Надо отметить, что сожаления по поводу резни местного населения бродяга совсем не испытывал. Дело житейское, бабы народу еще нарожают.
Все акции коалиции баронов со стороны должны были выглядеть, как нападения орков, а их рыцари с дружинниками этому были только рады. Проще говоря, на кладбище делай что хочешь, но за оградку покойников не выпускай.
Потом всей потехе пришел конец. Бароны нарвались на засаду. Взяли их на неожиданности, на марше. Баронов, их дружины и рыцарей навсегда успокоили, а вот ему повезло сбежать. Накрылось «медным тазом» его поместье. Сам он жив, а сюзерен поймал стрелу в глазницу. Наследнику барона после этого ему лучше на глаза не попадаться, не уберег так сказать сюзерена, да и предъявить могут ему, что он оставил своего властителя на поле боя.
Помимо мечты о своем феоде бродяга потерял и своего дружка, которого вальнули, когда он с ним тикал из боя. Дружка бродяге было жалко, через многое вместе прошли, а тут так нелепо нарваться…
Шансов выжить у конницы баронов в лесной местности было не много, но бродяга сумел на чьей-то чужой лошади сбежать, когда стало понятно, что бой проигран. В бою и после, во время бегства, его неплохо зацепили сначала копьем, а потом стрелой в спину. Где-то около месяца ему пришлось отлеживаться и зализывать раны в какой-то деревушке на землях его бывшего сюзерена. Потом наследник Грейем про него узнал и всячески захотел побеседовать с беглецом с глазу на глаз при свете раскаленных щипцов в руке палача. По поводу щипцов бродяга был не уверен, точнее не уверен, что наследник изначально хотел применить к нему щипцы. Четверо дружинников, что приехали за ним, скорее всего слишком рьяно подошли к словам молодого Грейем по поводу доставки в замок единственного выжившего. В итоге, четверо трупов, новое легкое ранение и бегство куда глаза глядят. Теперь уже точно раскаленных щипцов не миновать на землях молодого Грейем.
Вот примерно и весь рассказ. Шекспир и наследники, мать его так. Сидит такой седой, бухой отморозок и пускает скупую мужскую слезу о том, что когда он разбойничал его самого по беспределу чуть не убили. Под рассказ бродяги пиво как-то незаметно лилось рекой. Платил за наши посиделки естественно я. Во-первых рыцарь был почти на мели. Во-вторых, по словам отморозка, этим он оказал мне честь, что пьет со мной за одним столом.
Средневековая романтика, блин! Сам нищий и в полной жопе, а гонору то на десятерых хватит. Хотя, то что гонору у рыцаря много, это не его вина, тут все такие. Попробуй не построить из себя что-то этакое благородное, то быстро с говном смешают. Его коллеги из цеха таких же отморозков и прочих благородных только этим и занимаются, такой у них тут национальный вид спорта, обломать чью-то честь, что бы с бесчестного быдла забрать тебе нужное. Не бывает плохих людей, просто бывают плохие времена. Есть мудрая поговорка, что все люди живут по одной правде, но правда на деле у каждого своя и побеждает та правда, которая сильнее. Как говориться, в чужой монастырь со своим уставом не ходят. Другой мир, другое время, а люди всегда примерно одинаковые. Все грешники, и не надо потакать своей гордыне считая, что меньше нагрешил по сравнению с кем то. За собой следи и не суди других.
Вот примерно в таком ключе я размышлял слушая бродягу рыцаря. Часть его речи я не понимал из-за слабого знания языка. Часть речи просто было не разобрать, алкоголь никогда не является другом для хорошей дикции. Часть речей рыцаря я просто пропустил мимо ушей задумавшись над его словами. Я понимал, что рыцарю надо было просто выговориться и тут я появился такой непонятный, не ровня ему, но и не ровня окружающим, лучший среди худших.
Я и не заметил, как сам захмелел и мне отчасти «стало море по колено». Пока бродяга сокрушался о своей плохой доле, я поневоле задумался о своей участи. Статуса у меня нет, любой может по надуманному обвинению меня облегчить от кошелька и жизни. Покровителя у меня тоже нет. Полезных связей нет. Даже полезной специальности и той нет. На фоне своей ситуации я даже немного начал сочувствовать отморозку с которым делил стол, все же как-никак отчасти коллеги по участи. Бродяге рыцарю тоже ничего хорошего в ближайшем будущем не светило. О чем я захмелевший без раздумий, но смягчая выражения сообщил коллеге по бутылке.
Как-то так получилось, что разговор зашел про меня и я выдал свою легенду про амнезию. Язык у меня развязался полностью и я мало что понимал из своего пьяного бреда. Завершился мой пьяный бред просто. Я все-таки отгреб за этот вечер от отморозка по лицу. Всего-то и делов то, пьяным сказать лишние. Подумаешь брякнул не подумав что хочу стать его оруженосцем. Мне почему-то показалось, что оруженосец это сразу приобретенный статус, покровитель, возможность завести в будущем полезные связи и хоть какое-то легендное прикрытие от тех кто меня может искать.
Мне и в голову не могло придти, что в этом мире надо самому происходить не из низов что бы стать оруженосцем. Что в этом мире честь набирать себе оруженосцев еще надо заслужить и в том числе иметь свой феод. Что своего оруженосца надо не только напрягать работой, но и обучать, кормить, содержать, а для этого всегда нужны деньги. Оруженосец у безземельного рыцаря без каких либо перспектив это даже не смешно, а нелепо. Я и не думал, что моя пьяная, бредовая идея высказанная вслух, так обозлит отморозка что он даже немного протрезвеет и даст мне в зубы.
Первую колотуху я пропустил, что в общем неудивительно учитывая то, что глаза были уже залиты, а я порядком расслабился. Честно говоря удар у рыцаря был не очень. Сложно вложить массу тела, если ударяешь сидя за столом.
Как-то само собой вышло, что я и рыцарь в момент вскочили на ноги. Хмель с меня не то что бы слетел, но рефлексы уже включились. На прямой в голову! Он отвел предплечьем в наруче мой удар и сам ударил навстречу. Это плюха от отморозка была уже повесомее. Сказывалось то, что бродяга бил уже стоя, а к его массе приплюсовалась масса его доспехов, которые весят не меньше тридцати килограммов. Хорошо, что меня качнуло, я слегка ушел в сторону, удар прошел как бы вскользь. Потом прилетела еще одна плюха и еще одна, и еще одна. Лицо, грудь, живот, лицо. Координацию от пропущенных я уже слегка потерял. Черт, я впухаю по полной! Мысль мелькнула в моем мозгу, но я не успел запаниковать. Повезло, включились старые наработки.
Лови родной! Пиво в лицо блокируй не блокируй, а часть все равно на лицо попадет и отвлечет внимание. Что ж ты такой наивный?! Лови в колено! Отвлекся на колено, на в рожу! А ты что думал, что я тебя по закованному пузу хлестать буду, а оно мне надо руки себе ломать?! Двоечка в голову и по привычке лоу-кик чуть выше колена. Это я зря. Только ногу себе отбил об набедренник. Одно дело бить по колену, на колене вся масса тела даже если нога не опорная, и совсем другое дело отбивать себе подъем стопы об железки.
Пока я отскочил и приходил в себя, то и отморозок опомнился. Руками замахал, но мажет. Дистанция и еще раз дистанция. Что толстопузик руки коротки?! Но у меня то с руками все в порядке. Лови, прямой и еще прямой. Опс, а кружка в виде кастета тоже неплохо проходит. Поплыл, но пока стоит на ногах. На мая-гэри в кирасу. Отлетел. Не очень далеко отлетел, но повезло, что запнулся об скамью. Само собой бродяга опрокинулся через скамейку. Покатился по полу, но я уже тут. Что ж ты родной шлем то не надел, комплект у тебя не полный, вот и получай по роже с ноги. Раз, два. Черт, откатился! Ну ничего, я тебе сейчас и по третьей всеку! Всек называется! Падлюга меня за ногу поймал и дернул на себя. Я запнулся и перелетел через тушку железного болванчика, приложился корпусом об чей-то стол и отлетел на пол. Так вскочить на ноги быстрее.
Встали мы на ноги почти одновременно. Кружку я уже куда-то посеял. Сжимаю кулаки и только сейчас понимаю, что по уши в говне. Посетители таверны частью сдристнули куда-то, часть смотрят издали с опаской на наши разборки с рыцарем. Вышибалы с трактирщиком и след простыл. Даже туповатая подавальщица и та куда-то делась. И только мне идиоту зачем по понадобилось махаться с отмороженным бродягой рыцарем. Сейчас достанет какую-нибудь железку и все продолжится уже на серьезном уровне. Не мог называется тихо прикинутся нокаутированным и перетерпеть.