Философия. Страница 138

Эта заметка – о, пожалуй, самой скандальной работе эпатажного философа Герберта Маркузе: «Одномерный человек». Практически сразу же после ее опубликования на ее автора обрушился шквал яростной критики. Обвинения были самыми разнообразными: от уличения его в мизантропии и – до изобличения его же «замаскированной презрительности к людям». Маркузе называли и циником, и нигилистом, и экстремистом и «левооппортуничтическим ревизионистом». Сейчас, по прошествии полувека после того, как увидел свет «Одномерный человек» Маркузе, мы попытались поделиться с Вами своим вuдением смысла и сути этой, явно не ординарной работы.

Сергей Николаевич Трубецкой (1862–1905) – философ и политический деятель, профессор философии Московского университета.«Курс истории древней философии» Трубецкого до сих пор является одним из лучших российских учебников по истории древнегреческой философии.

Константин Николаевич Леонтьев начинал как писатель, публицист и литературный критик, однако наибольшую известность получил как самый яркий представитель позднеславянофильской философской школы – и оставивший после себя наследие, которое и сейчас представляет ценность как одна и интереснейших страниц «традиционно русской» консервативной философии.

В данном учебном пособии предлагается вариант изучения философии, опирающийся на методологическую установку единства наглядного, чувственного и абстрактного, теоретического аспектов познания. Охарактеризованы основные компоненты философского знания: онтология, философская антропология, гносеология, социальная философия; текстовый материал сопровождается схемами, иллюстрирующими содержание и соотношение философских понятий, принципов, закономерностей. Предлагаемый материал основывается на современном понимании диалектико-материалистической традиции. При этом разбираются и альтернативные концепции.Предназначено для студентов и аспирантов вузов, а также лиц, интересующихся философией.

"Папа, объясни мне, зачем нужна история". Так однажды спросил у отца-историка мальчик, весьма мне близкий. Я был бы рад сказать, что эта книга -- мой ответ. По-моему, нет лучшей похвалы для писателя, чем признание, что он умеет говорить одинаково с учеными и со школьниками. Однако такая высокая простота -- привилегия немногих избранных. И все же этот вопрос ребенка, чью любознательность я, возможно, не сумел полностью удовлетворить, я охотно поставлю здесь вместо эпиграфа. Кое-кто, наверняка, сочтет такую формулировку наивной. Мне же, напротив, она кажется совершенно уместной. Проблема, которая в ней поставлена с озадачивающей прямотой детского возраста, это ни мало, ни много -- проблема целесообразности, оправданности исторической науки.

Ильенков Э.В. Мужество мысли…«Комсомольская правда», 8 декабря 1967.