Глядя, как бездушные разбирают завал, я попятился, оседлал мотоцикл и понесся догонять броневик. Настиг практически перед самой базой, отчитался, что сделал все, что задумал, и зомби скоро должны расчистить завал, то же самое я написал в клановый чат и высунулся из люка вместе с Тетыщей, обозревающим окрестности.

Да, дышать свежем воздухом — прерогатива командного состава. Однако скоро меня сменила Вика, упросить дать ей глоток воздуха. Ну как девушке отказать? Пришлось нюхать пот в десантном отсеке и ни хрена не видеть.

— Е-е! — воскликнула Вика снаружи. — Приехали! Наконец-то!

Она выскочила на броню, зашипела и сразу же спрыгнула, потому что железо оказалось раскаленным. За ней вылез я и действовал уже с учетом промахов, и — предупредив остальных:

— Металл горячий, яйцо можно пожарить.

— Береги яйца! — воскликнула Вика, обернувшись. — Ты нам еще нужен!

Первыми встречать нас выбежали Макс с Лизой, за ними — Элеонора и доктор Рихтер. Чуть позже вышла Тори и остановилась в стороне.

Лиза приложила ладонь ко лбу козырьком, улыбнулась. Ветер трепал ее рыжие волосы. За пару месяцев, что мы провели здесь, вся деланная красота с женщин сползла, ногти поломались, волосы отросли, губы начали сдуваться. Так вот, Лиза рыжей была от природы. В то время как стильная брюнетка Тори превратилась в драную пегую кошку.

— Расскажи, как все было! — чуть ли не взмолилась Эля. — Оно какое? Огромное? А то короткое сообщение всего не передает!

Шагнув ко мне, Лиза шепнула:

— Смотрю, прокачались так неслабо. Заработали тоже неслабо?

— Конечно, — улыбнулся я, — но раздача слонов будет позже, когда мы воссоединимся со второй частью клана.

Высунувшись из люка, Сергеич заорал частушку:

— Эх, на! Опа! Весь наш женский коллектив! Сильно возбудился! Славный наш Денис кланлид… быстро возвратился! Враг повержен, враг разбит. Но пукан еще горит — к нам летят негодники, всратые охотники!

Подоспевший Макс ему зааплодировал и крикнул:

— Сергеич, жги глаголом!

Пролетарий и рад стараться, отплясывая на броне, он горлопанил:

— Прилетела к базе НЕХ,

Напугала, падла, всех.

Ден падлюку обманул,

Глаз на жопу натянул.

Вика не смогла смолчать:

— Так у нее глаз-то до фига на такой вот пластине… двух пластинах…

— Ой, да иди ты, — обиделся Сергеич и сразу же исправился: — Ден падлюку обманул. Рог на жопу натянул!

Пока Сергеич давал концерт, принимал заявки, о чем спеть, и сочинял на ходу, обитатели базы стягивались на берег, я ловил на себе любопытные взгляды и понимал, что публика жаждет подробностей.

Последними пришли Копченовы. Подождав, пока все рассядутся, я начал рассказ о том, как мы обманули НЕХ и я забрал бездушных, а потом мы ее быстро разделали, что это оказался четырехрукий инопланетянин, мордой похожий то ли на жука, то ли на клопа, и с него выпало странное оружие с заподлецой. Например, вот этот граммофон. Назывался инопланетянин скейром.

Оружие пошло по рукам. Эстер спросила:

— Ну а подлость-то в чем?

— Попав мне в руки, оно потеряло уровень, — объяснил я. — Было 143-го, стало моего…

Сергеич встрял:

— Про призрачные клинки расскажи, вот где с заподлецой! Сучья раса эти скейры! НЕХ они как есть.

Я вытащил браслеты из подсумка и сказал:

— Инопланетная технология, мать их. Когда надеваешь браслеты, выстреливают призрачные клинки по девяносто сантиметров, игнорируют 30% брони…

— Нормально, — оценила Эля. — А что не так?

— На этом позитив заканчивается. — Я по памяти воспроизвел характеристики: — После пяти минут непрерывного использования урон увеличивается на 50%, но генераторы поглощают 2% активности владельца за каждый нанесенный удар. Деактивация доступна только после десяти секунд неподвижности. И еще они созданы для расы скейров, как подействуют на человека, непонятно.

— Дай глянуть. — Эдрик протянул руку, сосредоточился на браслетах и воскликнул: — Билат, мне другое пишет! Две минуты работы, а потом он будет сжирать 10% активности.

Браслеты тоже пошли по рукам, и оказалось, что каждому они предлагают разные условия использования. Я подумал, что и «Граммофон» по-разному ведет себя у разных владельцев, но нет, это только браслеты — проститутки, которые себя предлагают.

Дольше всех они задержались у Макса, который сказал:

— А мне они предлагают работать десять минут в обычном режиме без подзарядки, и все.

— Видимо, это потому, что ты скейр, — буднично резюмировала Вика. — Падальщик. Ты раскрыт, сдавайся!

Ее тон был таким серьезным, что, если бы она вскинула магнитное ружье, Макс упал бы на живот и накрыл голову руками. Но Вика лишь прицелилась в него из пальца.

— Пиу!

— Они тебе нравятся? — спросил я. — Что пишут про несовместимость с людьми?

Макс мотнул головой.

— Ничего не пишут.

— Че уж, забирай, раз они тебя полюбили.

Макс просиял и примерял браслеты с лицом ребенка, получившего на день рождения желаемое. Он вскочил на полусогнутых, глаза его сияли.

— Ха! — воскликнул Макс, и из его руки будто бы вырос короткий джедайский меч, причем клинки у Макса стали прозрачно-лиловыми!

— Ха! — Макс махнул другой рукой и побежал крошить пальмы.

Обмен новостями устроили прямо на пляже за сколоченным бамбуковым столом, накрытым вкусной едой.

Я так обожрался, что сразу захотелось рухнуть на койку и проспать часов двенадцать, но вместо этого я принялся считать головы.

Если никого не забыл, получилось чуть больше полусотни человек на два лагеря. На нашей стороне — Летучий отряд и «старички»: Лиза, Макс, Дак, Вечный, Маурисио, Мигель, Марко, Дитрих, Элеонора, Рихтер, Эстер, Эдрик, Тори, семья Копченовых с мальчиками. По ту сторону тоннеля — Джехомар, Роберто и тридцать с лишним выживших из «Коста Бланки», большинство — претенденты низких уровней, толку от которых в бою чуть меньше, чем от Кроша. По меркам войны с Папашей армия вроде бы внушительная. Но три четверти людей сидят в Мабанлоке, и то выжили только благодаря нашей своевременной помощи. В общем, не фонтан.

Отужинав, я заметил, что не хватает наших пилотов.

— Они так увлеклись ремонтом, что от вертушки их за уши не оттащишь, — пояснил Макс. — Вроде бы у них там крафт качается бешено, но не такой, как у тебя, Ден, а что-то свое.

Заинтригованный донельзя, после еды я первым делом нашел Мигеля и Дитриха. Оба были чумазые, воняли машинным маслом и потом, но выглядели счастливыми.

Я поделился деталями нового квеста системы, что нужно найти непонятный объект, и Дитрих, кивнув, поднял большой палец.

— Лопасти заменили, гидравлику проверили, — доложил он, вытирая руки ветошью. — К утру все будет готово… Но, черт возьми, Денис, сто двадцать километров над морем на машине, которую чинили из того, что было, — это авантюра. Топлива впритык на туда-обратно. Если на месте задержимся — обратно можем не дотянуть.

— Задерживаться не будем, — ответил я. — Посмотрим, что там за фигня, и сразу назад.

— Тогда планируем вылет на утро, — добавил Дитрих. — Чем раньше, тем лучше. И учти — я возьму четверых максимум. Считая меня.

Ладно, с этим разобрался, а теперь самое вкусное.

Я отошел в сторонку и погрузился в себя.

Десять очков талантов жгли ляжку, но я боялся поспешить и распределить их бездумно. Решив, что одна голова хорошо, а три лучше, я вернулся к модулю, где нашел Лизу и Тетыщу.

— Народ, нужна помощь, — сказал я, усаживаясь на ступеньку модуля. — Надо решить, куда вложить десять очков. Сядьте, подумаем вместе.

Тетыща присел рядом, Галя тут же улеглась у его ног. Несмотря на то, что у нее тут четыре поросенка в загоне, после приручения потомство перестало ее интересовать. Лиза осталась стоять, скрестив руки. Я подметил, что войти внутрь никто не предложил — уж больно погода сегодня благодатная. С моря дул легкий бриз, пахло солью и цветами, а наши лица ласкало по-зимнему нежное тропическое солнце.