Гобелен в галерее дворца Донати. Тяжелые мантии, темная кожа. Он не якимианец. Рарес — пейзлианец.

Он коротко улыбается в знак приветствия.

— Ложь была необходимостью, душа моя. Я не знал тебя, ты не знала меня. Разумеется, ты все еще не знаешь меня, но если хочешь, чтобы я тебе помог, то мы должны поторопиться.

Он поворачивается к лестнице. Я ошарашенно таращусь ему в спину. Мэзер хмурится, Терон кричит в своей камере, требуя его освободить.

Я кидаюсь к Раресу.

— Подожди! Что ты…

Рарес разворачивается ко мне.

— Тебе нужна была помощь, — заявляет он таким тоном, будто констатирует факт, что зимой идет снег.

Я качаю головой.

Мэзер оглядывает лестницу, ожидая, что дверь наверху откроется и нас схватят. Тогда жертва Терона будет напрасной.

— Я… Почему ты? — выдыхаю я.

Рарес достает из кармана мантии ключ. Ключ. Последний из трех. Так гобелен указывал, что мы должны найти Рареса? Рарес подходит ко мне и касается ладонью моей щеки.

Мэзер стремительно бросается к нему, и Рарес был бы мертв, если бы я не успела остановить Мэзера взмахом руки. Я смотрю в глаза Рареса и не могу дышать. Его кожа согревает мою щеку. В сознании возникает образ: гора, сияющая свинцом и пурпуром, омытая столпом золотого света.

Символ ордена Искупителей. Рарес убирает ладонь.

— Я должен был убедиться, что тебе можно доверять.

— Как… — потрясенно хриплю я.

Он улыбается.

— Обещаю, я объясню тебе все, душа моя. А теперь ты пойдешь со мной?

Я хмурюсь, пытаясь понять случившееся. Видения приходят ко мне, только если я касаюсь обладателя накопителя обнаженной кожей. Ни у кого другого в Примории магии нет, и даже пропитанный Распадом человек не может вызвать подобной реакции. Иначе бы я давно поняла, что с Тероном что-то не так. Но у Рареса есть ключ… Может, это очередное видение. Не может быть. Чтобы на меня воздействовала магия ключа, я должна прикоснуться к нему.

Кем бы ни был стоящий передо мной мужчина, он обладает магией. Он — член ордена Искупителей. И он — пейзлианец.

Мои мысли переносятся к таинственному королевству в окружении Пейзлийских гор. Вентралли, Яким, Саммер. Кларинские горы. Все королевства, в которых были спрятаны ключи, вели от Пейзли до Кларинских гор. От ордена до магического источника. Поэтому ключи спрятали там? Но почему их было так просто найти? Как много вопросов… Но теперь я знаю, как получить ответы. И знаю, куда все это время вели меня ключи.

— Мира, — предостерегает Мэзер.

У меня дрожат руки. Я все это время понимала, как надо поступить. Если бы я сделала правильный выбор, если бы слушала свое сердце и поступала так, как нужно моему королевству, то могла бы предотвратить случившееся.

Поэтому я киваю Раресу. Если есть хотя бы малейший шанс на то, что он поможет остановить жуткий хаос вокруг меня, то я пойду с ним. Какая бы опасность мне ни грозила… я должна получить ответы.

Останусь здесь — и Ангра поработит весь мир. Отправлюсь с Раресом — и, возможно, смогу найти способ остановить Ангру. Нельзя терять надежду.

— Что? — выдыхает Мэзер.

Я разворачиваюсь к нему.

— Ты должен освободить всех и увести отсюда как можно дальше. И Кэридвен — принцессу Саммера… Ты должен освободить и ее…

— Ты сошла с ума? Я не позволю…

— Я не спрашиваю твоего разрешения, Мэзер. — Я действительно сошла с ума, раз делаю это. — Я приказываю тебе. Я — твоя королева.

Это его добивает. Где бы он ни брал до этого силы, в это мгновение они иссякают. В его глазах то же самое выражение, что было в моей комнате в Дженьюрианском дворце, когда он ушел со слезами на глазах, опустошив мою душу.

На этот раз ухожу я сама. Но от этого ничуть не легче. Я подаюсь к нему и обнимаю руками за шею, как делала это на крыше. Я ощущаю себя так, будто вернулась домой. Он сохранит мое королевство в безопасности. Он сохранит наше королевство в безопасности. И, зная это, я еще крепче прижимаюсь к нему. Мэзер — тоже выбор, который я должна была сделать. Он сжимает меня в объятиях с тем же жаром, что и я — его. И в эти секунды мы снова становимся самими собой. Просто Мирой и Мэзером.

Твердая, ничем не замутненная решимость прогоняет печаль. Рарес, не говоря больше ни слова, взбегает вверх по ступенькам, и я отстраняюсь от Мэзера. Он снова принимается за засовы, а Терон по-прежнему требует, чтобы его освободили. Хаос, один лишь хаос, и я бегу прочь.

Нет, я убегаю не от него. Я бегу… за помощью.

«Я все исправлю, — мысленно обещаю я винтерианцам. — Любой ценой. Что бы мне ни пришлось сделать и кем бы ни пришлось стать».

Я не допущу крушения этого мира.

БЛАГОДАРНОСТИ

Сиквелы даются тяжело. Они будто страдают от своеобразного книжного «синдрома среднего ребенка». Поэтому-то я и обязана появлением этой книги такому огромному количеству людей.

Прежде всего я, как всегда, хочу поблагодарить своего литературного агента Маккензи Брэди и абсолютно всех из The New Leaf Team (в особенности Дэниэль, которая делала просто потрясающие замечания). Если бы у каждого автора был такой великолепный литературный агент, как Маккензи, то мир бы лучился от счастья.

Благодарю моего редактора Кристин Ренс — путеводную звезду на пути моего прихотливого, многоречивого круизного лайнера. Эта книга — БОЛЬ (ох уж эти сиквелы!), но Кристин Ренс провела меня через всю эту боль и страхи и помогла создать связный роман. Она бесподобна.

Благодарю всю несравненную команду Harper: Эрин Фицсиммонс (твои рисунки прекрасны до безобразия); экстраординарного агента по рекламе Кэролайн Сан (вечная тебе благодарность за управление моим сумасшедшим расписанием); Джойс Стейн — второго экстраординарного агента по рекламе (твое терпение и настойчивость — бесценны) и всю группу Epic Reads за то, что они поддерживали мои книги с чувством, тактом и крутизной.

Благодарю Кейт Руд не только за помощь в изображении Миры, но и за то, с каким восторгом она ее оказывала.

Джефф Хуанг. Приятель! Твой шакрам… У меня по-прежнему захватывает дух от твоих умений!

Келсон. Такой терпеливый, поддерживающий и гордящийся своей женой муж, как ты, — мечта каждого автора. Я бесконечно благодарна судьбе за то, что наш с тобой роман не был так сложен, как роман Миры.

И так как я не включила их в благодарности в своей первой книге, то вдвойне благодарю всех своих родственников со стороны мужа. Анетта, Дэн, Трентон и Каро — вы раскрашиваете нашу с Келсоном жизнь! И Майк, мой не-свояк-свояк, спасибо тебе за то, что миришься с безумной толпой моих друзей-авторов. Твой дом чудесен, как и ты сам.

Благодарю своих родителей, снова, и снова, и снова. Нежась в вашей бесконечной поддержке и любви, я все время вспоминаю то время, когда мне было двенадцать. И как счастлива я была бы тогда узнать, что мои странноватые короткие записи превратятся в книгу. Благодарю Мелинду — свою сестру года! Прости, что в этой книге ты еще не появилась, но, обещаю, в третьей книге ты будешь очень важным персонажем.

Огромное спасибо всей моей семье. Бабуле и дедуле, Дебби, Дэну, тете Бренде, Лизе, Эдди, Майку, бабуле Конни, Сюзанне, Лиллиан, Уильяму, Брэди, Хантеру, Лорен, Люку, Делани, Гаррету, Крисси, Уайтту, Брэнди и Кайле-библиотекарше. А также Келси и Кайлей — благодаря вам, девчонки, день подписи моих книг становится для меня в сто раз особеннее.

Благодарю своих друзей-писателей (хотя я и оставила большинство из вас, переехав на восток, надеюсь, вы все еще меня любите!). Дж. Р. Йоханссон, Кейси Уэст, Натали Уиппл, Бри Деспейн, Мишель Д. Аргайл (твои рисунки прекрасны), Кэндис Кеннингтон, Л. Т. Эллиот, Саманту Верант, Кэтрин Роуз, Джиллиан Шмидт и кузину Никки (вместе со всеми твоими детишками).

Благодарю своих новых друзей-писателей! Клэр Легранд (наши книги так хорошо смотрятся вместе), Джоди Медоуз (твое искусство письма феноменально!), Морган Родес (я все еще в восторге от твоего отзыва на «Снег как пепел»), Анну Бланкман (соседи вроде как), Лизу Максвелл (больше кофе и свиданий!), Мартину Бун (YASI[1] всегда в моем сердце), Джой Хенсли и Кристен Липперт-Мартин (наш союз осенних дебютов), Сабу Тахир (за Элиаса), Сару Дж. Маас (северо-восток рулит) и всех членов группы Young Adult DC (друзья, для меня преогромная честь — быть частью вашей группы. И не только из-за карманного Джейми).