Вытерпев процедуру затягивания новомодной шнуровки, стремительно подошла к зеркалу. Заклинание для завивки локонов уже срывалось с языка, но, увидев свое отражение, онемела. О Богиня! Губы краснее вишни и припухли куда сильней, нежели вчера. Щеки залиты неестественным румянцем. Глаза едва ли не светятся. А шея… О Богиня! Когда он только успел поставить этот огромный засос?!

Ну Райлен! Ну…

Я коснулась синевато-алого пятна, и вздрогнула, и снова онемела, потому что осознала главное – второй раз маг не приснился. Мы так и не договорились насчет иллюзии. О, только не это…

– Зато этот засос хорошо гармонирует с твоим платьем, – раздался ледяной голос. – Хотя выглядит вульгарно.

Властитель Даора стоял в дверях спальни и глядел, как волк на хромую овцу. По благородным щекам гуляли желваки. Руки сложены на груди, но не нужно обладать повышенной способностью к эмпатии, чтобы почувствовать – пальцы прям-таки мечтают сомкнуться на чьей-нибудь шее. Вернее… не чьей-нибудь, а моей.

– Как это понимать?! – прорычал герцог.

Я попятилась.

– Соули из рода Астиров, как это понимать?!

Мой почти родственник сорвался на крик, а я… а мне господин Хашшр вспомнился. Он точно так же скалился, прежде чем назвать «мясом».

– Откуда засос?!!

– Райлен поставил, – сглотнув, призналась я. – И губы – тоже его рук… э… в смысле, губы тоже из-за него опухли.

– Что?!! – Нет, Рэйс не поверил.

– С Райленом я была! – От испуга тоже на крик перешла. – С Райленом и ни с кем другим!

Седовласый шумно выдохнул, сжал кулаки. Он как будто выше стал и сильней раз в сто.

– Не лги, – прошипел герцог. – Или ты немедленно говоришь правду, или…

– Да Райлен это! Мы во сне встретились!

– В каком еще сне? – возмутился седовласый. – В каком, тролль тебя подери, сне!

О Богиня…

– В волшебном!

Меня смерили исполненным презрения взглядом, но мгновения тишины хватило, чтобы собраться с мыслями и указать на кровать.

– Там амулет. И не говорите, что это не вы его туда подложили!

Седовласый скривился.

– Какой еще амулет?

– Который в чужие сновидения приводит! – выпалила я и вздрогнула, глядя на иронично вздернутую бровь и уничижительную усмешку.

– Девочка моя, таких амулетов не бывает. Это из области фантастики.

– Нет. Погодите. Как это «не бывает»? Я же сама видела…

Объяснять дальше не пришлось. Герцог стремительно подошел к кровати, с неестественной для его статуса готовностью встал на карачки и начал обшаривать днище. Спустя минуту перед моим носом оказался знакомый, покрытый пылью амулет.

– Этот? – спросил Рэйс. И голос ласковый-ласковый.

Я растерянно кивнула. А что еще делать?

– Этот амулет, милая моя Соули, называется «радость молодоженов». Он защищает от нежелательной беременности!

Я и раньше краснее свеклы была, а уж после заявления герцога…

– Соули, в последний раз спрашиваю, откуда засос?

– Райлен мне приснился и…

…От расправы спас почтовый журавлик. Он стрелой ворвался в распахнутую дверь спальни, ринулся ко мне, но был перехвачен самым беспощадным образом. Крылышки бессильно трепыхались в герцогском кулаке до тех пор, пока Рэйс не изловчился вскрыть магическую печать. Судя по тому, сколько времени это заняло, печать была с дополнительной защитой от любопытных.

Развернув листок, властитель Даора вчитался в строчки и нахмурился. Быстрый взгляд на меня, пристальный в письмо. И так раз десять. Наконец лицо седовласого просветлело, губы изогнулись в ехидной улыбочке.

– А… – протянул Рэйс. – Ну тогда понятно…

Очень хотелось выхватить послание из цепких герцогских пальцев, но я сдерживалась. Просто образ разгневанного Рэйса был слишком свеж, по-прежнему пробирая до икоты.

Он сам догадался отдать записку, одарил еще одной улыбочкой.

– Ну, раз мы все выяснили, жду в столовой. И, будь добра, поторопись!

Последнее слово прозвучало почти торжественно, но я внимания не обратила – с головой ушла в чтение.

«Дорогая Соули!

Признаться, я до последнего сомневался, что легенды о «волчьих свадьбах» правдивы. Думал, схлопотал галлюцинации на почве… тоски по тебе. Но сегодняшняя ночь… Соули, когда я вырвусь из вашего зачуханного замечательного города, ты не отвертишься.

И если следующей ночью случится то же, что сегодня… нет, госпожа Соули, даже не мечтайте, что позволю вам проснуться!

С любовью
Райлен из рода Даоров».

Теперь с новым платьем не только засос гармонировал, но и щеки, и уши, и… и вообще все! Одних воспоминаний о том, что вытворяли руки брюнетистого нахала, было достаточно для того, чтобы в груди вспыхнул тот же пожар, который сжигал ночью. Еще жарче стало от осознания – ни Рэйс, ни госпожа Ларре отношения к снам не имеют. Это только наши – наши с Райленом! – видения. О Богиня…

– Герцог просил поторопиться, – пискнула горничная.

И опять волна стыда. Девушка вела себя столь тихо, что я совсем о ней позабыла. А ведь сцена, которая разыгралась здесь…

– Госпожа Соули, пожалуйста!..

Ладно. Ладно!

На прическу ушло не больше двух минут, а вот заклинание для сведения синяков потребовало куда больше времени. Горничная к тому моменту напоминала диванную собачку, которой жизненно необходима прогулка в саду. Даже повизгивала слегка.

Убрать синяк полностью не удалось, зато среди вороха аксессуаров, которые достались от той же госпожи Куны, нашелся шарфик подходящей расцветки. Засос был скрыт, образ завершен, но девушка в зеркале мало походила на меня. Слишком яркая, слишком дерзкая.

Впрочем… какая разница? Если Райлен и в самом деле…

– Госпожа Соули! – оборвала мысли горничная. – Госпожа Соули, умоляю! Господин Рэйслин с меня шкуру спустит!

Пришлось запереть мечты на замок и поспешить в столовую.

Что еще мой седовласый «родственник» выдумал?

Глава 7

Завтрак, вопреки опасениям, прошел нормально. Только есть пришлось быстрей, чем поднятому по тревоге кадету. А вот едва чашка с чаем опустела, началось…

Герцог самолично накинул на плечи плащ из тонкого темного сукна, надвинул на глаза капюшон и потащил к черному ходу.

– Попадаться газетчикам сегодня не стоит, – на ходу пояснил седовласый. Сам он тоже книжного шпиона напоминал, тоже кутался в плащ. – Да и остальным видеть нас не следует.

Я невольно улыбнулась: секретность, о которой говорил Рэйс, никак не вязалась со слепящим утренним солнцем. Закрытая коляска без гербов, поджидавшая у стен особняка, – тем более. По мне, на фоне других экипажей она будет заметней, чем парадная королевская карета. Но высказываться вслух не стала. И от вопросов воздержалась – уже поняла, что к чему.

Оборотни! Мы именно к ним едем!

– Боишься? – шепнул Рэйс, когда коляска тронулась.

– Нет.

Глупо, наверное, но после утренних событий бояться перестала совершенно. Райлен любит, а остальное не важно. С остальным я справлюсь.

Улицы столицы оказались на удивление пустынны. Не прошло и четверти часа, как коляска остановилась. Рядом тут же возник паренек в неприметном сером одеянии. Поклонившись, протянул руку в намерении помочь. Рэйс глухо рыкнул, и оборотень отскочил. Выбираться пришлось без всякой помощи.

– Ты – жена Отчаянного, не забывай! – шикнул седовласый.

Я удивленно вздернула бровь, но промолчала.

Оглядевшись, обнаружила, что стоим в крошечном внутреннем дворике. Ворота, в которые въехала коляска, уже заперты.

– Прошу следовать за мной, – сказал парень в сером и, отвесив легкий поклон, поспешил к приоткрытой двери.

Тот факт, что мы снова воспользовались черным ходом, не озаботил, а поведение Рэйса – наоборот. В общении с оборотнями есть какие-то особые правила? И почему же герцог не предупредил раньше?

Миновав узкий коридор и пару роскошно обставленных комнат, мы оказались в мрачном кабинете. За столом черного дерева сидел незнакомец. Такой же косматый и клыкастый, как виденные раньше, но совершенно седой.