Я закатываю глаза от возмущения.
— Викуся, у нас на первом этаже открыта прачечная! Мои сорочки и постельное белье сдаем туда. Или ты их по всей кухне собралась развешивать?!
— Ну… можно в ванне леску натянуть… — неуверенно предлагает она
— Вик, если тебе тяжело донести их до прачечной, давай я это буду делать. Как раньше делал на Таганке.
— Мне же не трудно хлопотать по дому!
— Учебник, вон лишний раз почитай. В кино давай сходим. У нас через дорогу зоопарк и планетарий — ты хоть раз там была? — жена смущенно опускает глаза — А не мешало бы, они у нас в Москве одни из самых больших в мире. И ты хоть представляешь, сколько в столице театров и музеев?
— Может, еще и готовить мне запретишь? — возмущается она
— Надо будет, и запрещу. Я сам в состоянии ужин приготовить.
— Диктатор!
— Да. А так же тиран, сатрап, узурпатор и прочее, прочее, прочее.
…За ужином моя бесхитростная жена пытается вызнать у меня про брюнеточку, напавшую на Димыча. И явно делает это по заданию Юльки — женская солидарность в действии. Зря многие мужики думают, что таковой нет в природе. Она есть, и мне ли — проработавшему всю жизнь в женских коллективах — этого не знать. Просто женская солидарность, в отличие от мужской, проявляется исключительно в те моменты, когда кого-то из них крепко и незаслуженно обидела особь мужского пола. Подозреваю, что женщины невольно проецируют эту ситуацию на себя, и вот тогда уже стеной встают на защиту обиженной «сестры». А вот за счастливую подругу им радоваться почему-то трудно.
— …Ну как же ты не в курсе: откуда она его знает? Леш, вы же все время вместе там были.
— Викусь, ты, правда, считаешь, что я с парней там глаз не спускал и за руку их водил? Они же взрослые мужики. Может, Димыч с ней просто на склоне познакомился.
— Нет, не похоже… там что-то большее — включается женская проницательность — она так нагло с Юлей разговаривала…
— Вик, а какое у Юльки право вообще его ревновать и допрашивать? Насколько я знаю, она сама не считает их с Димкой отношения чем-то серьезным.
— Почему ты так думаешь? — удивляется моя наивная женушка
— Потому что Кузнец несколько раз предлагал ей выйти за него замуж. А она все вертит хвостом. Раньше хоть была уважительная причина — боялась, что его по распределению зашлют на край земли. А теперь? Понятно же, что мы все остаемся работать в редакции журнала. Нам Заславский даже тему курсовых сам выбрал. И защита диплома у нас явно коллективной будет. Так чего она теперь медлит — ищет лучшую партию? Значит, и Димка может поискать. Все справедливо.
— Все-таки ты что-то знаешь про эту девицу…
Ага… удачная попытка, но со мной этот номер не пройдет. Я стреляный воробей.
— Викусь, не нужно меня ловить за язык. Ты видела сама: мы с ней не знакомы. Точка.
— И Димка тебе ничего про нее не рассказывал?
— Нет. Я сильно сомневаюсь, что он вообще помнит, как ее зовут. А своей подружке Юле передай, что она его потеряет, если за ум не возьмется и выводов не сделает.
Встаю, мою за собой тарелку. Целую растерявшуюся «шпионку» в висок и, прихватив с собой чашку с чаем, отправляюсь к пишущей машинке. А вот нечего тут мне допрос устраивать. Друзья — взрослые люди, сами разберутся.
А мне к завтрашнему заседанию редакции нужно дописать статью про новую логическую головоломку — судоку. Или же лучше нам назвать ее «русским квадратом» по аналогии с латинским квадратом Эйлера? В любом случае, сначала нужно четко прописать правила и для первого раза извлечь из памяти таблицу уровнем попроще.
*****
Вот вроде только из Карпат вернулись, а уже Старый Новый год на дворе. Праздник, конечно неофициальный и никто его сейчас особо не празднует, но… для молодежи любой повод сгодится, чтобы от души тусануться. Вот и мы с друзьями приурочили итоговое заседание клуба к этой дате. Тем более занятий в универе уже нет, и зимняя сессия вот-вот закончится. А некоторые товарищи типа меня, так и вовсе досрочно все экзамены сдали.
Расквитавшись с сессией, я все силы бросил на подготовку февральского номера — это сейчас главное. Первый номер журнала за 65-й год на днях уже вышел, и тираж у него просто гигантский — 1 000 000 экземпляров! При этом его полностью раскупили всего через несколько дней. Вдумайтесь только: всего лишь третий номер и уже миллионер! Голова идет кругом от такого взлета… И мы с Марком Наумовичем твердо решили — на этом этапе с тиражом нужно притормозить. Погоня за количеством еще никого до добра не доводила. Все силы теперь брошены на повышение качества материала, а свежие идеи уже есть и перспективы открываются неплохие.
Репутация и миллионный тираж начинают работать на нас — в редакцию потянулись молодые авторы. Причем, всех мастей: и поэты, и прозаики, и даже журналисты из каких-то небольших изданий. Последние, конечно, приносили свои статьи в надежде попасть потом в наш штат. Но руководство не спешило с его расширением. Просто Лену и Леву с января перевели на постоянные должности редакторов, а нам разрешили на внештатной основе привлекать гораздо больше помощников. Аджубей выделил на это фонды.
Так, например, писем в адрес редакции стало приходить столько, что Лена при всем желании не могла бы сама их обработать. Привлекли двух девчонок из клуба, которые занимались у нас исключительно сортировкой редакционной почты, вылавливая в лавине писем самое интересное. Кто-то из читателей ругал нас за безыдейность и за девиц на обложке, кто-то за чрезмерное увлечение спортивной и экономической темами, кто-то жаловался, что в киосках журнал поймать трудно. Но в большинстве писем нас наоборот хвалили. Приходили в редакцию и коллективные письма, в которых студенты настойчиво предлагали написать в следующем номере про их вуз, а хватало и просто глупых писем с объяснением в любви девушкам с обложки и наивными предложениями дружить. Особенно много таких посланий было из армейских частей. Причем география — от Сахалина до Калининграда!
Такая корреспонденция, разумеется, ответа не требовала. Но встречались в общей массе очень толковые письма, на которые грех было не ответить на страницах журнала — вот именно такими и занималась потом Лена, размещая их в рубрике «Вопрос — ответ». А если в послании затрагивались тема какой-то конкретной статьи, тогда уже на него отвечал и сам автор.
Большую помощь оказывали нам ребята из клуба, особенно «болиды». Один притащил в редакцию свежий сборник фантастических рассказов, изданный в Англии и привезенный в Союз кем-то из дипломатов. Когда я посмотрел оглавление, оказалось, что большую часть этих рассказов я читал, а значит, вполне могу воспроизвести их по памяти на русском языке, пока меня никто не опередил с переводом. И потом напечатать в нашем журнале в разделе фантастики. Мне оставалось только мысленно хлопнуть себя по лбу за то, что сам не догадался до этого раньше. Заодно задумался о том, что нужно бы нам выйти на контакт с советскими молодыми фантастами, имена которых никому пока неизвестны. Никому кроме меня.
Например, уже начал писать фантастику востоковед Игорь Можейко, скрываясь под псевдонимом Кир Булычев. Так нужно же срочно с ним познакомиться и заманить его в постоянные авторы журнала! Игорь боится увольнения с работы? Клятвенно пообещаем ему сохранить конфиденциальность. Он ведь, кстати, еще и переводами американской фантастики занимается, что нам тоже пригодится. А свои историко-географические очерки пусть продолжает печатать у коллег в журнале «Вокруг света».
Идея совместного фантастического проекта с писателем Носовым окончательно заглохла — я явно переоценил свои силы, и на это элементарно не хватает времени. Зато мне в голову пришла другая мысль — переписать фантастический детектив Стругацких «Отель у погибшего альпиниста». Именно переписать, а не просто воспроизвести его по памяти. Этот детектив, опубликованный в «Юности» в 69-м году, вызвал много критики, за свою схожесть с «Обещанием» Дюрренматта. И сами мэтры посчитали его крайне неудачным, даже отказались переделать. Но я-то могу значительно улучшить эту повесть, исправив все ее слабые места, которые мне известны. Заодно вставлю в сюжет катание героев на сноуборде — свое любимое детище нужно всемерно рекламировать. Надеюсь, критики ко мне будут более благосклонны, а выбор темы после командировки во Францию и Альпы вообще покажется всем закономерным. Печатать этот фантастический детектив в нашем журнале можно будет частями, растянув процесс до конца года, а потом уже издать его отдельной книгой.