Современная проза. Страница 124

Пятеро европейцев, трое мужчин и две женщины, отправляются в путешествие по Андам к развалинам полулегендарного города Вилкабамбы – города, в котором инки нашли свое последнее пристанище в борьбе с завоевателями-испанцами. Никто из путников даже не догадывается о том, что им предстоит преодолеть не только все тяготы путешествия, но и взаимное недопонимание и даже враждебность. Примириться с прошлым и заново обрести себя – вот основная задача, которую приходится решать европейцам.

"Городские истории" - это сборник небольших рассказов о ситуациях, подслушанных или подсмотренных и описанных в шутливо-иронической форме. Это истории, свидетелем и участником которых может стать любой... Итак, история первая...

Ироническая повесть с претензией на философское отношение к жизни и к тому, что находится на ее втором плане, а так же очередные приключения рыцарской братии без страха и упрека.

14 июля 1099 года, Иерусалим замер в ожидании штурма крестоносцев. Жители города всех возрастов и разного вероисповедания пришли на площадь послушать загадочного старца Копта. Собравшиеся задают ему вопросы о своих тревогах, о врагах и битве. Сегодня, спустя столетии, ответы мудреца все так же верны, ведь он говорил о ценностях, над которыми время не властно. То, кем мы являемся, то, чего боимся и на что надеемся, основывается на нашем внутреннем знании и вере — и не зависит от внешних обстоятельств.

Ясутака Цуцуи называют японским Филипом Диком и духовным отцом Харуки Мураками. Российскому читателю он известен прежде всего своим романом «Паприка», по которому снято популярное аниме. Роман «Преисподняя», впервые изданный на русском языке, поражает и авторским замыслом, и формой его воплощения. Герой, пятидесятилетний Такэси, попав в автокатастрофу, оказывается в преисподней, где встречает своих знакомых, погибших при самых разных обстоятельствах. Здесь время проходит совсем не так, как на земле, и люди знают не только прошлое, но и будущее. Загробный мир у Цуцуи — совсем не такой, как его традиционно представляют: в чём-то страшнее, а в чём-то, как ни странно, забавнее.   Пресса о романе: Творчество Цуцуи бросает вызов общепринятой классификации жанров. Следуя по стопам Франсуа Рабле, Свифта и Марка Твена, он создаёт микс сатиры, фантастики, детектива и мифа. The Japan Times Ад в сюрреалистической повести Цуцуи не такой, как его обычно представляют. Он не очень отличается от нашего мира, который просто покинули те, кто его населяет. Financial Times В «Преисподней» Цуцуи смешивает историю и современность, реальность и фантазию. The Daily Telegraph  

Стоит только произнести «кольт», и ты уже не ты, а совершенно другой человек — из тех, что ходят иными дорогами. Бродить по улицам с заряженным револьвером позволяет полностью преобразиться.Ярмарка преступлений, охотник за пиццами, смертоносный балкон, виолончелист, убитый собственной музыкой, картина Ван Гога, вытатуированная на коже — все это части безжалостной машины-убийцы, мясорубки для маленьких девочек, или пятнадцать озорных, остроумных новелл Тонино Бенаквисты.

Роман Василия Аксенова «Желток яйца» — гротескное, почти памфлетное произведение о борьбе КГБ и ЦРУ за обладание записками Достоевского о его встречах с Карлом Марксом

« Увиденное автором поражает своей точностью, пронзительностью. Галерея женских портретов, как говорится, "бьет по мозгам ". Те ужасы (и запретные радости) нашей жизни, о которых многие лишь слышали, проходят перед нами в этой книге. И портрет самого героя нарисован с небывалой для нашей литературы откровенностью: городской плейбой, ищущий приключений, а находящий трогательные картины настоящей жизни, существующей, оказывается и на дне.»Валерий Попов, председатель Союза писателей Санкт-Петербурга

Повести и рассказы-крохотки, писанные В.Крупиным на протяжении долгого времени для православной газеты Севера России «Вера».v 1.0 – создание fb2 OCR Денис