— Я хочу подвергнуть их всех небывалым мукам! Я хочу, чтобы они танцевали Танец Феи. Хочу, чтобы ползали по раскаленному противню, подергивая культями на месте конечностей. Я хочу скормить их муравьям, но медленно! Я хочу использовать на них все уроки моего дядюшки Карнэла! О да, они познают возмездие и получат боль в тысячу раз сильнее той, которую испытал я!

— Постой! — внезапно остановил его импульсивную речь демон. — Как подсказывает мне память моего нового тела, нам противостоит примерно полсотни эльфов и примерно тысяча солдат, так ведь?

— Именно!

— Ну и как ты представляешь себе этот процесс? Хочешь, что-бы мы отлавливали их по одному? Нет, я не против. Но в этом случае твоя месть затянется лет эдак на тридцать. Я-то терпеливый, а тебе случаем не надоест?

— Но ты же демон! — удивился Грэй. — У тебя должна быть сила, при помощи которой мы сможем захватить всех и разом.

— Не забывай, — насмешливо ответил его собеседник. — Я сейчас нахожусь в обычном человеческом теле, и мои возможности, скажем так, малость ограничены.

— Тогда почему бы тебе не предстать в истинном обличии?

— Угу, и все окрестные боги, духи и демоны моментально сбегутся, чтобы посмотреть, какую очередную пакость затеял Многоликий. И нельзя ли ему в этом как-нибудь помешать. Если ты любишь зрелища, то я пожалуй могу тебе это обеспечить. Обещаю, бой будет жутко красочный, из тех, которые потом воспевают в мифах и легендах. Правда потом тебе придется уезжать жить на другой континент, поскольку этот будет непригоден к жизни.

— Неужели ты настолько слаб? — Лис неожиданно осознал, что испытывает презрение к этому существу.

— Мы сейчас обсуждаем мои возможности или твою месть? И если ты до сих пор не определился, то предлагаю свой вариант. Мы идем и убиваем всех, а над теми, кто останется в живых, можешь проделывать свои извращенные опыты. Я тебе мешать не буду, и может даже посмотрю. А если посчитаю их примитивными, возможно дам пару советов.

— Ладно, — устало прошептал Грэй. — Я согласен и на это. В любом случае они познают мой гнев.

— Какие возвышенные фразы, — хмыкнул демон. — Тебе бы сейчас плащ, развеваемый ветром, какую-нибудь возвышенность и красивый меч, который ты вздымаешь в небеса. По крайней мере, артисты в ваших театрах любят что-то подобное.

— Ты не понимаешь моих чувств?! — внезапно взревел эльф, осознавая, что слова демона начинают его бесить. — Хотя откуда тебе их знать, ведь ты же бессмертная сущность…

— О, чувства-то я как раз понимаю. Я жил в стольких телах, сколько ты и представить себе не можешь. Если собрать их все вместе может получиться население одной немаленькой империи. Поэтому поверь, о чувствах я знаю куда больше тебя. Боль потери близкого человека и следующее за этим возмездие. Я переживал это миллионы раз и могу сказать, что нет ничего банальнее. Некоторым, конечно, месть приносила моральное удовлетворение. Но гораздо большую пользу от неё я вижу в том, что она дает пищу для миллиардов романистов во всех мирах.

— Ты не хочешь мне помогать, — наконец, сумел вымолвить Лис.

— Конечно, не хочу. Но коли уж мы с тобой заключили сделку, то отвертеться не имею права.

— Сделку? Значит моя душа…

— О мироздание, да нужна мне твоя душонка, чтобы из-за неё устраивать еще и геноцид местным людишкам и случайно примкнувшим к ним эльфам. Ладно, подробности обсудим позже. Сейчас у нас более насущная задача.

— Какая? — поинтересовался Грэй.

— Сущие мелочи. Поскольку, я так понимаю, отсиживаться в стороне, созерцая буйство безумного демона, ты не собираешься, то я намереваюсь тебя малость экипировать для боя. Согласись, зазубренный меч из весьма посредственной стали в данном случае не самое подходящее оружие для боя.

— В замке должно остаться еще оружие…

— Прежде мы изучим лагерь этих горе вояк, — вновь возразил демон. — Чую, нас там встретит сногсшибательное зрелище. Еще вопросы есть?

— Да, как к тебе обращаться?

— Как хочешь. Можешь по-прежнему звать меня Йамой, атаманом и прочими кличками. Сейчас мы единое целое.

На этом разговор и закончился. Демон тут же развернулся и направился в лес. Эльф на дрожащих ногах присоединился к нему, гадая, что именно его могло заинтересовать. Разгадка, впрочем, обнаружилась довольно скоро. В этом месте склон горы был свободен от деревьев, и нападающие устроили здесь свой лагерь. И сейчас большую его часть покрывали сотни мертвых тел. Судя по одежде, здесь нашли свой покой остатки ополченцев Варазиана.

— Весьма подло, — хмыкнул демон, изучая ближайшие трупы. — Судя по всему, здесь не обошлось без ягод Жучника. Это такое растение, очень ядовитое. — Пояснил он недоумевающему эльфу. — Самый распространенный и дешевый яд. Большая доза гарантировано убьет. Меньшая ослабит до такой степени, что отравленный не сможет сопротивляться, когда ему перерезают горло. — Он кивнул в сторону нескольких тел, имевших явные следы насильственной смерти.

— Заметали следы, — горько прошептал Грэйлон.

— Думаю, так оно и есть. И заметь, даже обирать не стали. То-то местным крестьянам настанет раздолье, когда они сюда придут. Даже не всех лошадей забрали. Это, кстати, нам на руку, а то я не собираюсь баловаться телепортацией.

— Они, похоже, очень спешили. Нам придется потрудиться, чтобы их догнать.

— Даже самое быстрое войско не может превзойти в скорости двух всадников. Впрочем, я и так знаю, куда они направляются, — демон осмотрелся по сторонам и хмыкнул. — Кстати, кое-кто остался в живых. Не хочешь допросить?

У одной из палаток, прислонившись к сухому остову дерева, действительно сидел человек. Грэй тут же устремился к нему, и лишь подойдя на пару шагов, в недоумении остановился. Перед ним сидел Варазиан. Надменный вельможа, который общался с юным эльфом теперь выглядел постаревшим. И самое непонятное заключалось в том, что высокомерный лорд плакал. Его рубашка насквозь пропиталась слезами, а человек все никак не мог остановиться.

— Ран нет, — хмыкнул демон. — Но готов поклясться на чем угодно, что он умирает.

— Йама, — в голосе Варазиана не было ни удивления, ни радости. Лишь констатация факта. — Ты все-таки выжил. Что с принцессой?

— Мертва, ты ведь это хотел услышать?

— Ты её убил! — проревел Грэйлон, чувствуя, что гнев душит его. И, несмотря на то, что виновник происшедшего умирал на его глазах, этого ему казалось мало.

— Убил, — с грустью отозвался лорд. — Хотя так хотел её спасти…

— Спасти? — хором откликнулись эльф и демон.

— Я так надеялся, что похитив, ты спрячешь её там, где ни один эльф не сможет отыскать. Я знал, что рано или поздно они доберутся до моей племянницы. Знал, что чем дальше она увязнет в играх с альянсом, тем скорее найдет свою смерть. Я рассчитывал вывести её из игры хоть на неделю. Думал, этого хватит, но, увы…

— Фактически ты подставил всех нас, — отозвался демон. — Вот еще одно доказательство утверждения о том, куда могут увести благие намерения. Пытаясь спасти одну девчонку, ты привел в действие механизм, уничтоживший несколько тысяч ни в чем не повинных людей. Хотя насчет последнего я погорячился, некоторых желательно было уничтожить.

— У тебя странный голос, Йама, — устало произнес Варазиан. — Снадобье, которым меня опоили, как-то действует на зрение, я уже почти ничего не вижу.

— А какой у меня должен быть голос после двух суток непрерывных боев, — на этот раз сущность, поселившаяся в теле Йамы, постаралась как можно точнее воссоздать интонацию хозяина. — Лучше скажи, чего это они так резво удрали?

— Альянс пришел в движение. Харман опасается, что с его замком что-то случится, поэтому приказал армии бежать со всех ног. А моё ополчение отравили. А я, наивный еще взял с собой самых слабых солдат в надежде, что ты сможешь их покрошить.

— В итоге твое ополчение использовали, чтобы узнать секреты крепости, — промолвил Грэйлон. Осознание того, что этот человек пытался помочь Пелиане, моментально остудило его гнев. Хотя какой-то червячок раздраженности еще оставался.