— Вот. А ты говоришь, что это просто глупый орган.

Мы так и общаемся ни о чем. Не помню, когда я в последний раз никуда не торопился. Только после пробуждения в госпитале после того инцидента, когда меня вытащил Димыч.

И это воспоминание что-то задело во мне. Изнутри поднялась волна злости. Не моей, а этого тела. Так хотелось кого-то разорвать. Даже проведенное с Тэй время не может перебить этот выплеск гормонов… Такая она — ярость вестника.

— Что случилось? — Тэй рефлекторно отодвинулась от меня. — Твоё лицо стало таким…

— Пора обратно в димортул. Он должен был подзарядиться. Извини, но в этот раз совместной помывки не будет.

Обнимаю девушку, целую, а потом с сожалением поднимаюсь и иду к мембране в другой стороне комнаты. Там находится знакомая стойка, где растянута раскрытая шкура.

Падаю в неё, она автоматически закрывается. Моё тело пронзает знакомое ощущение боли. Довольно лёгкоё, привык я в этом мире к боли. В первый раз я этого даже не заметил, так как умирал.

Дим, тогда безымянный разум живого доспеха, сам пленник в этом мире, тогда встретил меня неласково. Я ранен, он истощен за века в хранилище. Тогда он пожрал большую часть кожи с моего тела. Мне в то время жутко хотелось от него избавиться, но вскоре…

Вскоре всё завертелось. Знакомство с, Тэй, поход, зов Творцов и знакомство с Денисом. Заброшенный город, послание Трагаса, одного из последних творцов, освобождение моего сознания, принятие миссии.

Тогда я и Дим фактически начали нашу Одиссею. Сначала мы думали, что боремся с наследием Творцов — тюрьмой душ по имени Танат.

Поначалу я не хотел идти по третьему пути Трагаса — активации разума Таната. И я не хотел оставить всё как есть. Это решение означало сдачу димортула, смену оболочки и стирани памяти. Вместо этого я решил сначала всё прекратить. Трагасу стоило выражаться конкретнее, что это значит.

Выжженная атомным пламенем поверхность встретила меня наверху. Все прекратить означало сброс защитного купола и умерщвление подземелья. Тогда меня посетило существо из тонкого мира, которое показало мне несколько вещей. Мое тело всё еще лежит в капсуле на планете Тау-137. Я мог тогда уйти, вернуться…

Тогда у меня даже мысли не возникло о том, чтобы поступить так. Но я был в шоке и не знал, как поступить? Что делать с этим миром, его озверевшими жителями. Внизу в лечебной капсуле лежал Стрелок, а новая оболочка Тэй была росла в оламе. Их я точно не мог бросить. Да и какой я тогда спасатель-рисконавт? Рисконавты бывшими не бывают.

И в этот миг Танат смог до меня достучаться. Тот, кого все считали тюремщиком, сам был в на редкость хреновой ситуации. Трагас и других других не знали, что их создание проснулось, но было очень слабым.

Танат веками звал на помощь, но его никто не слышал. Только ощущали нечто вроде взгляда в затылке. Только ментальный кимбар, подарок Трагаса, позволил ему связаться со мной. Связаться и попросить о помощи.

Долг о ли я думал о том, стоит ли давать мин силы вершить судьбу разов и свою собственную? Я никому это не говорил, но секунд пять думал. Тот контакт напоминал слияние, позволяя видеть его душу. Ребёнок, что не повзрослел, так как ему не дали это сделать. При этом мир не озлобился, так что я не выпускал джина из лампы.

И он еще мне не ещё сказал, что жить миру осталось несколько оборотов. Он просто искал помощи. И я её ему предоставил. Следом мы начали компанию по оживлению его частей. Начали с шахты, что качала вод, а закончили почти всеми городами во внешнем кольце.

Угроза гибели мира ушла, динамика развития мира по имени Танат мне нравится. Сволочью он явно не растёт. Прямо отцовская гордость. И, чего греха таить, мой «дурной» пример. Я ведь выходец если не из утопического мира, то близкого к этому.

Раз с угрозой гибели разобрались, то пора заняться развитием успеха. Нужно разобраться с Тенями, существами паразитами, что некогда захватили цивилизацию дрегов. Следом они её уничтожили и превратили Танат в тюрьму и своё царство.

Только сами Тени стали пленниками в моём царстве. Эотулами на полке. Когда попытались уйти в тонкий мир, чтобы стать богами, то высшие силы заперли их здесь. Потому они и убивали Танат. Его смерть — их свобода.

Трагас, сам того не ведая, боролся не с иерархами, а теми, кто захватил их тела. Устроив с помощью разов-рабов резню, а потом удаленно заблокировав Теней в этоулах в узле, он сделал их пленниками. Иронично.

Когда я нарушил из программу, спасая мир, они решились переродиться в исходные тела паразитов. Захватили оболочки и начали свою операцию против моих замыслов. Моих, Таната и наших союзников.

Какой из план? Наверняка прорваться в Центр, он же Узел, снаружи. Там они могут вручную перезапустить всё.

Дим, с которым мы снова едины, был со мной согласен. Пора идти. Отдых кончился.

Тэй всё еще стояла голой у окна.

— Мне иногда хочется, чтобы ты никогда не находил димортул.

В её голосе слышится горечь. Как я её понимаю. Она думает о будущем. Но думает ограниченно.

— Валери!

Девушка поворачивает ко мне печальное лицо.

— Ты и я… Мы вместе погуляем по Парижу. И ты будешь там, петь в каком-нибудь кафе. И тебе будут аплодировать. Ты вернёшься домой. Я обещаю.

На это ей нечего сказать.

Тишину нарушила не Тэй, а кто-то снаружи. Резкий крик и какое-то дребезжание. Сразу вспомнился тот богомол, что выбрался из спины древнего воина-гиганта. Молниеносно кидаюсь к окну, закрывая собой Тэй и выставив вперед левую руку. Ту самую, куда был встроен метатель зарядов. Вернее выращен.

За окном был не противник, а улетающая в закат парочка демонят. Гоняла их мать-демониха, которая смотрела на обнаженную Тэй и что-то шипела. Понятно. Пубертатный возраст у летающих подростков, но засмотрелись они, что странно, на человеческую женщину.

Увидев меня, демоница замолчала. Развернувшись, она молча улетела в сторону. Мысленной командой затягиваю на окне мутную мембрану. Свернув шлем димортула, задумчиво чешу затылок.

— Неловко получилось. Глупо.

— Нико, — Тэй нервно сглотнула, — что ты имеешь ввиду?

Вздыхаю. Этот разговор давно назревал, но так хотелось его отложить. Или вообще не касаться, но не свезло. Спасибо ярости вестника. Димортул эту вспышку эмоций уже погасил, но слово было сказано.

Пока в курсе моего плана лишь трое. Дим, который не может меня покинуть, Даргул и сам Танат. И мы понимали, что выбора у нас нет. Тени тоже могут пройти в Узел, потому времени у нас нет. После встречи с лидерами кланов мы уйдем. Втроём если считать Дима. Только это может быть путь в один конец.

Но Тэй, которая за эти дни смогла хорошо меня изучить поняла, что я что-то вскрываю. И не отстанет, пока не узнает всё. Подойдя к своим вещам, она берет шарик иниса и быстро облачается.

— Рассказывай.

Сложив руки на груди, она загораживает выход из комнаты, которую мне выделили в башне.

Дим, мысленно вздохнув, «хлопает» меня по плечу. Вот зачем я это сболтнул. Хотя я Касу это говорил, но Тэй…

Пресловутая женская интуиция. Она сразу поняла по моей интонации, что есть подвох. И потому стала допытываться. Вот чего не умею, так это врать. Я всё ей рассказал. Просто раньше.

Удивленная Тэй качает головой:

— И почему ты молчал?

— Собирался рассказать на встрече. Только туда ме надо пойти с Даргулом.

— Почему с ним?

— Он, как и я, может быть защищен от воздействия Теней. Наши мысли они не прочтут.

— Но мы же в поле Таната. Ты сам говорил. Так почему ты сразу всё мне не рассказал? Что тут такого?

Её глаза вдруг расширяются, она прикладывает ладонь ко рту. Дим дёргает меня, намекая проявить активность.

— Валери, послушай…

— Ничего и нигде не бывает бесплатно, Нико. То, что ты задумал, должно иметь цену, последствия. Мне кажется, что вдвоём вы идете еще и по другой причине. Вы оба в чем-то фанатики.