Я резко проснулся. Голова трещала, как пустой орех. Во рту стоял металлический привкус. Чувствовал я себя хуже, чем перед сном.

Машина, в которой я лежал, стояла на месте. За бронестеклом день клонился к завершению. А ведь уснул я ранним утром.

Дверь броневика тихо приоткрылась. В салон заглянул Тайво. Увидев, что я проснулся, молча протянул металлическую кружку. Исчез и через пару секунд вернулся с термосом.

Я сделал пару глотков его фирменного взвара. По телу разлилось приятное тепло. Мысли перестали беспорядочно метаться.

Тайво тем временем снова отошёл и появился с чемоданом.

— Переодеться, — кратко пояснил он.

Я благодарно кивнул. Его молчаливая забота тронула теплом мою уставшую душу.

Пока переодевался, спросил:

— Где все?

Тайво начал перечислять, будто зачитывая ежедневный рапорт:

— Кали, Чанди, Лён, Маша остались в замке Арзамасских. Мышин с сёстрами вернулся туда же. Рысев с Ордынской сейчас в Кремле. Гвардейцы отдыхают в гостинице. Кэт ушла проведать Плутарха.

Он на секунду задумался и закончил:

— Мойшу его байкеры сразу после получения новых мотоциклов от Императора увезли обратно в Петербург к лучшему мозгоправу на лечение. Алёна со своим отрядом продолжает зачистку предателей.

Пока он говорил, я всё больше убеждался, насколько мне повезло встретить этого невозмутимого финна.

А потом меня кольнула неприятная мысль. Человек пашет с утра до ночи, а я ему ничего не плачу.

Достал из инвентаря червонец и протянул Тайво.

— Тут подумал. Тебе ведь на расходы нужно. Разменяешь. Если не хватит — скажешь.

Учитывая, что червонец оценивается в миллион рублей, я рассчитывал, что на ближайшее время вопрос закрыл.

Тайво взял монету и спрятал в большой кожаный кошель на поясе. Судя по звуку, это был далеко не единственный червонец, лежавший там.

Затем Тайво так же невозмутимо достал из внутреннего кармана аккуратно сложенный лист бумаги.

— Я тут финансовый отчёт подготовил.

Развернув лист, я впал в лёгкий ступор.

Приход:

Чубчиков: 105 червонцев.

Сеть развлекательных клубов «Сам себе певец» (Баранов): 1 200 000 рублей.

Акции «Рободвиж»: 210 рублей.

Трофеи: 50 000 рублей.

Итого: 1 250 210 рублей.

Расходы:

Рысев. Экипировка и сопутствующие расходы: 55 000 рублей.

Рысев. Зарплата: 20 000 рублей.

Журдегденик: 10 000 рублей.

Марк: 10 000 рублей.

Отто: 10 000 рублей.

Помощь семьям погибших: 40 000 рублей.

Прочие расходы: 5 000 рублей.

Итого: 150 000 рублей.

Я поднял голову.

— А твоя зарплата?

Тайво равнодушно пожал плечами.

— Мне её не обозначали.

Я кашлянул, прочищая горло.

— Тогда тот червонец, который я тебе только что дал, считай зарплатой и премией.

Тайво кротко кивнул. И вдруг смущённо попросил, выкладывая на сиденье кожаный кошель и вынимая из него свой червонец:

— Прошу забрать червонцы к себе, — он вздохнул. — Носить такую сумму мне страшно.

Теперь кивнул я. Убрал кошель в инвентарь.

С переодеванием я закончил, и прохладный ветер первых чисел ноября был уже не страшен.

— Где мы находимся? — спросил я, кивнув в сторону бронестекла.

Понятно, что на наземной парковке. Но по крышам домов за бетонным забором место не определишь.

— Мы на внутренней парковке «Метрополя».

Здесь было неприлично тихо. Стоило нам выйти из бронеавтомобиля, как дверца стоящего неподалёку роскошного седана распахнулась. Наружу выбрался молодой человек лет двадцати. Мундир, увешанный наградными цацками, сидел на нём как влитой.

На роже красавчика читалось, что он абсолютно и безоговорочно является украшением этого мира.

Подойдя, молодой человек ограничился небрежным кивком:

— Аркадий Борзой. Поручик Его Императорского Величества.

Это было произнесено с таким пафосом, что у меня заныли зубы.

— Ну и чего тебе надо, порученец?

Краем глаза отметил, как Тайво тихо-тихо скрылся из виду. Вот насколько он незаменим как управленец, настолько же плох в качестве бойца.

— За оскорбление дамы, — заголосил Аркадий, — вызываю вас на дуэль!

Он содрал с руки белую перчатку. Бросил её мне под ноги. И встал в позу памятника самому себе.

— Здесь и сейчас.

Из седана вылезли ещё четыре молодых гвардейца. Такая же парадная, не для боя, форма и лица, не отягощённые интеллектом. Компания молодых повес, привыкших, что всё выполняется по их желанию.

От входа в отель тем временем подошли крепкие мужчины в штатском. Обычные серые пальто смотрелись на них убедительней любого мундира.

— Аркашка, — устало произнёс один. — Ты опять?

— Я защищаю честь правящей семьи, — твёрдо глядя в глаза подошедшим, отчеканил Аркадий. — Прошу не вмешиваться.

Мне стало тоскливо. До конца света две недели. А меня пытаются втянуть в подростковые игры выросшие при дворе балбесы.

Я шагнул к мужчинам в гражданском.

— Господа, мне необходимо срочно увидеть Императора.

И тут Аркадий схватил меня за плечо. Зря он это сделал. Я понимаю — молодой, глупый. Но не совсем же тупой.

Мой кулак встретился с его подбородком. Ноги Аркадия оторвались от земли, и он плашмя приземлился на припорошенный снегом асфальт.

До меня донеслась тихая фраза Гульчатай:

— Я тебе чуток чистой энергии в руку через нанороботов передала.

Приятели этого типа стояли с вытянутыми лицами. Я потряс правой рукой. Кисть ощутимо ныла. Странно. При усиленных костях и кожном покрове такого быть не должно.

Один из гражданских присел и проверил пульс Аркадия.

— Жив, — спокойно сказал он. — Но питаться будет через трубочку.

— Не может быть, — прошептал один из молодых гвардейцев. — На нём артефакт. Принцесса говорила, его пушка не возьмёт.

Я тяжело вздохнул, поняв, что это прилетел привет от обиженной принцессы Надежды.

Тот, что постарше, в гражданском, медленно обвёл суровым взглядом притихшую молодёжь.

— Берите своего друга, — приказал он. — Думаю, главе гильдии юстиции Блудову будет весьма интересно услышать ваш рассказ.

Он повернулся и направился в сторону отеля. Гвардейцы даже не возразили и с постными лицами, подхватив Аркадия, отправились за ним.

Второй мужчина повернулся ко мне.

— А вас, князь, прошу следовать за мной.

Мужчина был крайне напряжён. Чувствовалась в нём какая-то неправильность.

— Вас ждёт Его Императорское Величество.

Он указал на машину с тонированными стёклами.

Я, ещё потряхивая ноющей кистью, сел на заднее сиденье. Машина мягко тронулась.

Я был уверен, что мы едем в Кремль, но тут же напрягся, поняв, что машина ушла в противоположный поворот.

Взглянул на молчаливого спутника, вопросительно приподняв бровь.

— Его Императорское Величество в загородной резиденции, — поняв, о чём я, ответил тот.

— Долго ехать?

— Около часа.

Разговора сопровождающий поддерживать не желал. Я откинулся на спинку сиденья и, прикрыв глаза, решил заглянуть в свой внутренний мир.

Необходимо было поговорить с Гульчатай. Проблема, которую мне подкинуло мироздание, выглядела просто издевательски.

Чтобы попасть в родовое поместье Медведевых, нужен ранг не ниже Феникса. У меня нынешний — Минотавр. Повышать ранг можно у Стелы. Но все Стелы заблокированы. Снять блокировку можно только из родового поместья. А попасть в родовое поместье без ранга невозможно.

Идеальный замкнутый круг.

Нанопаучки деловито сновали по дорожкам моего внутреннего мира, осматривая и восстанавливая всё, что пострадало за последние дни.

Слово сразу проинформировало:

Популяция наноагентов восстановлена.

Истрачена вся накопленная энергия.

Фабрика наноагентов работу приостановила.