И вот, едва наемники вышли, внутрь челнока вошли еще двое хумансов и одна темная эйджел в темно-синем мундире. С первого взгляда Аделла Коэна поняла, что это какой-то неправильный клан или вообще не клан. Хумансы тут были предводителями высокого ранга, а эйджел — подчиненной (причем без обычного в таких случаях ошейника принуждения), и вела себя она достаточно свободно, но все же команды отдавали эти двое, а она их исполняла. Мундир на обычно голой темной эйджел при этом проходил по статье «прочее». Такое положение вещей немыслимо ни в светлом, ни в темном клане, но, похоже, на этом «Длинном Мече» являлось обычным делом.

Имперская темная на Языке Войны обратилась к пилотам, спросив, признают ли они свое поражение. И когда те, в соответствии с обычаем, ответили утвердительно, посоветовала не задумываясь поступить на службу в Великий Клан к одному из присутствующих тут хумансов-предводителей, причем в прежнем пилотском качестве. Мол, никто их не неволит, но в случае отказа жизнь на поверхности в неопределенном статусе нежелательной иностранки покажется хуже самой страшной пытки и казни. Колебались обе пленницы недолго. Их соплеменница из клана «Хищных Цветов» за полтора года на имперских рационах приобрела вид рекламы цветущего благополучия и довольства жизнью, так что сначала одна, потом другая ответили согласием. Тогда имперская темная распорядилась, чтобы неофитки по одной подошли к новому предводителю и, вложив свои руки в его, произнесли слова клятвы верности. После этого для любой эйджел, если она еще не сошла с ума, обратной дороги уже не будет.

И только тут Аделла Коэна вспомнила, где видела этого самца. Разумеется, на портрете императора Всероссийского Алексея Второго, заочно объявленного злейшим врагом всей цивилизации Кланов за то, что его государство развивается неприлично стремительными темпами. И вот он здесь, и ведет себя так, будто принимать клятвы верности у темных для него самое обычное занятие. Или, быть может, дело во втором Предводителе, который смотрит сейчас на нее с жесткой усмешкой узнавания… То, что в хозяйстве Алексея Второго не водилось даже самого завалящего Корабля эйджел, а не то что «Длинного Меча», Резидентуре Наблюдателей было хорошо известно. Однако таинственный Пришелец, владелец огромного Корабля-монстра, вполне мог иметь за душой целый флот, особенно если именно он придумал не убивать побежденных эйджел, а брать к себе на службу, причем вместе с их Кораблями. Апокалиптическая картина, живописующая всеобщее разрушение в том случае, если в Галактику вырвутся потомки протофранконцев, сменилась другой, не менее ужасной, при которой тотального разрушения не будет, и даже эйджел сохранятся как вид, но безвозвратно исчезнет сама цивилизация Кланов. Эти двое самцов, похоже, желают именно такого исхода, и она, матрона клана Наблюдателей, сейчас в их полной власти.

— Мисс Аделла Коэна, признаете ли вы себя побежденной? — спросил тот, второй, Предводитель на Языке Войны, подтвердив все подозрения.

— Да, — насколько возможно гордо ответила матрона, — я признаю себя побежденной, но больше ничего вам не скажу.

— А нам и не нужно, чтобы вы говорили, — усмехнулся тот, переходя на английский язык, — за вас это сделает кристалл памяти, находящийся у вас в багаже. Как видите, мы знаем даже такие подробности.

— Вы настоящие чудовища! — воскликнула Аделла Коэна. — Вы одержимы своей русской цивилизацией и желаете продвинуть ее до самого дальнего уголка Вселенной!

— Нет, это вы чудовища, — возразил Предводитель-пришелец. — Или вы думаете, что нам неизвестно содержимое того самого кристалла? Там сведения, необходимые для организации набега на планету-прародительницу временного консорциума воинствующих кланов с целью разгрома и полного уничтожения русской цивилизации. Миллионы людей должны были бы погибнуть, а десятки тысяч стать рабами, и все это из-за ваших глупых страхов перед весьма отдаленным будущим. Но с вашей стороны все это уже пустые хлопоты. Едва флот консорциума войдет в Солнечную Систему, как я тоже буду готов выступить на битву. Одного моего флагманского линкора достаточно, чтобы разметать и пленить любое количество ваших Кораблей. Я уже два раза отбивал подобные вторжения в других исторических ветках, отобью и третье. Вот только разрушительного ответного похода в Галактику вы не дождетесь. У нас, русских, так дела не делаются. А сейчас я хочу спросить, не желаете ли вы поступить на службу к моему брату императору всероссийскому Алексею Николаевичу и стать верной и преданной гражданкой его Российской империи?

— Можете меня убить, но я отказываюсь от этого предложения! — вскинула голову Аделла Коэна. — Позор службы хумансам не для меня!

— А если я не буду вас убивать, а просто назову круглой дурой? — усмехнулся этот грозный господин. — Насколько я знаю ваше другое воплощение, такое не понравится вам даже больше обычной смерти.

— Какое другое воплощение? — машинально спросила матрона клана Наблюдателей.

— В соседнем временном потоке американская политическая система настолько разложилась, что ваша премудрость, подвергнув себя незначительной хирургической ретуши, лично возглавила резидентуру под именем мисс Анжелы Бауэрман и даже вошла в правительство, — ответил светлой эйджел ее собеседник. — Там вы тоже организовали набег консорциума воинствующих кланов на Российскую империю, и первые два часа сражения у вас даже все шло хорошо, но потом в тот мир с дипломатической миссией явился я на своем флагманском линкоре и с ходу вступил в сражение, прекращая творящееся безобразие вооруженной рукой. Можете поверить, такое я умею весьма неплохо. Потом, едва сражение в космосе завершилось, тамошняя Америка совершила на Российскую империю неспровоцированное ракетно-ядерное нападение, и опять моему линкору пришлось вмешаться, влет расстреливая все, что сподобились запустить янки. Но с ревизией в Вашингтон я нагрянул лишь тогда, когда ваша правящая банда собралась вместе для того чтобы решить как жить дальше. Вашему иному воплощению я сделал то самое предложение, от которого нельзя отказаться, а всех остальных сбросил в отходы, ибо не видел в них никакой пользы. И именно тогда я услышал те самые слова, о которых говорил совсем недавно. Мисс Коэна, войдите сюда и скажите своей сестре-близнецу, что вы о ней думаете.

И тут вошла высокая худая самка хуманса, в которой матрона с удивлением узнала… себя. Действительно, хирургической ретуши подверглись только видовые особенности, а внешность «в общем» осталась вполне узнаваемой.

— Дура, причем законченная, — с чувством сказала вторая Аделла Коэна. — Наверное, это у тебя из-за отсутствия опыта жизни среди хумансов планеты-прародительницы. Господин Серегин представляет тут Великого Духа Вселенной, который желает не истребить нашу расу, как сделали бы протофранконцы, а дать ей жизнь вечную в составе объединенного человечества. Или ты не знаешь, что с каждым поколением у нас рождается все меньше самцов, и недалеко то время, когда мы начнем вымирать? Мой повелитель, пожалуйста, покажите, кто вы есть на самом деле, но только осторожно, чтобы моя глупая сестра не ослепла.

Предводитель-пришелец, которого вторая Аделла Коэна назвала господином Серегиным, на ладонь подвыдернул из ножен свой меч, и внутренне помещение челнока залило жемчужное сияние, а матрону клана Наблюдателей пронзило чувство невыносимой благодати.

— Отбрось сомнения, дочь моя! — загремело откуда-то сверху. — Смири свою гордыню и иди по предложенному пути. Нет в том ничего мерзкого, позорного и просто плохого. Сделай так, и с тобой пребудет моя любовь.

Серегин вдвинул меч в ножны, и сияние угасло, и только в сознании матроны клана Наблюдателей продолжали звучать последние слова.

И тогда она… смирилась. И, склонив голову, тихо произнесла:

— Прошу прощения, мой господин, за ненужное упрямство. Я действительно вела себя глупо, в чем искренне раскаиваюсь. Я готова принести клятву верности его императорскому величеству Алексею Второму и служить ему так же верно, как служила Совету Кланов.