– Обещал прийти. Задерживается, наверное.
– Давайте, через двадцать минут начало. И не лезь сегодня больше никуда. Выясняйте все на поле, – сказал он и тут же поспешил добавить. – В пределах правил, разумеется.
– Постараюсь.
Я проводил его взглядом и открыл рюкзак, вытаскивая фишки. А после расставил их по полю. А сам быстро переоделся. Прям здесь. Вот еще время тратить, чтобы до раздевалки добежать.
– Федя, Белый, мячи принесли?
– Ага.
– Давайте, в три колонны. Ведение мяча до середины, потом передача. Я пока Ибру разомну.
Ибрагим – худой длинный татарин был нашим вратарем. Вообще, талантливый пацан, что называется, с данными. Если бы у нас еще тренировки вратарей были – так он точно бы стал. А так играл в основном на рефлексах. Единственное, за все года научился позицию правильно занимать. Но по технике был сыроват.
Вот и сейчас он ловил мячи с моих подач, пытаясь сразу фиксировать их стертыми почти до пальцев перчатками.
– Ибра, твои сегодня будут? – спросил я.
– Неа. Отец на работе, мать с малым, – ответил тот.
Я кивнул, хорошо. Когда на матче присутствовали родители, играл наш вратарь плохо. Всегда волновался, оглядывался, ожидая реакции. А реакция была. Отец то и дело орал на него, вводя в еще большее смятение. Иногда родитель – самый худший враг начинающего футболиста. Да что там, очень часто.
– Пацаны, пас через стеночку. На месте не стоим, семеним ногами! Что вы как мухи сонные? Щас вас москвичи разбудят.
Команда у нас была неплохая, но уж очень подвержена настроению. Могли лидеров обыграть, а порой аутсайдерам сливали. Я мог надеяться, что небольшая стычка с москвичами настроила всех на боевой лад.
– Длинные пасы в одно касание! Темп, темп! Макс, ногой об наковальню постучи! Почему ему три шага надо делать после твоего паса?
– О, Коля, начал уже, молодец!
На поле, постепенно заполняющееся зрителями, появился наш тренер, Геннадий Петрович. Ну, или просто Петрович. В прошлом профессиональный футболист, даже в ФНЛ играл до тридцати восьми. А потом, когда вышел в тираж, выяснилось, что никому он особо не нужен. Без образования, без специальности. Благо, хватило ума, прошел какие-то курсы на детского тренера и оказался у нас.
Вообще, мужик он был неплохой. Детей любил, а не орал, в отличие от других наставников. И научил нас многому. Одна у него была беда – бутылка. Вот и сейчас Петрович шел неуверенной походкой, оглядывая собравшихся мутными глазами. Либо с жуткого похмелья, либо еще пьяный.
– Команда, давайте сюда, – сказал он. – Размялись? Молодцы. Короче, не слушайте никого, играйте в свое удовольствие. Нам тут все равно ничего не светит.
– Ты, Петрович, мотиватор от Бога, – ухмыльнулся я.
– Как есть, так и говорю. Не садитесь под противника. Главное, высокий прессинг, заставляйте их ошибаться и свои позиции не прое… не теряйте. Не давайте им поднять голову и принять решение. Коля, по полю расставишь всех? Я схожу водички возьму.
Я кивнул.
– Максон центральный нап, Шиха, ты под ним. Я и Горян опорники. Правый Край нападения Илюха, левый Князь…
Все слушали меня внимательно, будто это был последний матч в нашей жизни. Хотя, наверное, так оно и есть. На подобном уровне вряд ли мы еще когда-то поиграем. Скоро каникулы, кто поступит куда, кто в армейку пойдет. Да я и сам собирался с футболом завязывать. Слишком много он времени отнимал.
– Пацаны, садимся чуть глубже, мы их все равно не перебегаем. Но и бить не даем. Наш шанс – контратаки.
Василий Степаныч свистнул и махнул нам рукой, приглашая к центру поля. Я глубоко выдохнул, пытаясь унять волнение и пошел вперед. Команда поплелась за мной. Москвичи уже стояли, негромко переговариваясь. И что-то мне очень не понравились их довольные лица.
– Команде напротив наш физкульт-привет, – сказал тот самый мажор, а остальные вяло поддержали последние слова.
Ну-ну. «Напротив»? Ведь знал название нашей команды. В протоколе написано. Видимо, пытается вывести из себя.
– Команде напротив наш физкульт-привет, – ответил я.
Шеренги двинулись навстречу друг другу, пожимая руки. Я все ожидал какой-нибудь подлянки, вроде выставленной подножки или чего-то подобного, но Спиридонов-младший шепнул, когда мы приблизились: «Тебе конец».
Интересно, он действительно думал, что сможет меня подобным напугать? Я лишь усмехнулся и подошел к судье, как капитан команды. Следом двинулся и сам мажор. В самую старую игру под названием «Орел и решка» выиграл я, выбрав ворота. Взял те, которые располагались по солнцу. К тому моменту светило периодически пробивалось из-за туч. Ибре будет неприятно играть, поэтому его надо обезопасить. А вот во втором тайме может быть все, что угодно. Сегодня обещали «переменную облачность». Вдруг какая туча и набежит.
Мяч, соответственно, достался москвичам. Его установили на центр, а разыгрывать подошел сам Спиридонов. Понятное дело – нападающий. С такой-то фамилией и родословной, куда ж ему еще? Не вратарем же. Блин, и вратарь у них здоровый, под два метра. Ну ладно, мы еще посмотрим, что да как.
Мне показалось, что свисток прозвучал даже несколько тревожно. Спиридонов отпасовал мяч ближайшему партнеру, а тот уже катнул назад. И игра москвичей мне не понравилась с первых минут.
Они не стояли и смотрели, что там делают товарищи. А заполняли нужное пространство, отлично двигаясь без мяча.
Как только наше нападение дошло до защиты, попытавшись показать хоть какой-то прессинг, они тут же поменяли фланг. Короткая стеночка, если не прошла, то отдать назад, потом диагональ, и вот игра переместилась на другой фланг.
– Миха, твой, твой, добегай! – орал я, грозя сорвать голос. – Уже! Не растягивайтесь. Максон, садись ниже, все равно в офсайде!
Пару раз я пытался вступить в отбор, вот только безрезультатно. Они играли слишком быстро для нас. И это при том, что даже не собирались переходить к плотному наступлению. Скорее катали мяч, присматриваясь. С другой стороны, присматривался и я.
Опорник у них, к примеру, левой играет довольно средне. Правда, его средне – как у Максона правой хорошо. Но пару пасов пришли не сказать, чтобы в ногу. Хаву пришлось делать несколько шагов для приема мяча. А это время.
Правый центральный защитник у них здоровый, но медленный. Поэтому в пару к нему поставили бегунка среднего роста. Видимо, тот и страхует.
Края защиты – великолепны. Тут уже ничего сказать не могу. Правда, левый бровочник слишком высоко поднимается. На этом можно попытаться поймать. Если удастся отобрать мяч, конечно.
Что до Спиридонова, то тот, зараза, был хорош. Пару раз накрутил наших центральных защитников и ударил. Первый раз с фланга успел выдвинуться Сема, подставив ногу в самый последний момент, а второй сыграл Ибра, переведя на угловой. Если так пойдет, то нас порвут, как тузик грелку.
И именно в этот момент живот неприятно заныл. Блин, но почему сейчас? Я сделал два шага и остановился, следя за мячом.
Атака москвичей как раз разбилась о нашу оборону. Ибра забрал мяч и вынес его далеко вперед. Мы сначала пытались играть в короткий пас возле своих ворот, но не преуспели. Поэтому упростили футбол до невозможности. Правда, Максону зацепиться не удалось. Тот самый здоровый защитник легко выиграл единоборство и отпасовал опорнику.
Вот только сейчас что-то изменилось. У меня создалось ощущение, что все стали двигаться намного медленнее. Словно перешли на энергосберегающий режим. А еще я внезапно понял, что знаю, куда сейчас отдаст передачу опорник. Он на ходу сначала поднял голову, мельком оценив на диспозицию на поле, потом оперся на левую ногу, вытянул правую, вывернул стопу…
Я выдвинулся навстречу весьма вовремя, буквально пролетев несколько метров на одном рывке. И даже почти не удивился, когда мяч оказался у меня в ногах. В отличие от команды противника. Что-то кричал вратарь, матерился Спиридонов, но я уже несся на всех парах. Передо мной лишь два защитника – тот самый бегунок и здоровяк.