Приготовление пищи на себя взяла Кайя. Не иначе как кулинарным талантом решила блеснуть. А как же, все до простого обыденно. Смотрите, какая я умница, красавица и умею вкусно готовить. Если положить руку на сердце и сказать честно, то готовит она и вправду неплохо, но достижение ли это для деревенской девки, которую с малолетства натаскивают на такое? Нам же с Антеро только и оставалось, что воды принести и топлива для костра натаскать. Пока готовилась еда, мы расчесывали гривы у лошадей, осматривали копыта и занимались прочими важными мелочами. Друг от друга мы с бродягой держались на расстоянии, не разговаривали и вообще делали вид, что не замечаем соседа. Кайя напротив пыталась привлечь к себе внимание и прикладывала всяческие усилия для этого. Интересно мне это кажется или она в самом деле пытается приковать к себе внимание. Нервы у меня в последние время расшатаны и мне всякое может почудиться, но все же, как-то стандартно у нее выходят поступки из комплекса «женских завлекух». Хотя нет, не кажется. Вон как, как бы ненароком на миг прижалась к Антеро.
Интересно она хоть понимает, что с утра могло состояться?! Или по наивности и малолетству до нее не доходит? Наверно она думает, что вытащила счастливую карту и у нее теперь все на мази. Ее мужчина и заступник, хоть и преклонного возраста, но благородный. Целый рыцарь. Храбрый, сильный, благородный и при этом с деньгами. Четыре коня это же баснословное богатство. Все что захочет, будет его. Захочет и отберет имущество у плохих и пришлых. Захочет, и все враги будут плакать горькими слезами. Но главное не это. Главное что он благородный! Рыцарь не может быть не благородным, это все знают! Осталось только его окрутить и исподволь командовать для своего блага. Хотя вру, последние, про командование исподволь ей навряд ли в голову могло постучать. Не те нравы, не та эпоха, не то сословие. Подобные мыслишки больше современным землянкам присущи, а тут до такого наверно еще не доросли.
Интересно, а Кайя вообще понимает, что Антеро безземельный рыцарь с птичьими правами среди прочих рыцарей? Понимает ли что бродяге до нее как-то плевать с большой колокольни? Понимает ли, что жизни бродяг это постоянное балансирование на краю, что в бродячей жизни как-то мало места для женщин?
У-у, как меня занесло в моих мыслях! По ходу, а не ревную ли я? Где бы хорошего психолога найти, что бы в моих мозгах покопался, а еще лучше соседа с бутылкой, что бы «на пальцах» мне мои мысленные «загоны обосновал»…
До ближайшей деревушки мы ехали старым манером. Антеро с Кайей на одной лошади, а я на другой с поводьями от вьючных лошадей. Кайя использовала момент и что-то постоянно восторженно щебетала. Она что всерьез думает, что дегенерату интересно слушать то о чем она там говорит? Или может она думает, что обвиваться руками вокруг шеи Антеро, якобы для балансировки в седле, хорошая идея. Девчонка похоже пытается закрепить за собой успех, ну точнее то, что она пока еще считает успехом. Неужели она так ни разу и не заметила, как отморозок недовольно морщиться от ее попыток наладить контакт. В деревню мне пришлось сгонять одному, что бы прикупить платье Кайе. Другого платья в которое она могла бы переодеться у нее не оказалось, точнее другое платье у Кайи было, но эта тряпка была годна только что бы ей пол протирать. Пока я катался за женской тряпкой, Антеро с девчонкой ждали меня в лесочке за окраиной деревушки. Во-первых, не рыцарское это дело за такими вещами к простолюдинам обращаться. Во-вторых, Кайю от Антеро было «клещами не оторвать». А так, я быстро сгонял, быстро прикинул на глазок размер, быстро купил и все довольны.
Кайю, после примерки платья и прихорашивания, «ждал облом». Антеро настоял что бы она пересела ко мне в седло, а он сам занялся транспортировкой вьючных. В его словах были свои резоны. Одно дело, если рыцарь едет, удерживая в седле девицу легкого поведения, и совсем другое дело, если его спутница простая крестьянка. Проще говоря, вести в седле шлюху для рыцаря не зазорно, а вот унизить, и себя, и крестьянку, совместным путешествие нелепо. Для крестьянки это все равно что расписаться в ее занятии древнейшей профессией. Для рыцаря урон рыцарской чести от близкого общения с простолюдинами. Как не странно, но потребность рыцарей в общение с путанами не возбранялась. Шлюха это вещь, а какой может быть урон для чести от пользования вещью?! Так-то, никто из случайных очевидцев не будет ждать от бродячего рыцаря соблюдений всех сословных правил приличия, но зачем лишний раз привлекать к себе внимание. По всему выходило, что со стороны мы должны были выглядеть компанией стремящейся посетить турнир, состоящей из рыцаря, его оруженосца и девицы, то ли моей жены, то ли моей дальней родни. Расчет дегенерата полностью оправдался. Я балансировал в седле и при этом удерживал Кайю. Случайные путники на тракте на нас посматривали, но без особого фанатизма. Сомневаюсь, что я мог не заметить на протяжении всего пути лишнее внимание к нам от случайных зевак. На нас смотрели косо, но не более. Откровенных заинтересованных взглядов я не замечал. Почти девчонка на руках у мужика в седле и что тут такого. Почему не в своем дамском седле? А зачем простой крестьянке дамское седло как у благородных, едет на том, на чем придется. Поступок неодобряемый, но и не порицаемый. Девица, если не легкого поведения, то легких нравов, а за это еще не карают пожизненным сексуальным рабством.
Единственную кого не устраивала подобная рокировка между всадниками так это саму Кайю, но кто ее слушать будет, для ее же блага стараемся, ей же лучше будет. Кайя первое время дулась на нас, но потом ничего, пришла в себя и щебетала уже в моем обществе что-то нелепое и по-детски милое. День пролетел как-то незаметно. На обед мы останавливались в каком-то трактире, ужин готовила Кайя. Я забил на все тренировки, а Антеро не стал ничего напоминать и требовать их от меня. Мы с ним, кстати, так ни одного слова и не сказали друг другу с утра. Зачем лишние слова, когда и так понимаем, кто что думает и чувствует. За полтора месяца вблизи от человека невозможно не узнать его реакции, характер и поведение. Кайя стала черной кошкой, что пробежала между нами и Кайя стала своеобразным буфером что бы мы не начали выяснять отношения между собой при ней. Единственные ко мне слова от дегенерата я услышал уже когда мы на привале стали отходить ко сну.
— Я к лошадям. — сказал бродяга как отрезал. — Ложитесь я пока за конями посмотрю. -
— Я с тобой! — Кайя как-то еще пыталась протестовать и повлиять на решение бродяги. Дурочка, она всерьез думает, что ее капризы Антеро будет принимать всерьез? Сказано ей, спать у костра, что бы почки не застудила, вот и спи у костра и никого твое мнение не интересует.
— А на фиг ты мне там нужна, ложись я скоро. — дальше мне их разговор был не слышен. Что он там ей наговорил я не знаю, но в итоге Кайя все-таки его послушалась. Это для нее похоже ничего не понятно в таких рокировках на ночь глядя, а мне от поступка бродяги только тошно. В двух словах его поступок обозначает: «Пользуйся! Чем ты лучше меня? Сам так же встрянешь».
Ага, как же! Буду я до всяких малолеток ночью домогаться?! Не за того меня принимаешь! Ни фига себе Антеро замутил! Он что, рассчитывает, что я тупить не стану?! А я буду тупить?
Пока я решал, буду я тупить или нет, Кайя уснула, а я все не разобрался в себе. Спит она и ей все пофиг, как я тут разрываюсь между инстинктами и моралью. Пока я ворочался и решал свои мысленные «заморочки» Кайя не просыпаясь, перекатилась ближе ко мне. Она лежала на расстоянии вытянутой руки от меня завернувшись в попону коня. Я ворочался, не мог уснуть и сам не заметил как от постоянных смен с боку на бок, стал ближе к Кайе. Рука сама легла на попону. Пальцы зябнут на ветру и нет нечего такого в том, что я руку сунул погреться. Я только руку погрею и все. Ага, как же! Прохладная рука имела свое мнение по поводу что бы согреться. Рука устала греться между одеждой и попоной на животе. Руке показалось, что между ног теплее всего.