— Не сбились? — выкрикнул Ансельм, топая рядом с ней с обнаженным мечом в руке. — Куда?..
Аш захлестнула паника. «Не в ту сторону?..»
— Вперед!
Откуда-то доносилось шипение, словно на раскаленный жир выплеснули воду. Общий шум прорезали крики. В легких застыла пустота, жадно требующая воздуха; ноги болели; влажное горячее дыхание мешалось с запахом железа внутри шлема.
Перед Аш вдруг открылось пустое пространство.
Она увидела утоптанную землю дороги, обломки луков…
«Отстаю, потому и пусто…»
Она заставила себя приналечь. Разрыв не уменьшался.
«Зараза, не могу…»
Решетка забрала потемнела. Аш вслепую шагнула, споткнулась, вскинула руку к глазам — пальцы стали мокрыми. Окровавленной перчаткой она вздернула салад, перекосив его набок, захлебнулась запахом. Прямо перед ней мелькали поднимающиеся и опускающиеся лезвия алебард; над их головами реяло широкое полотнище знамени Льва, и рядом — знамя Бургундии.
— Эй, там! — завопила Аш. — Слушать команду, чтоб вас!..
Кто-то налетел на нее сзади — то ли кто-то из людей Рочестера, то ли он сам. Аш неуклюже споткнулась, заскользила каблуками по льду и съехала к краю дороги, увидев поверх шлемов и султанов — визиготских! — дощатые стены барака. Вся свалка, в центре которой она оказалась, медленно оттеснялась вправо, уходя от чего-то слева от нее…
— …Стрелы, трах вас!
Жесткий толчок развернул ее голову вправо. Вывернутую шею пронзила боль. Перед глазами сверкнул наконечник копья. Чекан зацепился за что-то на подъеме… рука в стальных наручах мелькнула перед Аш, копье скользнуло по выпуклому наплечнику, и удар пришелся ей в грудь кирасы, развернув на пол-оборота. Аш высвободила свое оружие. Раздался женский визг. Визигот-копьеносец, оказавшийся в поле зрения Аш, упал к ее ногам.
Она вогнала шип чекана ему в икру, а латник в форме Льва опустил на открывшееся лицо свою палицу. Кровавые осколки зубов и костей лица брызнули ей на нагрудник.
Древко знамени, покосившись, ударило Аш по правому плечу. Тяжелое тело в броне ударило сзади: искалеченный визигот, приподнявшись на колени, цеплялся за пояс латника, вгоняя кинжал ему между ног. Фонтан крови…
«Нельзя было подпускать их так близко…»
Ее все теснили вправо. На обочине Аш чуть не упала: древко знамени, застряв между шлемом и наплечником, клонило к земле.
— Не… задерживаться!
Она рванулась и, высвободившись, развернулась налево. Том Рочестер подхватил соскользнувшее с плеча древко.
Их окружали со всех сторон визиготские белые ливреи и кольчужные доспехи.
Том открыл рот, крича ей что-то.
Клинок меча ударил его спереди по лицу, соскользнув вверх от наустника, и лицо скрылось под широкой струей крови.
Аш обеими руками сжала рукоять чекана, вбила короткий шип под поднятую руку визигота, пробив кольца кольчуги подмышкой. Удар отозвался в руке до самого плеча. Чекан не шел обратно, ей на руки хлынула кровь из развороченной раны. Подбежали люди в красно-синем, оттянули ее в сторону. Аш едва сумела удержать в руках рукоять… «Господи Иисусе, я смотрю не в ту сторону, меня развернуло… где же знамя?»
— Поднять ЗНАМЯ, так вас и так!..
«Будь на виду, двигайся, живи!..»
Сзади напирали люди. Против воли ее сносило все дальше вправо и вперед, по трупам, по спинам в прорванных кольчугах, по пробитым нагрудникам — нога, скользнув в луже крови, застряла между телами, щиколотка подвернулась…
«Зараза, знать бы, куда меня несет…»
Кое-как расчистив немного места вокруг себя и сдвинув назад шлем, Aш огляделась; небо черно от стрел. На лице застывал пот. Синее знамя с желтой головой льва поднималось…
— Босс! — срывающийся мальчишеский басок Рикарда перекрыл шум боя. Древко знамени Лазоревого Льва крепко зажато в его руке. Двое встали плечом к плечу рядом с ней. Форма Льва. Люди Рочестера, ее эскорт. Вот еще трое…
— Что застряли? В душу мать! Жмите вперед!
Она протолкалась к Рикарду, перехватила древко повыше его руки, вскинула вперед и кверху, проорала: «Вперед!» выпустила знамя и рукоятью чекана уперлась в спины, загораживавшие ей дорогу, нажала, приседая в усилии. Двое латников отскочили в стороны.
Впереди, над массой бургундских и визиготских шлемов, блеснул орел легиона. Знамя Льва вдруг качнулось назад, развернувшись в рывке.
Аш медленно отступала под натиском сражавшихся: на три шага, слыша вопли раненых, втоптанных в землю тяжестью окованных сапог. На ее доспехах засыхали красные потеки. Рикард всего раз неловко взмахнул мечом — кажется, никого не зацепив, солдаты перед ней опустили алебарды, уставив наконечники к врагу.
Напор ослабел.
Аш за плечо развернула Рикарда, подтолкнула вперед — «Зараза, где же Роберт?» — и опрокинулась навзничь на утоптанную землю.
Толпа бургундцев — цвета Лоэкта! — навалилась на нее. Аш втянула голову в плечи. По затылку шлема вскользь заскрежетала стрела. Кто-то, споткнувшись о ее тело, навалился сверху, за ним еще двое или трое. Один без шлема, вместе с вцепившимся в его слипшиеся от крови волосы визиготом. Кто-то кинжалом ткнул визигота в пах, тело тяжело обмякло, прижимая Аш к земле. Она сжатой в кулак рукой ткнула ему в лицо, почувствовала, как под стальным суставом лопнуло глазное яблоко, сквозь шлем и толстый подшлемник услышала его пронзительный визг. Тяжесть отвалилась, она с трудом поднялась на ноги.
«Господи, в седло бы. Не видно ни хрена!»
— Где мой долбаный штаб? — в голосе не было силы. — Рикард!. Знамя где? Надо двигаться, застрянем — нам звездец!
Она руками нащупывала дорогу, не оглянувшись на два коротких удара по кирасе, разгребая себе путь в густой мешанине тел. Впереди поднимались и опускались алебарды; она продвигалась туда.
— Вон оно! — Рикард с победным криком развернул ее за плечо. Аш наткнулась взглядом на зажатый в собственной руке меч — «Когда успела? И где чекан?» — и в десяти ярдах, забитых спинами сражавшихся, медленно продвигавшихся вперед, увидела полотнище с «Леон азур пассан гарде».
Открыла рот, чтобы выкрикнуть: «Здорово! давай туда!» и струя пламени полыхнула перед глазами.
В голове звон, онемевшими руками она пыталась нащупать под надвинутым саладом, что осталось от лица. Мгновенное беспамятство миновало; Аш увидела себя стоящей на краю дороги…
Перед ней земля была устлана телами, неподвижными или в корчах зажимающими руками лица. На каждом теле, поперек красных рейтуз, или блестящих кирас, или шлемов, выделялась угольно-черная полоса. Над телами стелился дым, тошная вонь жареного мяса. Рот наполнился густой слюной.
Два обгорелых неузнаваемых лица мелькнули перед ней, разинув в крике изувеченные губы.
Снова шипение: вода, выплеснутая на угли, только в тысячу раз громче. Чья-то нога лягнула ее под коленку. Она рухнула, жестко приземлившись на живот. Сбили, беззащитна! Кинжал отлетел в сторону, Аш в панике шарила по холодной земле, пытаясь подтянуть под себя ноги. Кто-то упал или наступил ей на спину, она ткнулась в землю шлемом, кто-то рядом выкрикивал ее имя.
Краем глаза заметила мелькнувшее белое.
Визиготский назир скорчился, заходясь в крике, рядом с ней, не пытаясь нанести удар, не замечая ее. Вся спина его обуглена дочерна и дымится.
Аш приподнялась на четвереньки. Кто-то перескочил через нее, и она снова вжалась в землю. Еще, еще — человек шесть или семь, в рейтузах и коротких камзолах со значками Льва, блестят на солнце плоские шлемы, в руках занесенные клинки.
Через их головы Аш увидела мраморный овал лица. Блеснула медь за каменным плечом. Низкий гул, словно тяга в камине. Вокруг падают тела, жар бьет в лицо, и она не успевает заслониться локтем. Обожженными глазами разглядела все же голема с наконечником медной трубки от бака с греческим огнем, медленно разворачивавшегося…
Двое со значками Льва припали к земле. Двое вскинули оружие — тяжелые боевые молоты, — и каменные руки голема откололись под ударами: левая в запястье, правая — у локтя. Наконечник трубки со звоном ударился в землю. Еще двое ударили сбоку, а удар алебарды подсек бронзовые сочленения коленей. Каменная туша запрокинулась назад, четверо добивали голема тяжелыми ударами молотов; их предводитель проревел: