– А почему бесплатно-то? – не унимался Протопопов. – Ты денег потратил уйму. Надо наоборот запросить, скажем… – он на мгновение замер, а потом выпалил, даже сам испугавшись своей наглости. – Рублей по двадцать с команды. И со зрителей тоже. По рубля два.
– Не торопись, – ответил я. – Первых клиентов всегда привлекают низким ценами. В нашем случае отсутствием таковых. Сначала необходимо сделать себе имя. А вот потом будут уже и деньги. Надо только подождать.
Мы и ждали. В нетерпении прошел первый урок, потом второй. А я даже сосредоточиться на занятиях толком не мог. Как тут слушать о загадочных тварях из иного мира, когда голова забита совершенно другим.
В столовой мы ели молча, даже обычно болтливый Макар излишне внимательно разглядывал дно тарелкки. Все все понимали. Я рассчитывал на свою относительную известность, но пока она не работала. Поэтому и ковырял без особого аппетита рубленую куриную котлету. Когда меня неожиданно привел в чувство низкий басовитый голос.
– Прошу прощения, что отвлекаю, господа… и дамы – сказал подошедший здоровяк из высокоранговых участников. Вроде даже будущий выпускник. – Я по поводу объявления.
– Слушаю, – заколотилось у меня бешено сердце.
– Мы бы хотели принять участие в состязаниях.
– Минуту, нужно записать фамилии, – достал я листок и механический карандаш.
– Господа Извольский, Аввакумов, Ольхин, Греев, – ответил тот.
– Извольский? Прошу за излишнюю дерзость, не родственник ли вы Его Превосходительства Алексея Симеоновича?
Я как-то сразу вспомнил министра иностранных дел. Еще бы, он вообще-то спас мне жизнь Зеркалом.
– Он мой дед, – не без гордости ответил здоровяк.
– Передавайте ему мой глубокий поклон, – сказал я. – Как записать вашу команду?
– Люди чести, – не задумываясь, сказал Извольский, даже не смутившись.
– Хорошо, вам присваивается номер четыре. Перед состязаниями состоится жеребьевка и вам подберут противника.
– Благодарю, – кивнул здоровяк и удалился к своим, в нетерпении ожидавшим неподалеку.
– А почему четвертые? – прошептал Горчаков. – Никого же больше не было.
– Именно поэтому. Чтобы не решили, что мы еще никого не набрали.
Однако Извольский выступил в качестве катализатора. Вслед за ним к нашему столу бросилась целая толпа, перебивая и выкрикивая имена и названия команд. Вот тебе и дворянское воспитание.
Я записывал с легкой улыбкой. Тревога сменилась сладостным предвкушением от предстоящих состязаний. Рано судить, конечно, получилось все или нет. Но решающий шаг был сделан. Поклевка удалась, рыба на крючке, теперь лишь стоит ее вытащить на берег.
Вишенкой на торте, самым сладостным украшением праздника, стало появление уже знакомого мне лица.
– Господин Ирмер-Куликов, запишите и нас, – сказал Бабичев, глядя на меня сердитым взором. Будто сам себя корил за то, что пришлось обращаться ко мне.
– Конечно, – кивнул я, делая вид, что мы старые добрые знакомые. – Поздравляю, господин Бабичев, ваша команда будет последней из шестнадцати.
Глава 29
Суббота всегда была моим любимым днем. Заканчивалась тренировочная неделя и начинались игры. Школу можно благополучно прогулять, а после принести на технологию справку с футбола. Да и вообще, целые выходные впереди.
В здешнем мире моя суббота почти ничем не отличалась от той, что была в Застенье. Даже глазом не успел моргнуть, как стал называть свой родной дом именно так. Полдня я проводил с ребятами, разбирая тактические действия, а потом мы гоняли семь на семь. Для нормальных двухсторонок не хватало людей.
Нынешние выходные отличались от всех предыдущих. С самого утра у меня немного подрагивали колени. А когда на завод стали стекаться экипажи с дворянами всех мастей, включая и некоторых взрослых (прибыли даже Зейфарт, да и полковник Кузякин оторвался от своих крематорных дел), ноги и вовсе заходили ходуном.
Я ожидал человек тридцать, максимум сорок. Из которых шестнадцать были участниками. И морально не был готов к подобному аншлагу. Зрители спешно занимали места на крышах зданий. Я спохватился, что надо было хоть какие-то ограждения сообразить. Еще сверзиться кто-нибудь. С другой стороны, как говорил один американский актер: «Если ты упал, ты идиот»1.
Что меня очень радовало: зрители были весьма разношерстные. Дворяне стояли плечо к плечу с простолюдинами. А последних здесь набралось изрядно. Раза в два больше чем аристократов. Все-таки бесплатный вход делал свое дело. Мне даже было немного жаль, что в будущем придется ввести плату за просмотр. Все-таки у меня тут бизнес, что б его, а не благотворительность. С другой стороны, можно устраивать такую же лотерею, как и на Ристалище. Да и у моих футболистов вечный абонемент.
Участники подошли к делу обстоятельно. У подавляющего большинства претендентов на позолоченную конечность, прошу прощения, на Руку Всевластия, была одинаковая одежда. Чтобы легче опознавать своих. У «Людей Чести» с Извольским во главе даже оказалось нечто вроде эмблемы. Само собой, неофициальной.
– Илья, сколько там на твоих котлах?
– Прошу прощения? – не понял Горчаков.
– Который час?
Тот щелкнул крышкой хронометра на цепочке и выдал ответ.
– Без двух минут полдень.
– Пора начинать.
Я вышел на площадку свободную от лабиринта, жестом пригласив претендентов следовать за собой. А сам искоса поглядывал на зрителей сверху. Мы все проверили, с каждого здания почти идеально просматривался весь лабиринт. Лучше всего, конечно, было видно с центрального корпуса. Все-таки, он оказался повыше, да и ближе всего находилось к месту действия.
Собрав рядом с собой всех участников, я начал говорить. Зрительский шум стал стихать, хотя я перекричал бы их без особого труда. Поиграй в футбол с мое и не такой командирский голос появится.
– Приветствую вас дорогие зрители и претенденты на первой Битве Застенья!
Название я придумал вечером. Вышло, конечно, немного пафосно. Но с этими дворянами по-другому и нельзя. Им постоянно надо давать понять, что они участвуют в чем-то исключительном.
– Сегодня вы будете сражаться друг с другом, чтобы продемонстрировать свою ловкость, силу и магическую смекалку за возможность стать недельным Чемпионом, который получит переходящий приз, Руку Всевластия. На следующий неделе Чемпион должен будет сразиться с новым претендентом, лучшим из лучших, чтобы защитить свой титул. Команда, которая завоюет этот титул пять раз подряд, навсегда заберет Руку Всевластия!
Во время выступления, я и сам стал верить в эксклюзивность этого куска металла, покрытого легким напылением золота. А зрители и вовсе встретили мои слова радостным улюлюканьем и аплодисментами. И пусть начали все это простолюдины, но дворяне довольно быстро поддержали их. Эффект толпы еще никто не отменял.
Я отнес руку в центр лабиринта и поставил на небольшой постамент. А после вернулся к претендентам.
– А теперь выслушайте правила.
Все было довольно просто. Почти как в футболе. Методом жеребьевки мы сразу переходили к играм на выбывание. В одну восьмую финала выходила половина из шестнадцати команд, в четверть, как это не забавно, четыре, в полуфинал две. И уже кто-то один забирал позолоченную конечность. Пусть и на относительно короткое время.
Атакующие заклинания запрещалось использовать напрямую, чтобы с умыслом покалечить противника. Под ноги – сколько угодно. За нарушение – штраф в виде дисквалификации члена команды. Для легких ушибов и растяжений есть лекарь. Если все же случится какой-нибудь эксцесс в виде тяжелых увечий, то на этот случай у меня был свисток. Он раздавался в нескольких случаях: в начале игры, если по каким-то причинам ее следовало прекратить, при дохождении до базы противника с артефактом или в конце раунда. Собственно, на этом основная часть была закончена.
Я подошел к урне (точнее небольшому горшку), который с гордостью держал Макар, и вытащил два крохотных клочка бумаги. Вот и Протопопов на что-то сгодился.