– Но он должен знать, где его отец.

– Детектив готов связаться с ним по этому вопросу, если хочешь.

– Хочу.

– Я об этом позабочусь. – На столе у Ланы зажужжал интерком. – Это Каллены. Ты готова?

Колли кивнула.

– Если хочешь, можешь предоставить говорить мне. Если тебе понадобится перерыв, только дай мне знать.

– Давай покончим с этим поскорее.

13

Странный это был момент – встреча с теми, кто мог бы стать ее семьей, если бы не роковой поворот судьбы. Колли не знала, как ей поступить, когда они вошли. Встать или остаться на стуле? Куда смотреть? Как смотреть? Что сказать?

Она попыталась незаметно рассмотреть Джея Каллена, чтобы это не выглядело так, будто она на него глазеет. На нем были легкие летние брюки, рубашка в крошечную сине-зеленую клеточку и очень старые, разношенные замшевые туфли на мягкой подошве. Синий галстук. «На вид он… симпатичный», – решила Колли. Его лицо отличалось тихой, неброской красотой, он был даже спортивен и выглядел именно так, как и должен выглядеть пятидесятилетний преподаватель математики в средней школе.

И судя по темным кругам у него под глазами – о, боже, это же ее глаза! – в последнее время он плохо и мало спал.

В маленьком кабинетике Ланы не хватило стульев на всех. Несколько секунд, хотя Колли они показались вечностью, все стояли в неловком молчании, словно позируя для семейной фотографии. Потом Лана вышла вперед, протянув руку для приветствия.

– Спасибо, что пришли. Миссис Каллен, мистер Каллен, извините, я не сообразила, что Даг присоединится к вам. Позвольте мне принести еще один стул.

– Я постою, – сказал он ей.

– Мне нетрудно.

Он покачал головой. Опять наступило неловкое молчание.

– Прошу вас, садитесь, миссис Каллен. Прошу вас, мистер Каллен. Хотите кофе? Чего-нибудь холодного?

– Лана. – Даг положил руку на плечо матери и направил ее к стулу. – Не стоит делать вид, что все нормально. Нам всем тяжело. Давайте просто покончим с этим.

– Ситуация трудная, – согласилась Лана и мысленно признала, что ничем не может ее облегчить. Она вновь заняла свое место за столом, тем самым отделив себя от остальных. Здесь она выступала только в качестве посредника, советника по правовым вопросам. В случае необходимости – в качестве третейского судьи. – Как вам известно, – начала она, – я представляю интересы Колли в вопросе об установлении ее происхождения. К настоящему моменту нам стало известно о некоторых фактах…

– Лана! – Колли собралась с силами. – Я сама скажу. Получены предварительные результаты анализов, которые мы сдали. Более сложный сравнительный анализ ДНК займет значительно больше времени. Один из тестов – стандартный тест на отцовство – является отрицательным по сути. Он лишь исключает отцовство того или иного конкретного индивида. Здесь не тот случай.

– Колли, – перебил ее Даг, продолжая держать руку на плече Сюзанны и чувствуя, как она дрожит, – да или нет?

– Да. Есть, конечно, вероятность ошибки, но она крайне невелика. Мы будем знать наверняка, только когда найдем и допросим Маркуса Карлайла, адвоката, который оформлял мое удочерение. Но я сижу тут, смотрю на вас и не могу отрицать физическое сходство. Невозможно игнорировать совпадение времени и обстоятельств. Невозможно отрицать научные данные, собранные на сегодняшний день.

– Почти двадцать девять лет, – голос Сюзанны был не громче шепота, но он потряс всю комнату. – Но я знала, что мы тебя найдем. Я знала, что ты вернешься к нам.

– Я…

«Не вернулась», – хотела сказать Колли, но ей не хватило духу произнести это вслух, потому что по щекам Сюзанны покатились слезы. Колли поднялась на ноги и инстинктивно попятилась, когда Сюзанна вскочила и обхватила ее обеими руками.

«Мы одного роста», – машинально отметила про себя Колли. От Сюзанны пахло какими-то легкими летними духами, совсем не подходившими к драматичности момента. У нее были густые мягкие волосы, чуть темнее волос самой Колли. Она вся дрожала, и сердце у нее стучало молотом.

Хотя в глазах у нее стояли слезы, Колли заметила, что Джей тоже поднялся. На мгновение их взгляды скрестились, но в его глазах тоже блеснули слезы, страшная боль исказила его черты, и Колли закрыла глаза, не в силах это выдержать.

– Мне очень жаль! – Больше ей ничего не пришло в голову. Она даже не знала, к кому обращается: к Сюзанне или к себе самой. – Мне очень, очень жаль.

– Ничего, все хорошо. – Сюзанна погладила ее по волосам, по спине, тихо шепча, словно успокаивая ребенка. – Теперь все будет хорошо.

«Как? Каким образом?» – Колли боролась с отчаянным желанием вырваться и бежать. Бежать, не останавливаясь, лишь бы вернуться в свою прежнюю жизнь.

– Сьюзи! – Джей коснулся плеча Сюзанны и бережно отвел ее назад. Она повернулась к нему.

– Наша девочка, Джей. Наша девочка.

– Ш-ш-ш. Не надо плакать. Давай сядем. Вот, присядь. Тебе надо присесть. – Он усадил ее, взял протянутый Ланой стакан воды. – Вот, дорогая, попей водички.

– Мы нашли Джессику! – Она схватила его свободную руку, не обращая внимания на стакан. – Мы нашли нашу девочку. Я же говорила! Я тебе всегда говорила!

– Да, ты мне всегда говорила.

– Миссис Каллен, почему бы вам не пройти со мной? – Лана подхватила Сюзанну под руку. – Вам нужно немного освежиться. Почему бы вам не пройти со мной? – повторила она, поднимая Сюзанну на ноги.

Сюзанна двигалась, как механическая кукла. Лана обняла ее за талию и вывела из кабинета, не спуская глаз с Дага. Его лицо было совершенно бесстрастным.

Джей выждал, пока дверь за ними не закрылась, и только потом повернулся к Колли.

– Но ведь мы никого не нашли, верно? – тихо сказал он. – Ты не Джессика…

– Мистер Каллен…

Он поставил стакан на стол. Рука у него тряслась. Он расплескал бы воду, если бы не поставил стакан.

– Тесты не имеют значения. Вся эта биологическая принадлежность не имеет значения. Ты это знаешь… я по лицу вижу, что знаешь. Ты больше не наша. И когда она наконец поймет… – Его голос пресекся, Колли видела, как он делает над собой усилие, чтобы закончить фразу. – Когда она наконец поймет… это будет все равно что потерять тебя снова.

Колли вскинула руки:

– Что я должна на это ответить? Чего вы от меня хотите?

– Хотел бы я знать. Ты… э-э-э… могла вообще этого не делать. Могла не говорить нам. Могла бы просто отвернуться. Я хочу… не знаю, поймешь ли ты меня… Может, для тебя это неважно, но я должен сказать, что горжусь тобой.

Какой-то узел у нее внутри ослаб.

– Спасибо!

– Что бы ты ни решила делать дальше, прошу тебя об одном: старайся не ранить ее больнее, чем абсолютно необходимо. Мне нужно на воздух. – Джей торопливо подошел к двери. – Даг, – не оборачиваясь, позвал он сына. – Позаботься о маме.

Колли без сил опустилась на стул.

– Хочешь изречь что-нибудь глубокомысленное? – спросила она у Дага.

Он подошел к ней, сел рядом. Его взгляд сверлил ее насквозь.

– Всю жизнь, сколько я себя помню, ты жила в доме как привидение. Ты всегда была тут как тут, именно потому, что тебя там не было. Любые праздники, любое событие, любой самый обычный день… твоя тень непременно маячила где-то поблизости. Как я тебя за это ненавидел!

– Зря я дала себя украсть, не подумав о твоих интересах.

– Если бы не ты, все было бы нормально. Мои родители и сейчас были бы вместе.

– О господи, – вздохнула она.

– Если бы не ты, вся моя жизнь пошла бы по-другому. Мне не пришлось бы видеть ужас в глазах матери всякий раз, когда мне случалось опоздать на пять минут. Мне не пришлось бы слушать, как она плачет по ночам, как бродит по дому в поисках неизвестно чего.

– Я это исправить не могу.

– Нет, исправить это ты не можешь. Насколько я понял, у тебя было довольно-таки счастливое детство. Беспечное, нормальное, благополучное, но не настолько, чтобы вскружить тебе голову.

– А у тебя такого детства не было?