— Да, — подтвердила Аделла Коэна, — в национальной культуре протофранконцев все виды обмана занимают столь же важное место, как и приобретение желаемого через грубое насилие. Именно за это мы их презираем, и в то же время используем, ведь нет бесчестия в том, чтобы обмануть обманщика. Но вам такой образ действий не подходит, поэтому поступайте как и решили — ударьте шулера канделябром по голове, чтобы он свалился с ног и больше не встал.

— В первую очередь, — сказала Нина Антонова, — мистер Холбрук метнется в Варшаву и Киев. С польскими панами он будет обсуждать совместное нападение на Калининград, а от Кучмы ему нужен документ о передаче американцам Крыма под военную базу. С этой филькиной грамотой он полетит в Анкару, где будет требовать беспрепятственного пропуска натовских флотов через Босфор и Дарданеллы, потому что Америка теперь тоже черноморская держава. Думаю, турки не только согласятся с эти предложением, но и сами присоединятся к этой агрессии, потому что с ними будет весь мир.

— Вот именно весь западный мир нам и нужен, — усмехнулся я. — Тогда мы его разом приведем к общему знаменателю, и только потом будем разговаривать мирные разговоры. Вам же, товарищи министры, следует заниматься своими делами, невзирая на прочие обстоятельства. Обо всех изменениях обстановки мы станем своевременно и точно осведомлять Владимира Владимировича, Сергея Борисовича, Льва Яковлевича и Виктора Сергеевича. А никому прочему подробности этого дела, прежде чем прозвучит первый выстрел, знать не надо. Товарищу Лаврову перед официальным отъездом в Москву еще предстоит произнести речь в Совбезе ООН, продублировав мое предупреждение еще и по этому каналу. Пусть все видят, что мы этих деятелей предостерегли от опрометчивых поступков, и не раз. На этом по данному вопросу у меня все. Завтра нас с вами, господин мой Владимир Владимирович, ждет еще одно дело. Надо извлечь из мест предварительного заключения безвинно пребывающих там полковника Поповских и его товарищей, не причастных к покушению на Дмитрия Холодова. Негоже, чтобы Защитники Отечества встретили пятьдесят пятую годовщину Победы за решеткой. Также требуется позаботиться о Тамаре Рохлиной, которая, как вам уже достоверно известно, не убивала своего мужа. И вообще, эти и другие подобные заказные дела следует не заметать под ковер, а разворачивать против их заказчиков и исполнителей, ибо сами по себе они тоже преступления против интересов государства. Не то можно доиграться до того, что понятие о законности сменится своей противоположностью.

— Да, — произнес Владимир Путин, посоветовавшись с собственной совестью, — так мы и сделаем. Сначала переведем подследственных под подписку о невыезде, а после их оправдания судом погоним волну обратно.

— Тамару Рохлину после выхода из заключения необходимо взять на поруки, — сказал я. — Ей еще больного сына у нас в Тридесятом царстве лечить, самой лечиться от последствий невыносимых переживаний и знакомиться со своей альтер-эго. Иначе для меня невместно. А сейчас мы отрешимся от всех глобальных забот и поговорим о тех мелких текущих делах, которые необходимы для скорейшего налаживания в России нормальной жизни. Народ ждет от вас именно этого, а обо всем остальном пока просто не ведает.

8 мая 2000 года, 10:05 мск. Околоземное космическое пространство , линкор планетарного подавления «Неумолимый», императорские апартаменты

Капитан Серегин Сергей Сергеевич, великий князь Артанский, император Четвертой Галактической Империи

Операция по наведению справедливости в отношении безвинно заключенных началась буднично и обыкновенно. Владимир Владимирович прибыл в Генпрокуратуру с необъявленным визитом и сделал мне звонок из кабинета самого главного тамошнего начальника. Открыть портал и войти было делом пары секунд. Первый же Истинный Взгляд на хозяина кабинета показал мне, что этот человек не причастен ни к чему мерзкому и является изначально мобилизованным, то есть находился в этом состоянии еще до наложения манифестации мобилизации. Таких людей тут много, и только их усилиями Россия в Основном Потоке все же выбралась из грязной ямы девяностых. Манифестация Мобилизации только собрала этих людей вместе и укрепила их веру в вождя.

Энергооболочка затараторила:

«Владимир Васильевич Устинов тому самому советскому министру обороны Устинову не родственник, просто однофамилец. Год рождения пятьдесят третий, трудовой стаж слесарем и срочная служба в рядах Советской армии имеются. Образование высшее, юридическое, стаж работы на различных должностях в прокуратуре двадцать два года. Назначен исполняющим обязанностей генерального прокурора двадцать девятого июля прошлого года, и до сих пор находится в таком статусе. Утверждение в должности Советом Федерации по представлению президента должно состояться в ближайшие дни. В Основном Потоке прославился борьбой с олигархами, выжил из России вечно грызущихся Березовского с Гусинским, разгромил „ЮКОС“, арестовал и посадил Михаила Ходорковского и Платона Лебедева, а остальных олигархов привел к покорности и равноудаленности».

«Приведение к покорности и равноудаленности — это хорошо, — подумал я. — А то ходят тут разные, неумеренно разжиревшие от щедрот Бени Цина и господина Черномырдина, и гнут пальцы, при том, что место им на нарах или вообще в расстрельном рву».

И тут Владимир Владимирович представил мою скромную персону.

— Вот, Владимир Васильевич, знакомьтесь. Сергий сын Сергия из рода Сергиев, для своих Сергей Сергеевич Серегин, воин, полководец и монарх, а также Специальный Исполнительный Агент Творца Всего Сущего и Бич Божий для всяческих негодяев. Здесь он присутствует исключительно в своем последнем качестве, а Верховный

Главнокомандующий Четвертого Галактического Союза, сиречь Империи, взирает на события как бы со стороны. Справедливость он может наводить только в своих владениях, а вот Специальный Исполнительный Агент и Бич Божий правомочен везде.

— Я вас не понимаю, — произнес исполняющий обязанности генерального прокурора, переводя взгляд с меня на президента Путина и обратно.

— Во-первых, это дело об убийстве генерала Рохлина насквозь фальшивое, как купюра в триста рублей, — сказал я. — Мне лично довелось спасти генерала от убийц в одном боковом мире-кармане, так что я прекрасно представляю, кто его пытался убить и по чьему заказу. Тамара Рохлина оговорила себя, потому что в противном случае убийцы обещали расправиться с ней самой и с сыном-инвалидом. Непосредственные исполнители, взятые с поличным на месте преступления, в любой момент доступны для допроса, а его заказчик бегает тут поблизости — такой, знаете ли, маленький, кругленький, картавый и говорливый любитель сакральных жертв.

— Кажется, я понимаю, о ком вы… — с сомнением произнес Владимир Устинов.

— Сергей Сергеевич, — сказал президент Путин, — а вы покажите Владимиру Васильевичу то, что показывали мне. И это не считая того факта, что моим вчерашним указом генерал Лев Рохлин назначен министром обороны. Кстати, то, что это тот самый Рохлин, а не какой-то самозванец, подтверждает и Геннадий Трошев, который хорошо знал его по прошлой чеченской войне.

Владимир Устинов кивнул, и тогда я попросил энергооболочку проиграть запись той спонтанной ночной спецоперации. И ведь не понадобилось даже задергивать шторы и гасить свет: изображение в туманной сфере (виртуальный магический шар) оказалось цветным, четким и контрастным.

Когда все закончилось, Владимир Владимирович отчеканил:

— При данных обстоятельствах недопустима ситуация, при которой заведомо невиновный человек находится под стражей по подозрению в том, что он не совершал. Я, знаете ли, тоже юрист и думаю, что изменение меры пресечения с содержания под стражей на подписку о невыезде будет вполне оправданным. И еще. После освобождения Тамару Рохлину надо передать на поруки товарищу Серегину для прохождения лечения в стационарных санаторных условиях. Есть среди его владений такое место, иронично именуемое Тридесятым царством, где не лечат только свершившуюся смерть. И даже старость там не смертный приговор, а вполне исцелимый недуг.