В начале апреля на моем компьютере заменили монитор на жидкокристаллический — от телеэкрана глаза сильно уставали. А этим просто лепота — изображение стоит на месте, не мелькает.
И мне поставили второй персональный компьютер уже на микропроцессоре Зет-80. Редактор на нем работал нормально, печатал тоже нормально, накопители у него были пара пятидюймовых гибких диска, матричный принтер усердно чирикал, нанося на бумагу мои мысли. Эти компьютеры начали производить серийно для оснащения машинных бюро, конструкторских бюро, бухгалтерий — в компьютере имелись программа текстового редактора с форматированием текста, и программа табличного редактора с вычислениями по типу современного Эксела — в общем это была полезная штука для всех, что тут объяснять. Техническое задание на эти редакторы я подробно расписал для программистов, так что они приобрели сразу многое из будущего, что было доступно при текущих параметрах микроэвм. Разработчики из Минприбора оснастили эти компьютеры параллельным и последовательными портами — к параллельному порту подключили принтер, а через последовательный порт можно было связаться с центральным компьютером — М-6000, с которого можно было скачать файлы и программы, не возясь с дискетами. Ну и там же можно было хранить свои архивы — получилось очень удобно для пользователей. Но компьютер мог работать автономно, храня информацию и программы на гибких дисках. Кстати, эти дискеты были выполнены не из пленки, а из тонкого гибкого стекла с напылённым в вакууме покрытием из двуокиси хрома, для нашей промышленности это было легче сделать, чем из лавсана с эмульсионным покрытием, магнитная пленка у нас была очень низкого качества. Эту технологию взяли из моих записей по винчестерами и применили в гибких дисках. Зато качество дисков было намного выше пленочных и на одну дискету входило три мегабайта данных! И скорость обмена была гораздо больше, чем у пленочных восьмидюймовых дисков! Для этого времени это были ну прямо гигантские объемы.
Но мне не хватало привычной мышки, пришлось сесть за компьютер и подробно описать ее конструкцию и функционал. В тетради нарисовал конструкцию простейшей мышки с обрезиненным шариком, двумя кнопками и колесиком-кнопкой. Отправил материалы генералу Петрову с просьбой запустить в разработку на Ангстреме — справятся и запустят в серию. В пояснительной записке указал, что надо в персоналках делать отдельный порт под мышку и клавиатуру. Потратил еще тетрадь и описать интерфейс подобный USB, с диаграммами, все как полагается. И рекомендовал такой же интерфейс сделать у выпускаемой клавиатуры. И сделать у персонального компьютера как минимум четыре таких порта, чтобы в дальнейшем можно было к нему подключать другие устройства.
Мы стали реально обгонять США по компьютерной технике.
Флэш-память
И я уселся за новый компьютер и начал описывать технологию производства флэш-памяти, без нее контроллеры периферийных устройств и автоматики получались слишком громоздкими, и отладка управляющих программ на ПЗУ обходилась очень дорого и долго. Тот же интерпретатор БЭЙСИКа можно будет записывать в эту память. И в перспективе я видел производство SSD — твердотельных накопителей вместо винчестеров, какие у нас были в будущем. Также как при описании микропроцессора и динамической памяти рисовал послойное нанесение покрытий и внесение примесей, фрагменты ячеек памяти и других элементов, необходимых для функционирования этих микросхем. На это ушел целый месяц моей работы дома.
Передав свои записи генерал-майору Петрову — его повысили за успешную работу над проектом микропроцессора, я понял, как устал за это время. Хотя затворником я не был, каждые выходные у меня гостила Валя, мы с ней гуляли и музицировали, она раза три среди недели в будние дни ночевала у меня, но все равно я смертельно устал, надо было отдохнуть от проблем компьютеров, от этой гонки.
Валентина повзрослела, черты ее лица приобрели некоторую четкость, она стала еще красивее. Ходила она с достоинством, теперь она была не просто студентка Гнесинки, а певица из ресторана ЦДЛ… Она пошла на курсы водителей — решила себе машину купить, её заработки позволяли ей это сделать, намеревалась «Жигули» купить с моей помощью.
— Валя, поехали отдохнем в Сочи — предложил я, поскольку мне это предложил Петров.
— Валера, не могу! Работа — раз, учеба — два, водительские курсы — три — отказалась Валентина.
Позвонила мама из Алма-Аты, купила себе дом, такой как мы обсуждали, с подведенным природным газом и газовым котлом отопления. Дом сдавался арендаторам, мать не стала их выгонять — ей еще два года до пенсии работать на Крайнем Севере надо. А так будет пригляд за домом, и компенсация затрат на его содержание. Дом был большой — двести квадратных метров на два этажа, плюс летняя веранда, летняя кухня, хозяйственные пристройки и большой гараж.
— Мама, сдавай на права и купишь машину — предложил я ей.
— В таком возрасте учиться? — удивилась она.
— Мама, тебе только пятьдесят лет! Ты еще совсем молодая, у тебя вся жизнь впереди! Купишь себе «Волгу», будешь путешествовать по стране — соблазнял ее я. — У вас в Сусумане наверняка имеются курсы водителей, вот за год и получишь права.
— Ну ладно, в общем неплохо будет иметь машину под рукой — задумчиво произнесла она. — Может и на Кавказ, в станицу Шелковскую съезжу к родне…
— Даже не сомневайся — сдавай на права и покупай машину — настаивал я.
— Ну хорошо, убедил — согласилась она.
Мы попрощались, и я занялся делами.
Чтобы отвлечься от компьютерных проблем, я занялся музыкой.
Почему-то в голову первой пришла мелодия «Я у бабушки живу» — «Самоцветам» вполне подойдет, надо исправлять демографическую ситуацию в стране! Ее написали в 1981 году. Начал листать в своей идеальной памяти страницы по годам выпуска песен — вылетела «Белая ночь» 1984 года — добавил в копилку. Только надо подобрать певца с подходящим голосом. Листаю дальше — ВИА «Земляне» «Трава у дома» 1983 год, отличный выбор! Пожалуй, на первое полугодие этого года будет достаточно — решил я и взялся за запись стихов и нот. Вечером пришла Валя, начали вместе с ней разучивать «Я у бабушки живу» — она весело смеялась над словами песни и задорно пела ее детским голоском.
Песню «Белая ночь» мы пели дуэтом — чистое меццо-сопрано и грубый тенор вполне передавали дух этой песни, почти также как группа «Форум». Ну «Траву у дома твоего» я оставил «Самоцветам» — это рок-композиция, ее и надо исполнять с рок-группой.
Мы записали песни на кассетный магнитофон «Грюндиг», чтобы я мог дать прослушать «Самоцветам», а Валя тут же взяла для исполнения в ресторане песню «Я у бабушки живу». «Белую ночь» без меня не рискнула пробовать исполнять, к ней больше шел грубый тенор или грубый фальцет. Я предложил попробовать исполнить ее на пару с солистом ресторанного оркестра — может получиться, если она сама будет строго следить за аранжировкой.
ВИА «Самоцветы»
На следующий день я поехал к Маликову, предварительно созвонившись с ним. У меня была готова для них очередная порция из семи песен Модерн Толкинг (цикла «Модерн», это я его так назвал) в двух вариантах исполнения, их я уже зарегистрировал в ВААП.
Юрий сразу уцепился за все песни, две из них он прослушал на магнитофоне в нашем с Валей исполнении, а третью я импровизировал на гитаре, подражая «Землянам». Ну а песни в стиле диско он, не рассматривая, просто забрал ноты — по ним ему было все ясно.
Потом он потащил меня в студию, где шла репетиция.
— Ребята, вот он наш благодетель — давайте поблагодарим его за песни, с которыми мы ездили в ФРГ! — громко сказал Юрий, музыка замолкла, музыканты сразу зашумели и захлопали. Долго хлопали, однако… Я поклонился и попросил прекратить — Достаточно, я услышал ребята! Спасибо и вам за хорошее исполнение, теперь наши песни слушают на Западе!
