Она резко развернулась, заставив сарафан раскрыться во впечатляющий круг с вышитыми цветами и вязями и убежала. Саня даже оценил работу мастера, сшившего наряд! Одобрительно хмыкнув, барабанщик отцепился от ветки, свесившись вниз. Не позволяя себе думать ни секунды о высоте под ногами, он разжал захват и упал на землю с грацией мешка картошки. Ныть о том, как разболелись его пятки и копчик было некогда. Парень, с трудом поднявшись, попытался рвануть в противоположном девочке направлении.
– Попался!
Ночь в лесу вдруг стала совсем черной. Ноги оторвались от земли, и голова оказалась на их месте. В мешке пахло землей и сыростью.
– Варвары! – взвизгнул Саня, с трудом переворачиваясь головой к верху – Я уже ментов вызвал, они быстро этот ваш клуб по интересам прикроют…
Он почувствовал тычок. Это четыре острия впились в бок его куртки, которая, возможно, спасла его от травмы.
– Ты язык свой поганый-то придержи, коль хочешь еще пожить!
Аргумент был весомым, но Пуля все равно не смог сдержать вопрос:
– Куда вы меня тащите?
– Да к своим тебя тащим, не боись! Ха! – рассмеялся второй голос с другой стороны.
– И кому эти «свои» свои? Вам свои или мне свои?
Снаружи мешка не торопились отвечать.
– Свои они и есть свои! – наконец ответил второй.
– Но если мне они свои, то вам-то – чужие. – заметил Пуля – Значит, уже не свои!
Опять молчание снаружи.
– Нам свои.
– Нам? – уточнил Пуля.
– Нам!
– Ну это хорошо, что нам свои. Я уж подумал, что вы меня к каким-то чужим тащите.
Тот, кто нес мешок, остановился.
– Нет, неправильно это. Свои-то они нам, а тебе – чужие!
– Да какие же они мне чужие? Вы на меня посмотрите только!
– А чего на тебя смотреть-то, черт? – усмехнулся второй голос – Что ж мы, чертей не видали?
– Значит не видали! Мужики, я – нормальный пацан. Сашей звать. Не знаю, за кого вы меня приняли, но давайте как люди перетрем, лицом к лицу! А то засунули в мешок как собаку, и даже имени не спросили…
Один из мужчин что-то шепнул второму. Саня почувствовал, как тот, что держал мешок, пожал плечами, а затем опустил его не землю. Барабанщик, встал, убирая копну спутанных волос назад. Мужики стояли по обе стороны от него, лишая возможности просто убежать.
– Ну по мне – так черт чертом! – хмыкнул тот, что постарше.
– Так, давайте все-таки без оскорблений! – Пуля поднял палец вверх – Не знаю, как у вас тут дела ведутся, но там, откуда мы приехали, в мешки без базара не пихают… По крайней мере, пока не спросят, с чем пожаловал, да по чем продать может!
Двое ловцов нечисти переглянулись. Выражения у обоих были озадаченными, но точно более не враждебными.
– Ох, так вот, в чем дело! – Пуля театрально развел руками, натянув свою самую обаятельную улыбку – В вашу деревню просто давненько не заезжали торговцы вроде нас!
Рома Першин мог бы перемахнуть через частокол, но решил больше не бежать. Позади него, тяжело дыша, посмеивались трое деревенщин. Двое разминали кулаки, третий сжимал факел двумя руками, аки дубину. Все трое были примерно одних с Ромой габаритов. Возможно, побег был бы более разумным решением, но кое-что заставило вокалиста остановиться: эти трое имбицилов начали подтрунивать.
– Иди сюда, красавица!
– Не бойся, златовласая, мы тебя не больно поколотим!
Бесило даже не то, что они говорили, а сам факт того, что это казалось им смешным. А еще их дебильные рожи. И прически. Даже их доисторическая обувь.
Рома повернулся к преследователям. Поочередно глядя на каждого, он опустил руку в карман куртки. Его оппоненты напряглись, улыбки слегка увяли. Но вместо ножа или пистолета Рома достал… резинку для волос. В одно движение он обхватил свои светлые пряди, затянув их в аккуратный хвост на затылке. Вторым движением он скинул свою кожаную куртку на холодную траву. Футболка с обложкой второго альбома Powerwolf обнажала полностью забитые руки вокалиста: на левой – большое перо от запястья до локтя в окружении облаков и огненная колесница, несущая за собой бурю, на правой – молния, тянущаяся до самого плеча, грозовые облака, стая ворон и голова славянского бога грома. Он сжал кулаки у подбородка, приняв боксерскую стойку, готовый к драке.
Один из мужиков повернулся к остальным:
– Ну чего, разом прыгнем на него, а?
– А давай! – поддержали его оба товарища.
– Зараза, – буркнул Рома.
Вокалист развернулся и прыгнул на стену из бревен. Он успел лишь немного подтянуться на опоясывающих верхушки канатах, когда кто-то схватил его за щиколотку. Свободная пятка быстро нашла вражеский нос, и Рома смог подтянуться. Стараясь не порвать футболку (которая, между прочим, была из лимитированного бокс сета юбилейного переиздания альбома!) о заостренные бревна, он перемахнул через забор и приземлился более-менее удачно. Рома сделал первый шаг в сторону леса, но тут же остановился.
Куртка осталась с той стороны. Куртка от Harley Davidson из натуральной кожи!
Выругавшись, вокалист обернулся. Один из преследователей уже показался на верхушке частокола. Рома вздохнул, начав осматривать кисть правой руки. Массивное кольцо в виде свиного черепа на среднем пальце могло бы прийтись очень кстати… Он плавно махнул кулаком снизу – налево и вверх. Нет, челюсть – кость угловатая, можно и палец сломать, если не повезет. Снимать кольцо – долго. Похоже, что в данной ситуации спасет старый добрый «пьяница»!
Кивнув самому себе, Рома размял плечи, выставил левую ногу вперед и вытянул правую руку в сторону. Парень, быть может на пару лет старше его, спрыгнул с забора. Не успел он сжать кулаки, как его щека встретила звонкую пощечину, от которой кожа пошла волной до самых пят. Мгновенно погрузившись в спячку, тело вытянулось вдоль забора.
Рома зашипел, потирая ладонь, которая буквально горела. Второй деревенщина обрушился сверху на то же место, что и предыдущий. Отвлекшись от своей ладони, Рома едва не пропустил вражеский кулак, летевший прямо в лицо. Поднырнув под него, он совершенно рефлекторно вмазал кулаком в челюсть оппонента. Пока нападавший присоединялся к своему спящему товарищу на земле, Рома хватался за ноющий кулак, ругаясь такими словами, которые в этих краях, возможно, раньше не звучали.
– Мужики, вы погодите там! – донеслось из-за забора – Черта пока не добивайте! Я сейчас, я в обход!
– Да ты не торопись! – ответил Рома несвойственным ему баритоном – Тут и тебе останется!
– Добро! – довольно ответили с той стороны.
Искренне удивившись, что это сработало, Рома стал ждать, пока свет факела с той стороны исчезнет. Дождавшись, он снова запрыгнул на забор. Палец с кольцом опять резануло болью, но перелезть, все-таки удалось. В ярком лунном свете блестящая черная куртка была хорошо заметна на фоне травы. Вокалист осмотрел ее в руках со всех сторон, на всякий случай отряхнул ее, и вновь надел, довольно улыбаясь.
Не будь Рома так обеспокоен состоянием этого недешевого элемента гардероба, он бы обратил внимание на шелест кустов позади себя. Кусок дерева с шумом рассек воздух и обрушился на затылок фронтмена группы Перкунас. Прежде, чем потерять сознание, Рома лишь успел почуять пепел и масло, разлетевшиеся с конца потушенного факела.
Слава Волин сидел в курятнике. Кроме него здесь был еще с десяток пернатых генераторов белка, которые не особо радовались его приходу. Но, на удивление, много шума они поднимать не стали, лишь возмущенно покудахтав с полминуты. Каждая курица находилась в своей небольшой нише на полке, и все ниши были заняты сонными птицами. Но одна курица была здесь явно лишней: серая, полуощипанная, испачканная в крови, которая явно была не ее. Это была та самая курица, что сбежала от того сумасшедшего в лесу. Вот уже минут двадцать, если не больше, они со Славой обменивались испуганными взглядами. В отличие от остальных, эта совершенно не выглядела сонной, и, казалось, могла заорать в любую секунду.