите со своим муженьком. Придушите Фернандо — и пошлите кого-нибудь другого с его трупом. Поясните, что вы уладили свои семейные дела. Мертвый Фернандо уже не станет болтать лишнего. А новый посланец отлично сможет вести переговоры.
— Я не хочу его убивать.
Эти слова вырвались прежде, чем она успела обдумать ответ. Ансельм странно взглянул на нее. Де Ла Марш, ничего не заметив, согласно кивнул.
— Он брат ее милости герцогини, мне бы не хотелось предавать его смерти без ее согласия.
Тоже объяснение…
— Если запереть его в тюрьму… — начала она.
Ансельм перебил:
— Сунуть «брата Фернандо» в тюрягу — значит вызвать неизбежные толки. Очень возможно, что у них в городе есть шпионы, которые не преминут донести, что он в последнее время не виделся с сестрой. И тогда дерьмо пойдет косяком. — Он уставил палец на Аш. — Плевать, что скажет док. Прикончить его, и все дела!
Ее окатило холодом сквозь скудное тепло камина. Аш потянулась, разминая занемевшие конечности, и сделала пару шагов по голым половицам. Их скрип пронзительно прозвучал в полной тишине.
— Нет.
— Но, босс…
— Принесите мне его облачение священника, — сказала Аш. — Трупов у нас хватает! Скажешь, нет, Роберто? Найдите тело подходящего роста и оденьте в рясу. Запихните в клетку и вывесьте на крепостной стене — желательно, чтоб это выглядело, как человек, умерший с голоду. А наш герольд может намекнуть Гелимеру, что я выяснила отношения с бывшим мужем… — Она прищурилась. — Хорошо бы немного попортить лицо. С них станется изобрести какую-нибудь штуковину вроде голема, способную различить лицо за четыреста ярдов.
Де Ла Марш кивнул.
— А самого Фернандо дель Гнза?
Аш перестала расхаживать, подняла голову.
— Посадите его с пленными. Вместе с Виолантой, Аделизой и Фарис. Фарис может пригодиться исповедник — других-то арианских священников у нас нет. Дадим ему возможность с ней поговорить.
Роберт Ансельм промолчал, просто коротко кивнул, но Аш перехватила взгляд, на который решила не отвечать. Помолчав, он все-таки открыл рот:
— И кого же ты намерена послать, чтоб ему прижгли яйца?
Аш побарабанила пальцами по стальному бедру.
— В идеале — персону достаточно высокопоставленную, и в то же время совершенно не осведомленную о наших военных делах.
Оливер де Ла Марш щелкнул пальцами.
— Знаю! Виконт-мэр Фолло.
— Ричарда Фолло? — задумалась Аш.
Ла Марш, с истинно-рыцарским презрением к человеку, который не сражается ради собственного удовольствия — или хотя бы ради славы, — передернул плечами.
— Дева, разве не очевидно? Он штатский. Более того, он известный трус. Если ему сказать, что мы готовы сдаться, он будет торговаться самым искренним образом.
Речь благородного рыцаря!
— Вы хотите сказать, никто о нем не пожалеет? — спросила Аш, с удивлением поймав себя на жалости к человеку, выбранному козлом отпущения.
— А этот толстый болван справится? — поинтересовался Роберт Ансельм, вызвав смех Ла Марша и презрительный оскал Джона де Вира.
С одной стороны, Ричард Фолло — самовлюбленный надутый скандалист. С другой — он мэр, горожанин, его семья еще жива; жалко терять своих людей, даже самых противных.
«Кажется, ты так рвешься спасти его именно потому, что он тебе не нравится…»
— Насчет высокопоставленных, — заметила Аш. — Догадываюсь, что он все же способен выболтать Гелимеру что-нибудь полезное. Оливер, вы не пошлете одного из своих герольдов назначить встречу между Фолло и… с их стороны, наверно, будет Санчо Лебрия?
Де Ла Марш кивнул и, поднявшись, направился к дверям.
— Где же… — Аш беспокойно забарабанила пальцами и вновь пустилась мерять шагами пол. — Где? Где Гелимер?
— Нашли! — сказала Аш.
Ей довольно было одного взгляда на лучащееся гордостью лицо Эвена Хью. Братья Тиддеры, облаченные в грязные визиготские туники поверх кольчужных рубах, выглядели не менее довольными собой.
— Пароль-то вы нам подсказали, босс, — кивнул уэльсец. — А на пехоту кто оглянется? Неплохо он там устроился. Получше вас, босс. Рабов полно, да еще те каменные слуги, и все такое. И жаровен хватает. Такая жара, что кожа на роже плавится. Первый раз по-настоящему согрелся за черт знает сколько времени.
Аш ущипнула себя за переносицу и посмотрела на него.
— Мы бы его достали, если б сумели. — Уэльсец не скрывал досады. — С охраной у них все в порядке. Кажись, его и в сортир дюжина стражников провожает! Не так легко было подобраться, даже чтоб убедиться, что это он.
— Лук? Арбалет? Аркебуза?
— Не-а. Ясно, почему ребята, кого мы посылали, до него не добрались. Охрана у него толковая. И не думай браться за оружие, где он расположился.
— И где же это? — нетерпеливо спросила Аш. «Только бы не на южной стороне, — заклинала она. — Только бы не пришлось переправляться через реку, пусть даже замерзшую».
Черные от грязи руки Эвена Хью развернули перед ней лист бумаги. Тиддеры склонились над его плечом. Уэльсец пробежался пальцем по черным линиям, очерчивающим городскую стену, русла рек на востоке и на западе и открытую с севера долину. Линии визиготского лагеря, прежде набросанные почти наугад, теперь были вырисованы уверенной рукой. Эвен Хью постучал пальцем по листу.