Завороженный, герцог и не заметил, что Катриона уже спустилась и стоит возле него. Он чувствовал себя оробевшим школьником, впервые оказавшимся рядом с красивой женщиной. Отступив назад, он взял ее руку, обтянутую перчаткой.

— Ты великолепно выглядишь, — произнес он. — Полагаю, это не мадам Давенон пришло в голову так украсить твое платье?

Рука Катрионы дрогнула.

— Нет, мне, — тихо проговорила она.

— Ты молодец, — заметил герцог, почувствовав перемену в ее настроении. Лишь недавно Роберт понял, почему она так странно повела себя, когда он предложил ей стать его женой. Признаться, это было совсем не трудно, надо было всего лишь представить, как бы он чувствовал себя на ее месте. Жизнь Катрионы круто переменилась, она стала совсем другим человеком, так что же удивляться тому, что она возмущалась! К тому же ей вовсе не хотелось никаких перемен. И еще Роберт помнил, как чувствовал себя, лишившись зрения и тоже став, по сути, иным человеком. Шалью из шотландки, отделкой платья Катриона хотела доказать всему высшему обществу, что, несмотря на изменения в ее жизни, она оставалась той же девушкой из простой семьи, какой была прежде.

— Я хочу кое-что подарить тебе, — вымолвил Роберт, вынимая из ящика маленького столика, стоящего у стены, небольшую деревянную шкатулку. — Надеюсь, ты наденешь это сегодня вечером. — Открыв шкатулку, он вытащил что-то из нее. А затем вновь посмотрел на Катриону. — Эта вещь, — задумчиво проговорил герцог, — прежде принадлежала моей матери. Отец подарил ее ей на свадьбу — так же, как до этого, много лет назад, мой дед дарил ее же бабушке. Сочту за честь, если и ты согласишься надеть это.

С этими словами Роберт застегнул на запястье Катрионы, прямо поверх длинной перчатки, невероятной красоты браслет, украшенный темно-синими сапфирами в обрамлении сверкающих бриллиантов и матовых жемчужин.

Девушка заглянула ему в глаза — она была очень тронута тем, что Роберт подарил ей семейную реликвию.

— Спасибо, — неуверенно прошептала она, не зная, что положено говорить в таких случаях.

Роберт промолчал, не желая ставить Катриону в неловкое положение. А затем представил ее своей тетушке Эмилии Иденхолл. Эта пожилая невысокая толстушка утонула в платье, которое украшало такое количество кружев, какого Катрионе прежде и видеть не доводилось. Приветливое лицо тетушки Эмилии и особенно ее карие глаза светились добротой. Ласково обняв девушку, она потрепала ее по щеке, а затем чуть отступила, чтобы оглядеть с головы до ног.

— Я так рада познакомиться с тобой, дорогая Катриона, — весело заговорила она. — Думаю, мы отлично поладим и хорошо проведем время вместе. Кстати, ты, случайно, не играешь в пикет?

Удивленная этим вопросом, Катриона растерянно улыбнулась. Признаться, она-то ожидала, что тетушка Роберта немедленно засыплет ее всевозможными вопросами о прошлой жизни, близких, а та вместо этого неожиданно заговорила о карточной игре!

— Н… нет, — запинаясь, пробормотала она. — Боюсь, я не умею играть… в пикет…

— Что ж, — продолжала болтать Эмилия, взяв Катриону под руку и направляясь вместе с ней к двери, — раз так, я научу тебя. Ах, дорогая, после моей школы ты с такой же легкостью, как и я, сможешь выуживать деньги у леди Дарлингтон. Поверь мне, это очень забавно!

Катрионе тетушка Эмилия сразу понравилась.

Вся решимость Катрионы пропала, как только они вступили в бальную залу, заполненную людьми. Лакей громко выкрикнул их имена, и, кажется, в мгновение ока шум стих и головы присутствующих повернулись в сторону герцога Девонбрука и леди Кэтрин Данстрон, стоявших на верхней ступеньке лестницы. Женщины, прикрывая лица веерами, тут же принялись сплетничать, а мужчины — перешептываться, опустив подбородки в свои накрахмаленные галстуки.

Катриона сразу догадалась, о чем они переговариваются: герцог Девонбрук вернулся, привезя с собой «эту особу», которая не была ему ровней.

Если Роберт и заметил их реакцию (да и как он мог не заметить ее?), то и виду не подал. Крепко сжав локоть Катрионы, он повел ее вперед через толпу. Эмилия семенила с другой стороны от девушки, улыбаясь знакомым. Роберт только кивал некоторым и лишь несколько раз буркнул под нос: «Добрый вечер».

Почти все присутствующие откровенно глазели на Катриону, а один раз, когда, смутившись, она опустила глаза, тетушка Эмилия наклонилась к ней и тихо прошептала девушке прямо на ухо:

— Тебе нечего бояться, моя дорогая. Это они здесь чужие, а не ты.

Слова пожилой дамы ободрили девушку настолько, что она нашла в себе силы отвечать вежливой улыбкой на дерзкие взгляды любопытных. К тому же Катриона перестала опасаться того, что ей внезапно встретится сэр Деймон Данстрон.

Они уже почти пересекли бальную залу, как вдруг к ним подошел какой-то молодой человек и непринужденно обнял Роберта.

— Прочтя твое письмо, я было решил, что ты шутишь, — улыбнулся он, отпуская Роберта и весело глядя на него. — Я очень рад, что ошибался.

Катриона решила, что это, должно быть, Ноа. Молодой человек имел явное сходство с Робертом и даже с тетушкой Эмилией — у них были похожие глаза и улыбки. Впрочем, во внешности братьев были и различия: волосы Роберта явно были чуть темнее, а глаза Ноа прятались за стеклами очков. Да и галстук Ноа имел именно такой вид, каким Роберт как-то описывал его Катрионе: казалось, этот небольшой кусочек ткани долгое время служил где-нибудь флагом, развеваясь на сильном ветру.

— Ноа, — заговорил герцог, — позволь мне представить тебя мисс Катрионе Данстрон.

Девушка сразу же обратила внимание на то, что Роберт назвал ее Катрионой, а не Кэтрин. Почувствовав себя увереннее, она улыбнулась.

— Рада познакомиться с вами, лорд Ноа, — приветливо проговорила она.

Ноа отвесил ей сердечный поклон.

— Нет, это мне очень приятно, — заулыбался он. — Я так рад, что вы станете членом нашей семьи. Надеюсь, тетушка Эмилия уже сказала вам это. Наконец-то я вижу вас и должен признаться, что вы такая же красивая, как и ваш почерк! — Он поцеловал Катрионе руку. — Благодарю за то, что вы помогали мне переписываться с братом, пока он жил затворником в Россмори.

— Я была рада хоть как-то скрасить его невеселое существование, — пожала плечами Катриона.

Ноа повернулся к Роберту:

— Знаешь, я безумно рад, что ты вернулся домой, Роб, и лишь теперь понимаю, почему ты задерживался в Шотландии так долго.

Кивнув, Роберт обернулся, услыхав за спиной знакомый голос.

— Это же замечательно, Девонбрук! Вот уж повезло так повезло! Благодаря тебе я только что выиграл тридцать гиней у сэра Генри Портера, который ставил на то, что ты не вернешься в Лондон до Нового года!

Роберт от души расхохотался. Смех его был низким и глубоким. Катрионе ни разу не доводилось слышать этого звука, но он ей сразу понравился.

— Как я рад встретиться с тобой, Толли, — улыбнулся герцог, пожимая руку приятелю, — Поверь мне, я не преувеличиваю.

Катриона никогда не видела столь ярко одетого мужчину, впрочем, костюм Толли нельзя было назвать безвкусным или излишне пестрым. Каждая деталь, начиная от зеленого сюртука и заканчивая желто-коричневыми бриджами и до блеска отполированными сапогами — даже полосатый жилет! — была уместна, и все вместе составляло идеальный комплект одежды.

— Ага! — вскричал Толли, поворачиваясь лицом к Катрионе. Не дожидаясь, пока Роберт его представит, Толли продолжал: — Кажется, я знаю, кто вы, дорогая моя. Нет сомнений в том, что передо мной — мисс Данстрон. Да уж, наш Роберт не промах. Подумать только, ничего не видя, отыскать такую красавицу! — Толли склонился над рукой девушки. — Я очень, очень рад познакомиться с вами, мисс Данстрон. Просто счастлив.

Катриона улыбнулась.

— Благодарю вас, лорд Шелдрейк.

— Ах, умоляю вас, для друзей я просто Толли, — замахал руками приятель Роберта. — Смею надеяться, что и вы войдете в их число. — Толли повернулся к Эмилии. — А кто же это очаровательное существо? — В глазах его заплясали смешливые искорки. Толли внимательно оглядел тетушку Эмилию через лорнет. — Уж не леди ли Эмилия Иденхолл передо мной? Пожалуй, мне стоит предупредить игроков за игральными столами. — Он перевел взгляд, на Катриону. — Умоляю вас, дорогая, не обольщайтесь ее невинной внешностью. Под этими кружевными оборочками кроется хищная, не знающая поражений акула карточной игры!