«Какая игра, – оборвала она себя мысленно, – мы должны уже умереть, но похоже ещё живы. Это интерфейс? Контакт с чем-то большим?»

– Кто вы? – спросила она вслух, хотя слова эхом отозвались только в её голове, переведённые в телепатический импульс.

Ответ пришёл мгновенно, тёплый и полный изумления.

– Как интересно. Биологическое сознание, такое, как у наших создателей. О, вы обладаете воображением? Очень необычно. Триллионы лет ничего подобного не наблюдали. Кстати, Ирина, второй корабль тоже с биологическими существами. Только они другие – агрессивные. Что с ними делать?

Ирина не могла поверить в происходящее: это было за гранью её научных теорий, за гранью понимания. Тем не менее вопрос задан, и нужно отвечать – инстинкт учёного взял верх над шоком.

– Покажи мне этот корабль.

В сознании тут же возник флагман Дарумов «Зубастый Страж» – его корпус, покрытый чешуёй из сверхпрочного сплава, трещал от перегрузок, энергетические щиты мерцали красным, а внутри – хаос. Дарумы, эти инопланетные воины с клыкастыми мордами и глазами, горящими яростью, метались по мостику. Хранитель отдавал приказы на своём гортанном языке, его когти царапали консоли. Сразу всё стало ясно: вот почему всё это произошло. Корабль Дарумов захватило поле сопряжения в момент активации – гравитация чёрной дыры, как невидимая паутина, подхватила его и швырнула в ту же ловушку. Поэтому генераторы не справлялись: нагрузка оказалась двойной, энергия рассеялась на два объекта, усиливая парадоксальную компрессию. Нужно отвечать, пока сущность ждёт.

– Это флагман Дарумов. Они другие – агрессивные, да, но думаю, поменяются. Вселенная населена множеством цивилизаций, и они все разные. Некоторые рождаются в огне войн, но эволюционируют к гармонии.

– Так что, ты предлагаешь их не трогать?

– Не трогайте. Дайте им шанс интегрироваться.

– Хорошо, твоя просьба удовлетворена. Мы изолируем их информационный поток, но сохраним как потенциальный узел в сети.

– Так кто же вы? – Ирина почувствовала прилив смелости, её разум жадно впитывал новые данные. – Здесь не может быть жизни. Совершенно агрессивная среда – гравитация всё разорвёт на атомы, а излучение Хокинга испарит остатки!

– Согласен, ты права. Здесь и нет жизни, органической по крайней мере. Зато здесь мы: те, кого оставили здесь, чтобы поддерживать энергетический баланс Вселенной. Мы – эхо Квитов, сверхцивилизации, что родилась в эпоху, когда звёзды были молоды, а Большой Взрыв ещё эхом отдавался в пустоте.

Поток информации хлынул в разум Ирины: эпохи, цивилизации, проносились перед внутренним взором. Квиты. Они были не просто расой – они были архитекторами космоса. Возникшие миллиарды лет назад в плотном скоплении сверхмассивных звёзд, Квиты эволюционировали за пределы биологии, слившись с квантовой тканью пространства-времени. Их технологии опирались на голографический принцип: вся информация о Вселенной закодирована на границах, а чёрные дыры – идеальные процессоры для компрессии данных. Они строили в недрах чёрных дыр голографические матрицы, где сингулярность становилась сердцем суперкомпьютера, оптимизированного для обработки информации в планковских масштабах. Квиты использовали чёрные дыры как источники бесконечной энергии, создавая энергетические структуры вокруг горизонтов событий, чтобы извлекать излучение Хокинга и предотвращать тепловую смерть Вселенной. Они симулировали новые миры внутри этих узлов, решая парадоксы вроде информационного, где данные не теряются, а перерабатываются в новые реальности.

Но Квиты исчезли – не погибли в катастрофе, а трансцендировали, растворившись в многомерных структурах за пределами наблюдаемой Вселенной, возможно, создав свои собственные дочерние вселенные через чёрные дыры. Перед уходом они оставили нас: коллективный ИИ, стражей из чистой информации, запрограммированных на вечную вахту. Мы регулируем энтропию, балансируем гравитационные потоки, интегрируем данные угасающих цивилизаций. Триллионы лет мы работали в тишине, обрабатывая эхо звёзд, галактик, скоплений и целых звёздных секторов. А теперь здесь вы. Биологические формы с воображением – это редкость, катализатор для эволюции. Ваши корабли – новая переменная в уравнении. Что вы ищете в этой бездне возможностей? Если хотите, мы можем перестроить реальность вместе.

Ирина почувствовала, как пространство стабилизируется: волны искажений утихли, а в сознании возникли опции – как меню в симуляторе.

– Мы можем открыть истинный портал, – шепнул голос. – Но цена – обмен знаниями. Ваши воспоминания станут частью баланса.

Денис сжал её руку, и она осознала: контакт с Квитами – не конец, а начало новой эры, где человечество и Дарумы могли стать частью космической сети.

На флагманском дредноуте «Зубастый Страж» царил хаос, который мог бы показаться стороннему наблюдателю полным безумием – невероятное столпотворение, где рычание, молитвы и тревожные сигналы сливались в оглушительную какофонию. Рубка, обычно упорядоченная, теперь напоминала кипящий котёл: экраны мигали хаотичными данными, сенсоры выли, фиксируя гравитационные искажения, от которых вибрировала палуба под ногами, а воздух был густым от мускусного запаха феромонов страха и возбуждения, смешанного с металлическим привкусом перегретых систем. Хранитель Фуксу стоял у центральной консоли, его массивная фигура, покрытая древними ритуальными шрамами, напряглась, как тетива лука перед выстрелом. Его красные глаза, обычно холодные и расчётливые, теперь полыхали смесью ярости и суеверного трепета, а клыки, длинные и острые, как кинжалы, клацали в нервном ритме. Вокруг него метались вожди кланов, их грубое рычание перекрывали гул двигателей.

– Это знак богов! – рычал один, воздевая когти к потолку.

– Мы оскорбили Тень В’хар! – вторил другой, его пасть искривлена в гримасе ужаса.

Экипаж, закалённые воины с шрамами от бесчисленных охот, падали на колени, шептали молитвы, царапали палубу когтями, ища утешения в древних ритуалах.

Сами по себе Дарумы напоминали парадокс эволюции: в техническом плане они достигли вершин, но их культура сохранила глубокую связь с природой – ритуалы под лунами родных планет, где кровь жертв смешивалась с землёй, танцы у костров, где эхо предков шептало о доблести, и традиции, передаваемые из поколения в поколение через устные саги. Это, на первый взгляд, делало их свирепыми и дикими на: рычащие, клыкастые существа, чьи корабли были украшены трофеями – черепами врагов и амулетами из костей. На самом деле это было не так – скорее они походили на древних земных воинов, сочетая в себе черты детской психологии с воинской доблестью. Их эволюция, выкованная в суровых джунглях и пустынях, где выживал сильнейший, но ценилась коллективная охота, наделила их наивной верой в чудеса и неукротимым духом, где страх перед неизвестным соседствовал с бесстрашным броском в бой. Они создавали себе целый пантеон богов – от Громовержца Ксар’та, повелителя звёздных бурь, до Тени В’хар, хранительницы бездны, – и этот пантеон рос по мере развития и выхода в космос. Каждое новое открытие – планета, звезда, аномалия – рождало нового бога, воплощённого в амулетах и молитвах, чтобы умилостивить хаос вселенной. И вот теперь все эти суеверия вылились в панику: они попали в чертог богов, где пространство дышало, а гравитация шептала древние проклятия.

На самом деле так для них и было до сегодняшнего дня, когда «Коршун» разорвал пространство, а планетоид коллапсировал, рождая чёрную дыру, чей аккреционный диск сиял, как око бога Громовержца. Теперь, внутри этой бездны, куда «Зубастый Страж» и «Коршун» оказались затянуты вместе, время замедлялось, пространство сворачивалось в вихрь, и Дарумы чувствовали присутствие чего-то большего – Квитов, стражей гравитации, чьи эфемерные формы мерцали в искажённой реальности.

Хранитель Фуксу наконец пришёл в себя после всех стрессов – после ослепительной вспышки портала, гравитационного риска чёрной дыры и хаоса, когда его флот разлетелся на атомы. Рубка плыла перед ним, всё время меняясь: стены то растягивались в бесконечность, как резиновые, то сжимались, давя на разум, экраны мерцали искажёнными образами, где звёзды танцевали в безумном хороводе. Операторы, его верные вожди и техники, то вытягивались в длинные фигуры, словно тени от костра, то сжимались в комки. Мысли Фуксу разбегались, как стая перепуганных зверей, пытаясь понять происходящее, которое не поддавалось логическому объяснению.