Всё это продолжалось каких-то пару минут, но впечатлений хватило с избытком. Больше в ту рощу ни ногой. Даже если очень вежливо попросят.

Тофана, Львов и Харченко смотрели на меня с такой жалостью, что захотелось проверить, все ли детали организма на месте.

Я, кашлянув, прочистил горло.

— Ничего-ничего. Медведи и не из таких передряг выбирались. Зато результат налицо.

— Ну лицо-то вижу, — ехидно прокомментировал Харченко. — А результат есть?

Кстати, про результат. Я присмотрелся — и заметил мигающую на периферии зрения папку.

— Сейчас и выясним. — Я мысленно приказал ей открыться.

Тофана с беспокойством спросила:

— Ты сейчас опять умирать начнёшь?

— Нет, — я качнул головой, просматривая развернувшиеся перед глазами кадры.

Интимная сторона жизни технократов мне была неинтересна. Выставив быструю перемотку, дошёл до момента, когда он получал задание.

В полутёмном зале пульсировал шар плазмы.

— Твоя задача — попасть на Дорогу Слепого Везения. Там должен быть Враг Науки. Мне нужны перстни с его правой руки.

— Ваша Разумность, позволено ли мне ликвидировать этого разумного, столь неразумно ставшего Врагом Науки?

— Только после того, как заберёшь то, что я указал.

— А если Врага Науки не окажется на Дороге Слепого Везения?

— Нам точно указали, где он появится в течение часа. Позже будет сложней его найти. — Плазма выбросила протуберанцы, заставившие технократа поклониться. — А на планету, столь важную для нас, мы без этих колец попасть не сможем.

Я приостановил просмотр, вспоминая, что примерно в это время я обнаружил в своём сознании чужую посадку — куст, самоликвидировавшийся во вспышке молнии.

Нет, надо срочно провести инвентаризацию парка. Мне там хватает гостей. Шпионы — это явное излишество.

Ещё миг посмотрел на застывшую картинку и продолжил просмотр.

Сам переход технократа на планету я промотал — с моими выжженными каналами повторить его пока нечем. Зато подготовка золотых верёвок, которых у меня было три, заинтересовала.

Технократ поочерёдно протягивал их через браслет, очень похожий на тот, что передала мне Алиса для прерывания трансформации метаморфов. Правда, на моём были драконы, а на браслете технократа — механические манипуляторы в виде рук.

Дальше ничего полезного не нашлось.

Открыв глаза, встретился с пытливым взором Львова.

— На меня объявлена охота, — тихо пояснил я.

Тот понимающе кивнул и сказал:

— Думаю, стоит переместиться в мою резиденцию.

Он достал из кармана обычный спортивный свисток. Дал два свистка, так что у меня заложило уши, и после этого из-за разрушенного здания выехал бронеавтомобиль. Он был той же модели, что я привык видеть в Москве. Хорошую машинку выпускают в Запорожье.

— Деда, ты чего свистишь? — возмутилась Тофана. — Денег не будет.

— Так ведь переговорники работать перестали. — Львов махнул рукой. — Да и не только они. Вот мы сразу и перешли на подручные средства.

Я поднялся с оторванной лапы технократа. Вытаскивал из его корпуса меч и думал о том, как отключение связи ударит по обществу. Ведь поколение, привыкшее полагаться на технические девайсы и магию, сейчас в растерянности пытается понять, что делать. Таких, как Львов, не так много.

Как бы не начался передел мира. Народы, которые все с пренебрежением считали отсталыми, сейчас выйдут на лидирующие позиции. Техническое превосходство закончилось вместе со связью.

Меч вышел из захватившей его пластины, и поток энергии хлынул из него в мою руку с выжженными энергоканалами. Мне стало нехорошо. Если без ложной скромности, то совсем плохо.

На пальце проступил безымянный перстень и втянул энергию в себя.

Львов, стоявший рядом, не отрывал глаз от перстня.

— Откуда он у тебя? — Его голос звучал глухо.

— Твой внук передал. — Я криво улыбнулся. — Даже не трофей.

— Поделом. — Он скрипнул зубами. — Примерно так я и думал, что всё кончится. Старшего, похоже, ты упокоил?

Я кивнул.

— Давно его носишь? — строго глядя мне в глаза, спросил Львов.

Видно было, что он напрягся и вот-вот сорвётся в бой. Мы стояли, как два диких зверя, готовые наброситься друг на друга в любую секунду.

— Дня четыре.

— Если сможешь, сними.

В его глазах появилась жалость.

Перстень всё ещё не ушёл в скрыт. Я с лёгкостью его снял и протянул Львову.

Дед Тофаны шарахнулся в сторону.

— Не возьму! — Он даже спрятал руки за спину. — Эта гадость отняла у меня внуков!

Я снова надел его на палец.

Внутри поселилась уверенность, что этот артефакт навредить мне не сможет. В нашем тандеме хозяин я.

От перстня пришла благодарственная волна. В этом я уже научился разбираться, общаясь с Наездником. Только здесь был не симбиот, а артефакт.

— Ну и чем этот перстень досадил твоему роду? — спросил я, убирая меч в инвентарь.

— Поехали, — удивлённо глядя, как перстень уходит в скрыт, прокряхтел Лев Львович. — По дороге расскажу.

Мы загрузились в автомобиль и тронулись.

Тофана и Харченко расположились на сиденье подальше от нас и о чём-то тихо переговаривались. Я даже мог предположить, что обсуждали они варианты, как сообщить деду об их скоропалительном браке.

Мы со Львовым разместились возле обзорного экрана. За нами пристроился эскорт из трёх таких же машин.

— Нам ехать примерно час, — помолчав пару минут, сказал Львов. — Спрашивай.

— Первое, — я пристально посмотрел на него, — надо решить проблему с моими гвардейцами. Да и не забыть персонал поезда.

— Уже делается, — кивнул Львов. — Гвардейцев привезут в мою резиденцию. Обслугу поезда поселят в гостинице возле центрального вокзала.

— Что насчёт перстня?

Львов поморщился от моего вопроса.

— У меня был талантливый внук. — Львов прикрыл глаза. — Хороший был мальчик, пока не нашёл этот перстень возле твоего родового поместья. Он думал, что сумеет свернуть вашу защиту, а нашёл перстень. Ну и надел.

Он надолго замолчал. Я его не торопил.

— В общем, он начал чудить. Снять перстень не получилось. Я его с братом в Подмосковье отправил. У нас там приличная мастерская на отшибе. Думал, делом займётся, и всё войдёт в норму.

— Не вошло, — хмуро произнёс я. — Вивисектор он был. Кучу людей загубил.

Желваки ходили на скулах Львова.

Дальше мы ехали молча.

В памяти всплыли образ Игрока Люция и его усиленные поиски некоего перстня. Он был уверен, что тот хранится в моём родовом поместье. Совпадение?

Ладно, эту загадку откладываем на потом. Но то, что кустик исчез во вспышке молнии, наводит на размышления.

Машина проскочила центр и выехала к холмам, заросшим сосновым лесом. Мы миновали несколько особняков, спрятанных за деревьями. Ровная дорога мягко стелилась под колёса. Металлические ворота резиденции Львовых сами раздвинулись, стоило нам приблизиться.

Остановились на площадке, мощённой брусчаткой. Я выбрался из машины и с удовольствием потянулся.

Я ждал дворца, а на склоне стоял одноэтажный домик с широкой покатой крышей. Вокруг него шла терраса с красными колоннами. Скромно для лучших артефакторов этого мира, но со вкусом.

Пока я любовался архитектурой, на площадку зарулил новый внедорожник. Оттуда выскочил военный и подбежал к Львову.

— Над тюрьмой вывесили жёлтый карантинный флаг! — выпалил он, задыхаясь.

Тофана и Харченко стояли рядом в полном офигении. Я кашлянул.

— Случайно не в этой тюрьме сидят мои гвардейцы и обслуга «Золотого кречета»?

Львов медленно кивнул.

— Вот и отдохнули. Поехали разбираться. — Я пошёл к броневику. — Пётр Феофанович, рекомендую поехать с нами.

Харченко обогнал меня на полпути. Тофана от мужа не отстала.

Через двадцать минут мы упёрлись в оцепление. Вокруг бетонной стены стояли броневики и машины с мигалками. Между ними сновали военные.

Машину Львова здесь знали. К ней сразу подбежали двое начальников. Пока они беседовали со Львовым, я направился к закрытым воротам.