Моё молчание девушке не понравилось. Она нахмурила тонкие брови и явно хотела сказать что‑то оскорбительное, как от портала «девятки» донёсся зычный крик:

— Аглая! Время!

— Ещё увидимся… носильщик! — развернувшись, охотница со скоростью призового рысака рванула обратно.

Никак не отреагировав на произошедшую сцену, снова опустился на землю.

Мой смартфон показывал два часа ночи, когда приёмщик наконец‑то добрался до меня. Устало пощупав туши тварей, выдал мне за обе двадцать три тысячи рублей. А я, вызвав машину от Конторы, едва её дождался — чуть не уснул прямо на земле.

Утром, едва оторвав голову от подушки, проклиная работу и будильник, который я предусмотрительно унёс на кухню, поплёлся умываться. Окончательно проснулся только после чашки чёрного, мерзкого на вкус растворимого кофе.

Пока завтракал, быстро подбил бабки и решил, что охота даже на моём уровне — вполне выгодное дело.

«Даже удивительно, почему ей так мало людей занимается».

В итоге двадцать часов фарма принесли мне пятьдесят тысяч рублей чистыми — это, конечно, если не считать десятки, отданной за покупку портала.

— Надо будет послезавтра ещё одну ходку запланировать.

Пока ехал в автобусе до хладокомбината, думал: зачем мне теперь, собственно, вообще работа нужна?

— На хер работу! Пусть ёжики курносые работают, а я пойду в охотники!

Весь день и большую часть ночи я изучал Бестиарий и Ресурсную базу — в основном, конечно, разделы, касающиеся порталов первой и второй категории. Но даже здесь было столько всего, что просто глазам не верилось.

Несколько раз за ночь, я вставал, делал обходы вверенной мне территории — но больше для того, чтобы размять ноги. Благодаря десяткам камер на территории обходы вообще не имели смысла.

— Ну её в дупло ёжика, такую работу! — проворчал я, в очередной раз переключаясь между камерами, пока не добрался до онлайн‑трансляции четвёртого холодильника.

— А это что за бабуйня старого ёжика⁈

В полупустой морозильной камере, прямо между двумя поддонами с замороженными полуфабрикатами, висело овальное серебряное зеркало — два метра в высоту и не меньше полутора в ширину.

— Это что, портал⁈ — пробормотал я, не замечая, что говорю вслух.

— А чего такой правильной формы и странного цвета?

Я помнил, что самые низшие Осколки были серыми, а не серебряными. И уж тем более среди любых Осколков никогда не было порталов правильной формы.

— Может, я открыл портал нулевой категории?

Больше не колеблясь, встал, прихватил из сумки нож — ни разу не кухонный, — не поленился сбегать к пожарному щиту, где разжился красным топором. После чего, посчитав себя готовым к любым неожиданностям, пошёл в морозильную камеру.

— Готов к труду и обороне, — пробормотав лозунг, засевший в голове ещё со времён молодости, я сдвинул тяжёлую дверь в сторону.

Портал был точно такой же, как и на мониторе: слишком правильной формы и серебряного цвета. Решив не затягивать, дурной решительности мне всегда было не занимать, я не останавливаясь, прошёл к порталу и, прикрыв лицо и горло топором, вошёл.

Никто на меня не набросился — просто потому, что не было кому.

Одним взглядом оценив обстановку, опустил оружие. Вся локация портала была размером с небольшую комнату — едва ли в ней набиралось три десятка квадратных метров.

Что примечательно, Осколок выглядел рукотворным. По крайней мере, зелёный пол был разделён на ровные ромбы, украшенные растительным орнаментом. Стены, так же как в других порталах, терялись в непроглядной хмари.

Посредине комнаты, на небольшом многогранном пьедестале, стоял стальной цветок с закрытыми лепестками. Причём прямо сквозь вроде бы непрозрачные лепестки что‑то пульсирующее, словно сердце, просачивалось тревожным красным цветом.

— Это же нулевой ранг — здесь по определению не может быть ничего опасного, — пробормотал я, чувствуя, как отчего‑то потеют ладони, а сердце буквально выпрыгивает из груди. Подбодрив себя, я тихим шагом стал подбираться к цветку.

Я уже был буквально в трёх шагах, когда лепестки дрогнули и в абсолютной тишине плавно разошлись в стороны.

Над цветоложем парила малиновая искра, испуская вспышки света через равные интервалы.

Достав из кармана жестяную банку из‑под дешёвого кофе, я открыл её и медленно, без резких движений, потянулся к искре.

«Интересно, сколько такая штука может стоить?»

Мои руки с банкой были уже буквально в десяти сантиметрах от искры, когда неожиданно она пришла в движение. Пройдя сквозь тонкую жесть банки, будто не имея материального тела, искра резко ускорилась и вошла мне в грудь. От неожиданности я дёрнулся и упал на задницу. Резво отполз от цветка, одновременно ощупывая свою грудь, но никакого дискомфорта не ощутил.

— Ебучие ёжики!

В этот момент пространство вокруг дрогнуло, толсто намекнув мне, что Осколок доживает свои последние минуты.

Вскочив, я хотел забрать цветок с возвышения, но он вдруг рассыпался чёрной пылью.

— Да чтоб тебя!

Подобрав с пола казённый топор, я поспешил на выход.

Долго наслаждаться ледяным воздухом морозильной камеры мне не пришлось: буквально через десяток секунд портал схлопнулся в точку и исчез.

Повесив топор обратно на пожарный щит, я вернулся в дежурку. Удалять видео с порталом не стал — смысла в этом не было. Даже если его кто‑нибудь увидит, предъявить мне ничего не смогут: с точки зрения закона я являлся лицензированным охотником и имел полное право закрыть портал, никого не уведомляя.

— В итоге прибытка — хрен целых, хрен десятых! Ёжики мочёные! — проворчал я недовольно, развалившись в кресле.

— Система Бесконечности установлена.

От неожиданности я отпрянул, замахал руками перед собой в попытке смахнуть появившуюся перед глазами надпись. Строка исчезла, а я с грохотом опрокинулся на пол.

— Я тех ёжиков рот целовал!

Перекатившись через голову, я вскочил на ноги. Перед глазами ничего не было, но какое‑то странное ощущение появилось прямо в голове.

Подняв кресло, я снова на него опустился и несколько минут глубоко дышал, пока не унял отбивающее чечётку сердце.

— Хорошо, допустим, у меня не поехала крыша, и я действительно видел то, что видел. С учётом магии в этом мире вроде бы всё в рамках возможного, — пробормотал я, сосредотачиваясь на появившемся ощущении.

Игрок, тебя приветствует Система Бесконечности v2.7.

Ты встаёшь на путь бесконечного возвышения. Помни: только упорный труд и терпение приведут тебя к сияющим вершинам могущества.

— Э‑э‑э, серьёзно⁈

В своё время я немало потратил времени на видеоигры и книги определённого жанра, поэтому сильно удивлён не был: буквально с первых секунд поняв, что ожидать дальше.

Игрок № 34.

Уровень: 1. 0/1000 ОП (опыт).

«Что‑то не нравятся мне эти цифры вместо имени. И, кстати, они наталкивают на определённые мысли: что я не единственный, кто получил Систему».

Едва я сосредоточил внимание на строке уровня, как под ним открылась короткая справка:

Каждый следующий уровень требует +1000 ОП.

Уровень даёт три ЕР (единицы развития).

ЕР нужны для усиления характеристик.

— Пока ничего нового!

Разум игрока. Вкл./Выкл.

Ослабление всех эмоций на 99 %.

100 % защита от ментальных эффектов.

100 % защита от духовных эффектов.

Тело игрока. Вкл./Выкл.

Вы живы и активны, пока в характеристике «Здоровье» есть хоть одна единица.

Болевые ощущения снижены на 99 %.

«Вот это сюрприз, ёжики горбатые!»

Немного поколебавшись, я мысленно включил «Разум игрока».

На мгновение мне показалось, что я оказался где‑то глубоко под землёй, куда не проникает ни свет, ни звук, ни даже запах. Потом я вдруг понял, что это просто тишина в моей голове. Непрерывный внутренний диалог, на который большинство людей даже не обращают внимания, прервался: мысли были чёткими и ясными, словно в голове у меня появился компьютер. Никаких сомнений и колебаний — только цель.