- Понятно, товарищ генерал – майор. Разрешите выполнять?
«Да, - с досадой на себя подумал я,- слегка оплошал, хоть и несимпатичен мне этот генерал, но он прав. Поторопился, очень хотел навести порядок со снабжением военнослужащих, а о другом порядке – порядке прохождения документации – забыл впопыхах. Будет мне наука».
- Еще, чтобы вы не расслаблялись и развивали свое аналитическое мышление, возьмите для работы последнее дело Головко Ивана Константиновича, - Сажин протянул мне тощую папку с завязками. - Хочу сказать, что дело было очень сложным и закончилось не так, как ожидало руководство разведки.
- От этого дела уже нафталином должно пахнуть, почти тридцать лет прошло.
- Бывают серьезные дела, не имеющие срока давности, острая надобность во внесении ясности в которые возникает из оперативной необходимости, в оказавшихся, так сказать, смежными, делах - это из такой категории. Через неделю хочу услышать ваши выводы. Прошу учесть: в связи с задействованием в основной многоходовой операции, подошедшей к стадии реализации, нелегальной резидентуры, порученное вам дело находится на контроле на самом верху, - сказав последнюю фразу, генерал со значением показал пальцем куда-то наверх, куда я свой разноглазый взор подобострастно не устремлял, так как во мне его – подобострастия отродясь не было, да и знал прекрасно, что там всего лишь потолок, - Ладно, идите, работайте.
Шутки – прибаутки – в сторону: наконец-то конкретная задача поставлена, буду вникать в последнее дело деда со всем упорством и серьезностью. Пока трудно понять, в чем состоит главный смысл этого поручения, действительно ли за всем этим стоит реальная операция нелегальной разведки или что-то иное, шкурное. Выводы делать преждевременно. Ясно одно – каким-то невообразимым образом во всем этом задействована моя семья. Меня хотят использовать – это однозначно. В благих целях или нет – вопрос. Хотя интуиция подсказывала мне: нет, не в благих, а значит естественно ожидать подстав и подлянок, как пить дать, что-то возникнет.
И я, естественно, умолчу об информации, полученной от Говоркова и от прекрасной Ирины. Вспоминая ее – я теребил монетку, и наоборот: обращая внимание на цепочку – всегда вспоминал те, не подлежащие забвению и в прямом смысле слова головокружительные ощущения. Надо испытать проверенный способ – мою золотую Фортуну. Так, на всякий случай и не у всех на виду. Иначе подумают, что приняли на службу в святая святых отечественных спецслужб какого-то экстрасенса – любителя, шута горохового. Ворожить, видите ли он будет в самой штаб-квартире, еще косточки выбросит для гадания…
Я, невольно вспомнив рассказ любимого преподавателя о его агенте-вуду, подумал: все-таки в этом рассказе есть рациональное зерно. Использовали же Мессинга. Он, что - лучше моей помощницы – удачи? Да ни в коем случае! И я, решительно зайдя в туалетную кабинку, подбросил свой талисман. И первый, и второй бросок говорили об опасности и необходимости ухо держать востро. Так сказать: ушки на макушку и глаз да глаз. Подумал последнее – рассмеялся: о себе – ни в бровь, а в глаз. Ну и ну, закаламбурил, давно этого не было. Засмеявшись, вышел из кабинки, для конспирации спустив воду.
Да, тут я одной рукой выполнил требования конспирации, а другой, то есть своим даже для себя неожиданным смехом – нарушил. Обратил внимание на свои действия, даже ввел в ступор какого-то еще мне неизвестного коллегу, который, как я заметил, засуетился, ошарашено и воровато заглянул в кабинку, приподняв удивленно брови, чтобы его глазам лучше виделось, и повторно посмотрел на меня, пока я мыл руки. Задать вопрос он мне поостерегся, так как это – признак непрофессионализма, а вдруг так надо для какой-то тайной операции? За некоторые вопросы, знаете ли, могут не дать состариться, кому это надо? Мне вспомнилось из далекого детства как один лопоухий пацан – герой детского фильма спрашивал всех: «А что это вы здесь делаете, а?». Но свидетель моего неуместного смеха не побоялся – зашел в ту же кабинку и, не сомневаюсь, обследовал ее досконально. Мелочь, но это внимание товарища, не сомневаюсь, станет достоянием коллег. Чепуха, конечно, но… Но главное: третий раз Фортуна ко мне благоволила. Ничего – это такая просто мистическая составляющая моего «Я». Мне так интересно, да и в тонусе определенном поддерживает. Я, конечно, и без этих ритуалов буду соблюдать повышенную осторожность – все же я нормальный человек. Правда, где-то в глубине души остался какой – то юношеский азарт, что ли. Это не то, что детство в одном месте играет. Ну, прихоть такая, игра безобидная! Себя наивно проверяю – осталась еще причитающаяся мне удача – да, ну и отлично! Всегда это приятно еще раз от кого-то услышать, пусть и от золотой монетки! Это у меня как мужская игрушка, сродни хорошей зажигалке или спиннингу уловистому или ружью удачливому. Все равно решения принимаю на основе всесторонне проанализированной информации, а также интуиции.
Почему-то мне казалось, что генерал возложенную на меня задачу делить с нашими аналитиками остерегается. Это тоже о многом говорило. Но за пределами наших сейфов и компьютеров со всей нашей системой защиты информации много чего полезного для меня можно в наше время добыть.
Поэтому-то я утаю и тот факт, что огромный объем открытой информации мне подберет мой старый друг Алексей, с которым у меня состоялся такой разговор с очередного «безопасного» телефона.
- Привет мой стройный розовощекий друг, - радостно обратился я к Алексею и, вспомнив о том, что после неизвестной «Обществу защиты животных» битвы с шаловливым котом Персиком Юля надолго перекрыла своему незадачливому возлюбленному краник поступления в его организм «живительной влаги», жалостливым тоном добавил,-
- Привет, трезвенник. Как ты там, держишься? Уважаю!
- Да ладно тебе, Фортуна, какой я тебе трезвенник. Трезвенник – это человек с патологически бедной фантазией, он, горемыка, не может даже придумать нормальный повод выпить. У меня с фантазией все окей. Я хоть сейчас, на пустом месте, не сойти мне с этого места, придумаю легко и непринужденно, но я в завязке на идейной основе – перед любимой женщиной стыдно. Да и перед Персиком тоже.
- Вот видишь, а ты все гундел, что он дармоед и бездельник, что пользы от него, вишь, никакой. А ведь ты не без его бескорыстной помощи, вон, жизнь новую начал…
- Проблема у нас с Персиком, Влад…Юля все плачет да по ветеринарам его все возит. А те ничего утешительного сказать не могут, головами только качают – старенький он у нас, что-то с кишками, забиваются его длиннющей шестью намертво: любит себя повылизывать, не запретишь. В общем, даже у меня сердце сжимается – лежит он целыми днями тихо-тихо, не скачет, в обувь мою не гадит, не шкодит, еду не ворует, не царапает ничего, смотрит грустными глазами…
- Извини, не знал я - ты ж молчишь, лишний раз позвонить трудно, что ли? Жалко его. Ты Юле передай, если надо чего достать, лекарства там, может я помогу, короче, всегда помогу, ты знаешь. Пусть быстрее поправляется и опять прыгает по квартире..
- Я уже сам на все согласен, пусть все елки изгрызет – лишь бы они с Юлей повеселели. Я, глядя на них и сам что-то не очень…
- Не переживай, он – кот мощный – какие кости грыз, как овчарка, выдюжит, и Юле передай мои добрые пожелания и надежды.
- Хорошо, спасибо. Что там у тебя? Заклопотанный ты какой-то в последнее время, носа не кажешь, грузят по-взрослому, да?
- Не то слово. Подробностями тебя обременять не могу, сам понимаешь. Телефон видишь, с какого звоню – о том, что попрошу тебя – по нему свяжешься - доложишься, когда все сделаешь. И кроме меня - никому, даже Персику, пусть он будет здоров. Врубился?
- Пока нет, но я внимаю со всем вниманием. Начинай, что там требуется от хакера-самоучки, повелителя клавиатуры Клавы.
- Вызвал сегодня меня на ковер большой и злой начальник и сказал: «Есть у вас, товарищ капитан, неделя на выполнение задания государственной важности от самого товарища Правительства и завтра эта неделя заканчивается. Так что не подведите, на вас вся надежда, иначе третьей мировой нашей бренной планете со звонким именем Земля не избежать…Ладно, шуточки-хахоньки в сторону. Мне нужно, чтобы ты порылся в информационных завалах всемирной сети. Подобрал мне все мало-мальски интересные исторические данные, статьи в периодике, упоминания в мемуарах разведчиков и политиков о партийных функционерах, руководстве КПСС, скандалах в их среде, связях с иностранцами партийных бонз, кадровых перестановках в руководстве СССР и скрытых пружинах этого – кто кого протеже и прочее. О «золоте партии» не забудь. О движухе среди всяких террорюг. Папарацци всякие – народ гнусный, но зоркий, может и наши где-то прощелкали, а тут и ты со своей незаменимой помощью: их статейки да фотки мне и преподнесешь.
