Не дойдя до машины, в которой сидела Лада, оглянулся.
Ольга стояла у окна, смотрела на него, обхвати себя руками за плечи.
Он зачем-то ей кивнул и только потом сел за руль.
В салоне авто было тихо. Адам даже решил, что Лада уснула.
Но нет, она так и сидела, прижавшись к двери.
Он отложил папку на переднее пассажирское. Адвокат после все решит. У Чернова сейчас были иные заботы.
— Домой? — сухо уточнил он, взглянул на девушку.
Бледная, она смотрела в окно.
Адам изучал ее лицо несколько долгих минут.
Ошибался он.
Он умел чувствовать. По крайней мере, эта женщина качественно выводила его на эмоции своим упрямым молчанием.
— Что ж, отвезу, куда сочту нужным, — зачем-то заговорил он.
— Твои дебилы отобрали мои пакеты с покупками. Мне нужно то, что я купила, — негромко произнесла Лада.
Адам нахмурился. Да, точно. Он помнил, как какие-то пакеты валялись на полу парковки. Тогда он не придал значения. Зря. Для Лады они были важны.
Значит, и для него.
***
Она совсем не хотела с ним разговаривать.
Боялась сорваться. Боялась не сдержаться. Боялась показать непозволительно много собственных эмоций, которые не должна испытывать к женатому мужчине.
К чужому мужу.
Она все еще была под впечатлением.
Жена Адама Чернова выглядела примерно так, как Лада ее себе и представляла.
Эффектная, красивая, ухоженная, с идеальной осанкой и манерами.
В сравнении с ней Вербицкая даже не моль, а тля.
Лада поджала губы.
Жена Чернова действительно шикарно выглядела. И как он мог ей изменить?
Вариант у Лады был только один.
Он патологический изменщик. Ну не мог ведь он повестись на такую, как Лада?
Выходило, Адам просто искал острых ощущений. Для него измена — как охота. Захотел, развлекся.
Лада украдкой вздохнула, тщательно контролируя каждый жест, каждую мысль, только бы не привлечь внимание водителя.
Но когда Адам не смотрел на нее в отражение зеркала, она, разумеется, пялилась на него.
Откровенно пялилась.
Рассматривала то профиль, то шею, то широченные плечи.
И вспоминала то, о чем поклялась забыть.
Зачем она мучала себя? Не знала.
Но в памяти все было свежо. И так же ярко.
Лада чувствовала, как сильно накалялась обстановка. Воздух, кажется, начинал скрипеть от напряжения.
И в какой-то момент, Вербицкая поняла, Адам тоже это почувствовал.
Машина начала замедляться. Свернула на обочину. А потом и вовсе остановилась.
Взгляд девушки неотрывно следил за каждым движением, каждым жестом Чернова.
Они же одни здесь, на трассе. И пусть мимо проносились автомобили, все равно, даже если Лада будет кричать и звать на помощь, никто не спасет ее.
Однако страха не было.
Она не боялась Адама.
Боялась того, что может вновь случиться между ними.
А она ведь не сможет сопротивляться ему!
В груди заныло, потянуло так, что девушка ощутила физическую боль.
С Черновым определенно было что-то не так.
Он качнулся вперед, уткнулся лбом в сложенные на руле ладони.
Плечи напряжены, как и вся фигура.
— Нам нужно как-то обнулиться, начать с начала, — услышала она негромкий, приглушенный голос Адама.
С начала? Что именно начать? Между ними ведь не было ничего, за исключением той встречи в ее квартире.
— Нет, не стоит, — покачала она головой.
Быть любовницей Адама Чернова она не хотела.
И потом, у нее ведь у самой теперь все кардинально изменилось.
— Ты женат, Адам, — негромко произнесла Вербицкая, но знала, он ее прекрасно слышал, — а я..., — она нервно сглотнула, отвела взор, невидящим взглядом уставилась в боковое окно, — а я выхожу замуж.
Она думала, что оглохнет. В дорогом салоне авто, кажется, зазвенели стекла от громоподобного рева.
— Чего, блядь?! — он резко повернул голову.
Лада вжалась в спинку кресла.
Нет, она не боялась, что Адам ударит ее.
Просто рефлекторно получилось. На инстинктах.
Чернов смотрел на нее всего пару секунд.
Но они показались Ладе вечностью.
И вдруг он вышел из машины на улицу.
Лада ждала, что он рванет дверцу с ее стороны, выдернет и ее наружу, а потом...
Однако Чернов стоял перед капотом. Боковые стекла тонированы. И только лобовое было прозрачным.
Адам стоял так, что мог разглядеть ее лицо.
Лада не отводила взора.
Как долго продлилось их безумное противостояние, она не считала.
Чернов, от которого прежде не пахло сигаретами, вынул пачку из кармана брюк.
Прикурил.
Скурил уже две.
И все так же смотрел на Ладу сквозь стекло.
О чем думал? Она не понимала.
Ей хотелось верить, что он успокаивался.
И через пару минут он вернется за руль и отвезет ее домой. А лучше, к жениху.
Рядом с Никитой ей было безопаснее, чем одной.
***
Замуж собралась???
Замуж, блядь!
В первую секунду его взорвало.
Он даже не представлял — констатировал факт.
Не жилец мужик.
Его просто не станет. Это вопрос нескольких часов.
Эта мысль принесла облегчение.
Лада не может, не будет принадлежать никому другому.
Она — его женщина.
Адам на миг прикрыл тяжелые веки.
Пора брать себя в руки.
Его тормозила от того, чтобы вытащить девочку из тачки, исключительно одна мысль. Лада напугана. Боялась его так, что вжалась в спинку дивана.
Чернов не плюшевый медведь. Но он ведь и не насильник.
Но девчонку прямо сейчас хотелось трахнуть, чтобы забыла все левые мысли.
Нет, не трахнуть. Это слово никак не клеилось к образу Лады. К ней самой.
Кажется, он успокоился. По крайней мере, адреналин так не ебашил по мозгам. И пальцы не дрожали.
Пришла очередная мысль.
Для нее он все еще женат.
Пока решение не вынесли, он все еще в браке. Да, благодаря его влиянию, это вопрос нескольких часов. Но все равно. В моменте, прямо сейчас, он официально женат. И потому, Лада права.
И для нее это важно. Он помнил, как она смотрела на него в ту ночь.
По факту, он ее понимал.
И ломать, принуждать, заставлять не хотел.
Хотел, чтобы она сама пришла к нему.
Блядь, ну откуда, да еще так быстро, нарисовался у нее жених?!
Чернов решил, надо все подробно выяснить.
Только почему за эти две недели он нихуя не подсуетился?! Должен же был сразу все выяснить, а не страдать на расстоянии, гребаный он придурок!
Адам вернулся за руль уже спокойным.
Вырулил обратно на трассу.
Свободной рукой взял телефон, принялся отдавать распоряжения людям.
Ровно через час у него будет вся информация, которую можно достать на человека.
ГЛАВА 7
Странно, но Адам привез ее домой.
У подъезда на лавочке уже ждал незнакомый мужчина в деловом костюме. Цепкий сканирующий взгляд выдавал в нем человека, готового пристрелить любого.
Более суровый и представительный чем те, что окружали Чернова тогда, в подземном гараже.
Значит, это охранник Адама.
Лада не ошиблась. Мужчина тут же подошел, стоило Чернову открыть двери:
— Все чисто. В следующий раз, Адам Генрихович, постарайтесь без самодеятельности.
— А ты людей нормальных подбирай. А не то говно, что было, — хмуро процедил Чернов. — Девушку проводи.
Лада, конечно же, удивилась.
Не ожидала, что ее передадут с рук на руки.
Думала...
О чем, блин? Что Чернов сам, лично пойдет провожать ее до квартиры и уже там...?
Вот ведь дура!
Сама кричала ему, что выходит замуж.
И сама же...
Никакой логики в ее поступках не было. Это факт.
Но...
Лада хотела, да. Вопреки всем доводам, мыслям, запретам — она хотела повторения. Хотела, чтобы Адам из черствого и сурового бандита, хотя бы на час, стал тем самым чутким, ласковым, нежным мужчиной, с которым она была близка в ту ночь.