Правда, кроме моих мечей у «Светлого пути» хватало собственных средств против нежити. Магов Жизни ещё предстояло чем-то занять, и банковский перевод тут вряд ли помог бы.

— Бутылку приготовила? — спросил я.

Сиси кивнула на буфет. Там стояли «Слёзы Первого Древа», присланные Штруделями, и лежал завёрнутый в ткань пирог. Я поднял бутылку за горлышко. Эльфийские ценители могли гордиться выдержкой напитка. Моя выдержка заключалась в том, что за всё это время я его ни разу не вылил.

— Отнесём вместе, — сказала Сиси и забрала у меня посуду.

Пока она складывала тарелки, я погасил окно договоров. Завтра следовало зайти к Магнусу за новыми заказами. Тридцать линий стоили слишком дорого, чтобы Дундук занимался на них одним производством памятных кирпичей.

Я допил кордий. Заказы закрылись, и впервые за три недели можно было прикинуть, что осталось после всей этой гонки.

В начале этих трёх недель я потратил накопленные ОМ на расширение рабочей зоны и закупил точила с подходящими к ним податчиками и прижимами. Патрик выделил новых зомби, а Дундук обучил их работать на тридцати линиях круглосуточно. Прежние партии мы уже сдали, оставалось добить остаток. Кордий уходил бочками; на реагенты и кристаллы маны для алхимического стола я тратил столько, что Магнус встречал меня стоя.

Леонард с Лианором работали равные смены, ночью их заменяли зомби. Когда принц попытался прийти пораньше, Дундук отправил его досыпать, пригрозив не засчитать заточки вне смены. Здесь даже за право поработать приходилось торговаться.

Когда легендарная заточка достигла двадцатого уровня и открыла синее качество, отложенная тысяча мечей наконец пошла в работу. Новое очко развития я приберёг. Сначала хотелось закончить начатое, а уж потом выбирать следующую причину спускать деньги.

Пока цех закрывал заказы, я продолжал подниматься в рейтинге. Опыт за бои на арене и победы армии поднял меня с сорок пятого уровня до сорок девятого. Все четыре общих очка я вложил в «Шаг», доведя его до восемнадцатого уровня и восемнадцати метров дальности. Теперь мог обойти противника за один прыжок там, где прежде приходилось подбираться под бросками.

Чтобы добраться до семидесятого места в рейтинге, пришлось повозиться. Одного бегуна я загнал к себе Эгидой, потратив полпоединка на погоню. Другой ловил монеты воздушными петлями, и к нему я пробивался под прикрытием фантомных клинков. Соперники из первой сотни старательно изучали записи моих боёв.

Девять клинков я теперь удерживал, пока хватало выносливости. На тридцатом уровне получил первые пять, а на следующем шестой и сдуру решил, что так пойдёт дальше. Ага, разбежался. Седьмого дождался только на тридцать шестом. Ещё по пять уровней потребовалось на восьмой и девятый, который пришёл на сорок шестом.

Привычной шестёркой обходиться было проще. За последние недели я научился управлять всеми девятью, но вызывал их разом, только когда того требовал бой, а не ради зрителей. Им и шести хватало, чтобы орать.

Синие артефакты из наград пополняли арсенал и запасы металла для доспеха. Наплечник с прожилками морской воды я скормил «Живой Стали» после анализа: прибор выделил полезные для неё включения. Теперь я выбирал ей корм по составу. Дорогие побрякушки без подходящих примесей оставлял себе.

Комната номер семьдесят семь оставалась моей бессрочно. Следующий бой назначили на завтра, так что за завтраком я мог заказать вторую кружку кордия и допить её горячей.

— Ты идёшь? — Сиси уже стояла у двери с пирогом.

Я сунул бутылку под мышку и поднялся.

До открытия замков оставалось около пяти или шести недель. По словам Зены, Порог неделю назад увёл своих наёмников на девятый этаж, так что повод заглянуть к Кристиану у меня имелся. Но сначала следовало поздравить собственный отряд. Эти хотя бы воевали за мой доход.

Спускаясь из жилой части к цеху, я остановился на лестнице и прислушался.

Цех молчал. За последние недели я научился спать под гул точил и повышать голос за столом, чтобы Сиси меня слышала. Теперь снизу даже ругани не доносилось.

— Давно там тихо?

— С тех пор как закончили, — ответила она.

Я ускорил шаг. Станки остановились понятно почему. Но Дундук обычно находил повод поорать и без них.

— Хозяин идёт! Рты закрыть! — рявкнул Дундук за дверью.

Я открыл дверь, а один из рабочих прижал ладонью отвисшую челюсть, выполняя приказ.

Между станками выстроилась вся бригада. Новички толпились у дальнего ряда, а старые работники заняли места поближе к проходу. Кто-то протёр фартук и оставил на нём светлое пятно размером с ладонь. Счётчик держал грифельную доску обеими руками, потому что прежнюю заменили на такую, с которой впору было преподавать счёт целому классу.

Все стояли на местах и смотрели на меня. Похоже, с награждением я и правда затянул.

Дундук встретил меня у первого станка. Свисток он начистил, шнурок заменил полоской кожи, а за пояс заткнул сразу два мелка. Начальство подготовилось.

— Все готовы, хозяин. Ни одного брака в последней партии! — Дундук выпятил грудь и оглянулся на бригаду.

— А предпоследнюю вспоминать будем?

— Там исправили.

— Тогда поздравляю.

Дундук обнажил зубы, отпустил свисток и отступил в сторону, пропуская меня к Леонарду с Лианором.

Я остановился перед ними. Посмотрел на распоротый рукав принца, затем на такой же у эльфа.

— Это вы зачем рубахи порезали?

Леонард потянул края рукава друг к другу. Ткань натянулась, но края не сошлись.

— По швам разошлись.

Я перевёл взгляд на Лианора.

— Обе?

Принц согнул руку. Из распоротого рукава выперло предплечье, которого три недели назад там совершенно точно не было. У эльфа дела обстояли ещё выразительнее: под тонкой шеей начинались плечи, а дальше шли руки человека, которому поручили вырывать дверные петли. Ремень он по-прежнему застёгивал на ту же дырку, зато рукава пришлось распустить до плеч.

Ни хрена себе обучение некромантии. Такой ученик поднимет мертвеца за шиворот и потребует, чтобы тот шевелился.

Лианор поправил лопнувший рукав, но тот лишь сильнее разошёлся на бицепсе. Костяная белка перебралась с его плеча на стойку, освобождая место.

— А говорили, сверчки бесполезные, — заметил я. — Вон какую породу на них вывели.

— Я давно ем обычную еду, — напомнил Леонард.

— Значит, запас остался в организме.

Сиси поставила пирог на свободный верстак и подошла к Лианору. Тот попытался стянуть края рукава.

— Оставь, — сказала она. — Я сошью вам новые. Руки опусти, мне надо мерку снять.

Эльф послушался. Сиси обвела его плечо лентой и взглянула на получившуюся цифру. Затем проверила ещё раз.

Я бы тоже перепроверил. Теперь этим двоим требовались рубахи того же размера, что носил Магнус.

— Хозяин, объявлять? — Дундук уже поднёс свисток ко рту.

— Объявляй. Только свисток убери, мы все здесь.

Бригадир положил ладонь на верхний край доски. Счётчик просел под добавившейся тяжестью, покосился на начальника и поставил доску на ящик.

— Подводим большой зачёт за последние три недели!

На доске теснились цифры и рожицы. Леонарду досталась корона с зубцами, Лианору — длинные уши, а возле результатов зомби Дундук нарисовал рожицы без тех частей лица, которых не хватало у самих работников. Прекрасный учёт. Даже если рабочий забудет собственное имя, по отсутствию носа результаты в таблице всё же найдутся.

Сначала бригадир прошёлся по зомби. Те кивали, когда он указывал на их строки. Один из новичков выдвинулся вперёд, но Счётчик ткнул мелком в другую рожицу. Новичок ощупал свой нос и вернулся в строй.

— Потом принц вышел вперёд! — продолжил Дундук и постучал по короне. — Долго держался. Эльф его догонял. А под конец стал делать за смену в полтора раза больше.

Леонард наклонился к доске. Лианор вытянул шею следом, хотя оба наверняка успели изучить её до моего прихода.

— За последнюю смену? — уточнил я.