Проза. Страница 96

Роман «Чаттертон» (1987) тоже отсылает нас к биографиям реальных лиц – поэта-самоубийцы XVIII века Томаса Чаттертона, поэта викторианской эпохи Джорджа Мередита, причем линии их жизни переплетаются с вымышленной сюжетной линией Чарльза Вичвуда, поэта наших дней.Акройд проецирует на три разные эпохи историю непризнанного и одинокого поэтического таланта, заставляя переплетаться судьбы своих персонажей, то и дело уснащая текст детективными поисками. Прежде всего, это погоня за утраченной стариной, но лейтмотивом этих поисков служит и постоянный вопрос: что есть реальность и вымысел, что есть истинное и ложное? В связи с этим часто всплывает тема плагиата в искусстве и тема фальсификации, т. е. «плагиата наоборот», когда художник приписывает собственное творение чужому гению. Возможно, не каждый согласится с теми выводами, которые делают герои романа.Как этого и требует жанр псевдодетектива, читательские ожидания под конец обманываются, и всю книгу приходится переосмысливать заново, – но именно этого, должно быть, и добивался автор, явно избегающий окончательной расстановки точек над «i» и предлагающий каждому самостоятельно решать, где лежит истина…

Об Александре Македонском написано столько, что еще одна книга может показаться лишней. Однако хорошая книга лишней не бывает...

Роман «Фаворит» – многоплановое произведение, в котором поднят огромный пласт исторической действительности, дано широкое полотно жизни России второй половины XVIII века. Автор изображает эпоху через призму Действий главного героя – светлейшего князя Григория Александровича Потемкина-Таврического, фаворита Екатерины II; человека сложного, во многом противоречивого, но, безусловно, талантливого и умного, решительно вторгавшегося в государственные дела и видевшего свой долг в служении России.

Российская империя, 1913 год. Мир бурлит новостями об археологических находках в Тунисе, Греции, Индии... А русский «Вестник теософии» рассказывает о Павле Шлимане, внуке знаменитого Генриха Шлимана, открывшего Трою и утверждавшего о существовании Атлантиды. Самое время отправиться на поиски следов затерянной цивилизации! Куда? А если – на Урал? Ведь в зарубежной прессе уже появляются гипотезы о том, что именно он и стал второй родиной ариев. В экспедиции Русского антропологического общества при Императорском Санкт-Петербургском университете судьба сводит молодых ученых, один из которых предал другого в кровавом девятьсот пятом году. «Козырные карты» опять в руках доносчика, и он ими умело манипулирует: отвоевывает место руководителя группы и почти добивается руки невесты своего противника. Но коварные планы рушатся неожиданным образом. Что это, награда или наказание, если отвернувшаяся фортуна бросает тебя в пропасть не только в переносном, но и в прямом смысле? Есть ли выход?

Но почему из послевоенной нищеты, из покосившегося барачного городка, из путаных грязных переулков, по которым весной не пройти, разве что по дощатым мосткам, доносится чей-то сладостный и тревожащий голос – о готовности душу отдать за други своя? Почему мы прислушиваемся к нему? Почему мы ждем его?

Книга известного английского культуролога Фила Бейкера рассказывает удивительную историю абсента от времен Древней Греции и Рима до наших дней. Запрещенный в XIX веке сначала в Швейцарии, а затем и во Франции, где он пережил свою золотую эпоху (с ним связаны имена А.де Мюссе, Ш.Бодлера, П.Верлена, А.Рембо, А.Тулуз-Лотрека, В.Ван Гога и других знаменитых поэтов и художников), этот алкогольный напиток был объявлен едва ли не главной причиной всеобщего упадка нравов. Что такое абсент и чем он выделяется среди прочих напитков? Почему вызывал такой ужас и обладал такой притягательностью? Об этом и о многом другом читатель узнает из этой увлекательной и познавательной книги, многие главы которой читаются как детектив.

«Мактуб» означает «Это написано». Арабы переживают, что «Это написано» не совсем правильный перевод, потому что хотя действительно все уже написано, Бог сострадает, и пишет это просто для того, чтобы помочь нам. Путешественник в Нью-Йорке2. Он проспал встречу, и когда покидал отель, то увидел, что его машина отбуксирована полицией. В результате он слишком поздно пришел на встречу, обед длился дольше, чем было необходимо, и он думал о штрафе, который должен заплатить. Это была плата за удачу. Вдруг, он вспомнил о долларовой купюре, которую он вчера нашел на улице. Он увидел странную связь между долларом и событиями, происшедшими с ним этим утром. «Кто знает, может быть, я нашел эти деньги до человека, который предполагал их найти? Может быть, я убрал этот доллар с пути кого-нибудь, кто действительно в нем нуждался. Кто знает, может быть, я помешал тому, что было написано?» Он почувствовал, что должен избавиться от доллара и в этом момент увидел нищего, сидящего на тротуаре. Он быстро вложил доллар ему в руки и почувствовал, что он восстановил равновесие вещей. «Одну минуту», сказал нищий. «Я не прошу милостыню. Я поэт и хочу прочитать вам стихотворение при возвращении». «Хорошо, прочитайте что-нибудь покороче, потому что я спешу», сказал странник. Нищий сказал: «Если ты еще живешь, это потому что ты еще не пришел в место, в которое должен прийти».

После появления в печати ранних повестей Замятина о нем громко заговорила критика, ставя его имя в один ряд с Буниным, Пришвиным, Куприным. Реалистические образы ранних повестей Замятина поднимаются до символизма, до обобщений, за которыми ощущается вечное противоборство добра и зла.В своих произведениях, которые стали ярчайшим художественным документом времени, Замятин стремился к «настоящей правде», которая, по Достоевскому, «всегда неправдоподобна».

Написанная на основе непосредственных личных впечатлений книга Стейнбека явилась откликом на резкое обострение социально-экономической ситуации в США в конце 30-х годов. Летом 1937 года многие центральные штаты к западу от среднего течения Миссисипи были поражены сильной засухой, сопровождавшейся выветриванием почвы, «пыльными бурями». Тысячи разорившихся фермеров и арендаторов покидали родные места. Так возникла огромная волна переселенцев, мигрирующих сельскохозяйственных рабочих, искавших пристанища и заработка в долинах «золотого штата» Калифорнии. Запечатлев события и социальный смысл этого «переселения народов», роман «Гроздья гнева» в кратчайшее время приобрел общенациональную славу как символ антикапиталистического протеста, которым была проникнута общественная атмосфера Соединенных Штатов в незабываемую пору «красного десятилетия». Силе и четкости выражения прогрессивных идей в лучшем романе Стейнбека во многом способствует его оригинальная композиция. Эпическому повествованию об испытаниях, выпадающих на долю переселенцев, соответствуют меньшие по объему главы-интерлюдии, предоставляющие трибуну для открытого выражения мыслей и чувств автору. «Гроздья гнева» — боевое, разоблачительное произведение, занимающее выдающееся место в прогрессивной мировой литературе, проникнутой духом освободительных идей. Правдиво воспроизводя обстановку конца 30-х годов, американский писатель сумел уловить характерные для различных слоев населения оттенки всеобщего недовольства и разочарованности.