Прочая документальная литература. Страница 4

Конституция США – сравнительно краткий документ. В ней содержится приблизительно 7 тыс. слов. Она включает три компонента: 1) Преамбула, которая не признается судами и американской доктриной за составную часть закона, а рассматривается только с точки зрения источника, от которого она исходит, и целей, ради которых она выработана. 2) Семь статей, обозначенных римскими цифрами, занимающих иногда до нескольких страниц. Большинство статей делятся на разделы. Статьи главным образом определяют структуру органов государственной власти и регулируют их взаимоотношения, построенные на принципе сдержек и противовесов, т.е. распределяет компетенцию на федеральном уровне (статьи I–III), между союзом и штатами (статьи I и IV); устанавливают порядок изменения самого основного закона (статья V); содержат разноплановые положения в статье VI, часть из которых утратила силу (о признании США доконституционных долгов), а другие, наоборот, приобрели особое значение (нормы о соотношении внутреннего и международного права). Статья VII говорит о вступлении в силу самой конституции. Если характеризовать текст, содержащийся в статьях, то можно отметить, что он на первый взгляд кажется простым, логичным, сжатым и небольшим по объему, хотя при более внимательном рассмотрении в нем много нечеткого, неконкретного и противоречивого. Он изобилует общими выражениями, отсутствуют положения о важнейших институтах политической и государственной власти – о конституционном контроле, политических партиях, исполнительном аппарате, поверхностно характеризуется порядок избрания высших должностных лиц и органов, парламентская процедура. 3) 27 поправок, последняя из которых была принята в 1992 году. Поправки призваны пополнять содержащиеся в Конституции пробелы. Так, первые 10 поправок, носящие название Билль о правах, закрепляют свободу вероисповедания, свободу слова, печати, право обращения с петициями к правительству, право ношения оружия, неприкосновенность жилища и личности, право собственности, право на скорый и публичный суд, запрещение вторичного обвинения по одному и тому же делу и избирательное право. К настоящему времени некоторые поправки изменили положения предыдущих поправок, которые в свою очередь модифицировали первоначальный текст (например, последовательное преобразование и уточнение порядка избрания и замещения должностей президента и вице-президента, установленного в ст. II и поправках XII, XX и XXV). Все принятые поправки дописываются к основному тексту, а отмененный текст не устраняется, что затрудняет понимание.

Есть в интеллигентной среде так называемые «неприличные темы», которые мало кто рискнёт затронуть: мировой заговор, протоколы сионских мудрецов, «кровавый навет» и т. п. Исраэль Шамир, журналист и писатель, рискнул и объявил крестовый поход против ксенофобии, шовинизма и сионизма. Он посмел тронуть «за живое» сионских мудрецов. Шамир ненавидит насилие во всех его проявлениях, особенно насилие власти над «маленьким человеком», будь это еврей, палестинец, американец или русский. «И если насилие не остановить, — говорит он. — Апокалипсис неизбежен».

Ответственные редакторы: зам. наркома здравоохранения С. А. КОЛЕСНИКОВ; секретарь ЦК ВЛКСМ Н. И. РОМАНОВ. Автор-составитель А. Ф. СТЕПНАЯ. Художник В. И. СМИРНОВ. В альбоме помещены статьи: народного комиссара здравоохранения Г. А. МИТЕРЕВА; секретаря ЦК ВЛКСМ Н. И. РОМАНОВА; заслуженного деятеля науки профессора Г. И. СПЕРАНСКОГО; профессора П. Г. МЕЗЕРНИЦКОГО; А. Ф. СТЕПНОЙ и др. Специальная фотосъемка по заданию НКЗ СССР и Медгиза В. А. ГОРШКОВА. Фотоматериал: БЕРЛИНА, ГРАЧЕВА. Технический редактор Я. А. ДНЕПРОВСКИЙ.

Как работают разведчики, как привлекают к сотрудничеству иностранных специалистов, каковы масштабы и методы государственного промышленного шпионажа, каков вклад отечественной научно-технической разведки (НТР) в развитие науки и техники, а также в создание новых видов оружия, включая атомное, рассказывает эта книга.

Первый в мире космонавт Герой Советского Союза Ю. А. Гагарин закончил Оренбургское высшее военное авиационное Краснознаменное училище летчиков имени И. С. Полбина. В Оренбуржье, на Южном Урале его считают своим земляком и стремятся быть во всем достойными подвига первого космонавта мира. Эта книга — о первопроходце Вселенной, его бессмертной славе. Она и о тех, кто является настоящими гагаринцами — людях дерзкой мечты и упорного труда.

Статьи Ивана Александровича Ильина, написанные им с 1948 по 1954 гг. в виде бюллетеней "Наши задачи", несмотря на прошедшие 50 лет не только не утратили своей актуальности, но, как хорошее вино, улучшающееся с течением времени, стали ещё более понятны и ЗНАЧИМЫ на фоне происходящего (и предсказанного И. А.Ильиным) в Российской Федерации ("РФ") .

Хто такий гуцул? Це гонорова й волелюбна людина, яка може багато чого вибачити, але тільки не приниження власної гідності. Ключиком до розуміння духовного світу гуцулів слугує їх оригінальне глибокохристиянська міфологія А Стрітеннє — одно з найулюбленіших свят на Гуцульщині. Відома українська поетеса у першій своїй прозовій книжці вкладає у це слово набагато глибший зміст. Це своєрідна данина рідному краєві, що зумів зберегти свою праісторію спервовіку. Це книжка гуцульських звичаїв і вірувань, давніх легенд, казок, переказів, колядок, ворожінь тощо. Письменниця переконує читача в тому, що врешті-решт холод сучасних негараздів буде подолано всеперемагаючим теплом українського Відродження.

Смерть Лермонтова – одна из главных загадок русской литературы. Дмитрий Быков излагает свою версию причины дуэли, объясняет самоубийственную стратегию Лермонтова и рассказывает, как ангельские звуки его поэзии сочетались с тем адом, который он всегда носил в душе.

Шотландия всегда находилась в тени могущественной южной соседки Англии, в борьбе с которой на протяжении многих столетий страна пыталась отстоять собственную независимость. Это соседство, ставшее причиной бесчисленных кровопролитных сражений, определило весь ход шотландской истории. И даже сегодня битва продолжается — уже не вооруженная, а экономическая, политическая, спортивная. Впрочем, борьбой с Англией история Шотландии вовсе не исчерпывается; в ней немало своеобычных ярких и трагических страниц, о которых и рассказывает автобиография этой удивительной страны, одновременно романтической и суровой, сдержанной и праздничной, печальной и веселой.