Наскоро затолкав в себя пищу, люди попрыгали в седла, и процессия двинулась дальше. Ехали медленно. Лошадей группы Малкольма приходилось щадить, да и поводов чересчур ускоряться пока вроде не было. Звуков близкой погони за спиною не слышалось, значит, чудища все же отстали прилично, или вовсе решили бросать это дело. Солнце плавно уходило на запад, убегая от заходящей с востока стены облаков. Близился вечер.
– Похоже, собирается дождь. – подметил безрадостно Дирк, глядя сквозь кроны деревьев на низкие черные тучи.
– Просто дождем не отделаемся, – обнадежил солдата Арил, знавший не понаслышке, как страшны могут быть летние грозы в Долине.
Густые темные облака заволокли небосвод, закрыв собой солнце. До заката еще оставалось не менее часа, но лес уже погрузился во мрак. Вокруг разлилась тишина. Смолкли цикады, прервались звонкие трели птиц, все будто вымерло. Предчувствуя скорую бурю, разумные обитатели леса попрятались, и только отряд верховых продолжал свой поход под деревьями. Природа покорно уже приготовилась встретить стихию, а люди никак не решались прервать продвижение к северу, и лошади медленно осторожно трусили по теряющей видимость чаще.
Первый раскат дребезжащего грома, покатился с востока. Ветер, порывами, принялся завывать меж ветвей. Издалека поползла, приближаясь к реке, граница ревущего ливня. Массы воды, с шумом падая вниз и взрываясь на листьях, надвигались прозрачной стеной. Миг, другой, и гроза поглотила отряд.
– Все! Приехали! – голос Монка едва прорывался сквозь шум непогоды. – Дальше двигаться глупо.
– Может, все же попробуем? – не хотел соглашаться Зорди. – Это всего лишь дождь. Вымокнуть – не самое страшное.
Словно смеясь над словами магистра, бешеный шквал налетел на страдающий лес. С треском сломалось стоявшее рядом трухлявое дерево. Всадники еле успели отпрянуть из-под тяжелых корявых ветвей. Струи воды захлестали с утроенной силой. К близкому руслу реки забурлили ручьями потоки избыточной влаги. Почва вокруг превратилась в сплошное болото. Кони мгновенно увязли в грязи и с трудом извлекали копыта при каждом мучительном шаге.
– Ну что, Малкольм, не передумали? – проорал баронет. – Я вас не вправе удерживать.
– Хорошо. Переждем. – крикнул Зорди и хотел, видно, что-то добавить, но ударивший гром заглушил эту фразу магистра.
Как только лидеры группы достигли согласия в этом вопросе, люди сразу же покинули седла и, под уздцы, повели лошадей к самым мощным древесным стволам. Там под сенью лесных великанов, хоть немного укрывшись от хлещущих струй, путники с головой замотались в плащи и, плотнее прижавшись друг к другу, расселись по толстым торчащим корням.
Потекла непонятная смесь из мучений и отдыха. Ночь всецело накрыла Долину, и тьму разрезали лишь всполохи молний. Ярость бурлящей стихии звучала так громко, что, обращаясь друг к другу, людям приходилось, буквально, орать. Минуты летели десятками, но буря никак не стихала. Многие путники, особенно те, что явились сегодня с магистром, уже погрузились в дремоту. Небесные хляби, раскрывшись, все лили и лили потоки воды на размокший до крайности лес. Холодные капли стекали по лицам людей, но это совсем не мешало уставшим глазам закрываться.
У старого толстого дуба, собравшего под своими ветвями аж целых троих человек, не спал лишь один, самый стойкий. Хотя, если честно, Арилу, уставшему вовсе не меньше других, мешали заснуть воспаленные нервы, которым изрядно досталось в последнее время. Умом понимая, что твари в такую погоду едва ли идут по следам беглецов, сердцем охотник уверовать в это не мог. Тьма непроглядная, собственных рук не видать, где уж заметить тропу. Да и какие следы и тропа, если внизу, под ногами, уже больше часа струятся потоки воды? Можно спокойно, на время, забыть о враге и расслабиться, но вместо этого парень упрямо разглядывал окружавшую путников чащу, в мгновения редких разрядов.
Вот быстрая молния озарила окрестности, осветив на секунду людей и деревья. Лис испуганно вздрогнул, так как слева, как будто бы, что-то мелькнуло. Мрак быстро сомкнулся обратно, а Арил так и не был уверен, был ли там кто-то, вдали за деревьями, или все ему просто привиделось. Не позволив сомнениям парня развиться, гром ударил так близко и яростно, что все мысли у Лиса в мозгах перепутались, а Ралат, спящий рядом, невнятно ругнулся.
Новый всполох грозы смог развеять терзания Лиса, зафиксировав вспышкой статичный лесной пейзаж. Получилось немного расслабиться, но о сне все равно не могло быть и речи. В ожидании следующей молнии, растревоженный парень успел насчитать три десятка ударов в груди. И как только разряд вновь насытил округу контрастом, все фантазии Лиса, мигом, стали реальны.
В сотне ярдов к востоку, сквозь ветви деревьев, Арил разглядел силуэты до боли знакомых созданий. Невзирая на ночь и грозу, твари все же настигли добычу. Были это те самые гады, что брели по пятам за отрядом купца, или вовсе какая-то новая стая, парню разницы не было, и Арил, что есть мочи, взревел, заглушая раскаты стихии:
– Тревога! Тревога! Орда! Нас нашли!
Чуткий сон беглецов оборвался. Люди спешно седлали коней. Понимая, что драться с уродами – дело последнее, баронет приказал убираться отсюда к чертям. Но, не к ночи помянутых, обитателей нижнего мира можно было уже не искать. Яркий свет новой молнии подтвердил их наличие рядом с хвостатыми тварями, да к тому же в изрядном количестве.
Свора уже сократила дистанцию втрое, и людей отделяло от чудищ лишь несколько быстрых секунд. Медлить было нельзя, и отряд, наконец оказавшись на спинах своих лошадей, рванулся по грязи вперед. Нестись по лесному болоту вслепую, рискуя столкнуться с любой из возможных преград, было чистым безумием, но выбора у людей не имелось, и копыта, с хлюпаньем, месили скользкую жижу.
Той сомнительной форы, что по факту практически не было, беглецам еле-еле хватило, чтоб уйти от прямого контакта. Но любая промашка грозила немедленной встречей с зубами хвостатых уродов, что, тот час, подтвердилось, буквально, на первых шагах.
Конь, несущий во тьме одного из валонгцев, споткнулся. Всадник, с ходу, обрушился в липкую грязь. Не успел человек распрямиться и вскинуть оружие, как его придавили к земле сразу несколько лап. Бедолагу порвали на части за пару секунд. Не ушла от расправы и лошадь.
Следом с жизнью расстался еще один воин, в этот раз из разведчиков Монка. Неудачно растущая, ветка оказалась на уровне шеи мужчины, и солдат полетел из седла прямо в пасть набегающей твари. Конь куда-то умчался без всадника, а предсмертный крик жертвы заглушил громогласный раскат.
Первым поднявший тревогу, Арил сейчас, так уж вышло, оказался последним из скачущих. Если бы парень хоть что-нибудь мог рассмотреть в этом хаосе, он бы увидел, как лошадь магистра, с разгону, влетела в раскидистый тополь, но, чудом, смогла устоять на ногах и продолжить движение. Удар вышел вскользь, но коня срикошетило, и острые сучья соседнего древа, на скорости, сдернули плащ с человека и содрали седельную сумку с животного, разорвав ремешки.
Схлопотав очень крепко и взвизгнув от боли в ушибленных ребрах, Малкольм сразу не понял, что потерял, кроме собственной сорванной кожи, и еще кое-что. Но спустя краткий миг, не нащупав заветную сумку, Зорди так заорал на весь лес диким голосом, что донес о пропаже до каждого воина в отряде, умудрившись заглушить непогоду:
– Эрмин, сумка!
Проявив чудеса дисциплины и какой-то безумной отваги, Эрмин, скачущий вслед за хозяином, тормозя, на дыбах развернул свою лошадь и рванулся обратно к упавшей коричневой сумке. Этот странный, не блещущий логикой, нелепый маневр солдата, Лис сумел разглядеть во всех красках, благодаря ярко вспыхнувшей молнии. Дальше судьба смельчака потонула во мраке. Смог ли валонгец поднять злополучный предмет, или все это делалось зря, парень уже не увидел.