— В каком смысле везуха? — крякнул Костик, крутя головой по сторонам. Ему сегодня опять было не по себе. Хорошо развитая интуиция вновь подсказывала, что здесь скоро произойдёт нечто нехорошее.

— Этому Нахамчуку так же, как и мне всего 24 года, — заворчал его товарищ. — А он уже снял «Тайны следствия», на которые народ прёт валом. Организовал самый козырной ансамбль в СССР — «Поющие гитары». И подруга у него на зависть многим — актриса Нонна Новосядлова.

— Красивая девчонка, — согласился Костик Васильев, который видел Нонну в кинокомедии «Зайчик» и на новую кинокартину пока не ходил. — Только при чём здесь везение?

— Чудак человек, — загоготал Лёнька Валентинов, — в этом деле без связей никуда. Если бы у него не было своей «мохнатой лапы», то кто бы ему дал снимать кино? Некоторые режиссёры до тридцати лет ждут своей очереди.

— Допустим кино без связей он бы не снял, — усмехнулся Костик. — А как быть с музыкой? Между прочим, автор музыки и текстов у «Гитар» именно Нахамчук, — уверенно сказал он, так как два дня назад прочитал об этом в журнале «Советский экран».

— Вот я и говорю, что везуха, — проворчал Лёнька и ребята от центрального входа снова направились в сторону Круглого пруда.

Лесопарк же тем временем жил своей привычной вечерней жизнью. Повсюду слышались крики и смех. Особенно шумно было рядом с детскими каруселями и большим колесом обозрения. Где-то звучала гитара и чей-то приятный баритон исполнял «Королеву красоты». И хоть парк дышал миром и спокойствие, опустившиеся сумерки заставили Костика напрячься ещё сильнее. Теперь редкие уличные фонари делили окружавшую действительность на две противоположные части: здесь, где светло и спокойно, а там, в зарослях, где самая настоящая кромешная тьма и незримая угроза жизни и здоровью.

— Здорово, парни, — вдруг на Костика и Лёньку вышли из-за деревьев их коллеги дружинники.

— Что, Лёньчик, сегодня всё спокойно? — усмехнулся мощный и плечистый Андрей, парень с соседнего участка, который к тому же по выходным метал не то диск, не то ядро за спортивное общество «Труд».

— Чё пугаете? — огрызнулся Лёнька и, прокашлявшись, добавил, — кхе, пока всё под контролем.

— Так это вы тут голую бабу видели в прошлую пятницу? — спросил напарник Андрея, которого Костик по имени не знал.

— Не голую, а мёртвую, — набычился Лёнька. — И это не смешно, — обиделся он на ухмыляющихся коллег.

— Ладно-ладно, — пошёл на примирение Андрей. — После дежурства предлагаю бахнуть по пивку. Я тут недалеко две трёхлитровочки припас.

— Вот это полезное дело, — обрадовался Лёнька. — Хоть не зря подежурим. Я, между прочим, старшОму сразу сказал, что убийца сюда больше не сунется. Зря только танцы отменили.

— Ну, тебе виднее, — хохотнул Андрей. — Ты же у нас опытный сыщик.

Коллеги Костика и Лёньки мгновенно прыснули от смеха. Впрочем, Лёнька на такую реакцию товарищей не обиделся. Над ним и на заводе частенько посмеивались, например когда Валентинов с важным видом давал глупые, но, по его мнению, важные советы начальнику участка. Затем, прежде чем каждый пошёл своим маршрутом, ребята обменялись рукопожатиями. А спустя примерно пять минут Лёнька остановился около пустой скамейки и недовольно закряхтел.

— Чё случилось? — пролепетал Костик, у которого мигом взмокли ладони.

— Чё-чё? — заворчал его напарник. — Надо мне тут — в одно место.

— Куда? Мы же на дежурстве?

— В укромный уголок, вот куда, — буркнул Лёнька и, оббежав скамейку, скрылся в вечернем сумраке.

Костик тяжело вздохнул и, посмотрев по сторонам, оторопел, так как прямо к нему направились четыре парня откровенной хулиганской наружности. Широкие штаны, кепки и нарочито вихляющая походка местных гопников не оставляли сомнений, что сейчас до него будут докапываться.

— Братан, дай закурить, — хрипловатым голосом просипел один из квартета местных бандитов.

— Не курю, — соврал Костик. — Я на дежурстве, — он зачем-то показал свою красную повязку, за которую от подобной публики можно было получить дополнительных люлей.

— Дружина, ха-ха, уважаю, — вдруг хохотнул самый высокий и крепкий из четвёрки и со всей силы хлопнул Костика по плечу. — Нет курить — не беда. Ты нам рубчик подкинь. А то мы собрались с братвой в тире пострелять, а денег на пульки не хватает. Ты, как дружина, сам должен понимать, что…

Высокий покосился на своих корешей, подзабыв нужное слово, и один из них тут же ввернул строчку из песни про Каховку и родную винтовку:

— Мы — мирные люди, но наш бронепоезд стоит на запасном пути!

«Культурно деньги вымогают, сволочи, придётся на десять копеек раскошелиться», — подумал Костик. И вдруг из-за деревьев засвистел в свиток его товарищ Лёнька Валентинов. Костик моментально позабыл про вымогателей и кинулся на помощь другу. Кстати, хулиганы, услышав трель милицейского свистка тоже бросились мелькать пятками, но уже в противоположную сторону. А юный дружинник продрался сквозь какие-то колючие заросли и столкнулся нос к носу с Лёнькой.

— Чего свистел? — прошептал Костик.

— Там кто-то стонал, — указал его товарищ ещё дальше в дебри лесопарка. — Проверим?

— Стоять! — неожиданно смело для себя заголосил Костик Васильев и что мочи дунул в свой милицейский свиток.

После чего ребята храбро побежали в ту сторону откуда и в самом деле послышался одинокий женский вскрик. Однако выскочив на маленькую полянку и посветив по сторонам фонариком друзья сначала никого не обнаружили. Но через секунду на голову Лёньки обрушился обрезок трубы, который сжимал в своих руках какой-то неприятный со злым и перекошенным лицом стриженный накоротко парень.

— Сукаааа! — закричал Костик и резко вцепился в горло нападавшего.

И тут же на бедное тело паренька посыпался целый град ударов, которые прилетали и по животу, и по грудной клетке, и по печени. Однако Костик упрямо сжимал руки на горле своего противника. Но тут что-то тяжёлое бабахнуло его по макушке.

— Сукааа, — теряя сознание, прошептал юный дружинник.

В глазах Костика всё поплыло, но парень с перекошенным лицом его не добил. Потому что рядом засвистел в свисток, очнувшийся Лёнька Валентинов.

— Козлы, — прошипел незнакомец и рванул куда-то в темноту вечернего лесопарка.

— Помогите, — вдруг пискнул женский голос.

Костик помотал головой, встал на ноги и пьяной шатающейся походкой побрёл на звук голоса. И только потом вспомнил, что фонарик валяется где-то поблизости. Но и без фонаря он разглядел девушку с порванным платьем и связанными руками.

— Помогите, прошу, — захныкала она.

— Что ж вы, гражданочка, по ночам одна бродите? — по-деловому спросил Лёнька Валентинов, у которого из сечки на лбу тянулась через всё лицо тоненькая кровавая дорожка. — То есть по вечерам?

— Поссорилась парнем, пошла домой, — пискнула девушка. — Ребята, вызовите милицию, пожалуйста.

Спустя примерно час Костик, Лёнька и пострадавшая от нападения неизвестного девушка Надя уже сидели в кабинете старшего оперуполномоченного МУРа майора милиции Владимира Фёдоровича Чванова.

— Вот и попили пивка, — шепнул Костику его товарищ с перевязанной головой. — Я вот что подумал, Костян — я тоже из дружины увольняюсь. Плевать на проездной, на дополнительные отгулы, и на десять дней к отпуску.

— И в милицию ты тоже больше не хочешь? — усмехнулся Костик и, покосившись на Надю, отметил про себя, что девушка очень даже миленькая. Особенно ему понравился маленький вздёрнутый носик и большие умные глаза.

— Шутишь? — скорчился от боли Лёнька и схватился за голову.

В этот момент в кабинет вошла невысокая женщина со стопкой чистых альбомных листов. Майор Чванов, который всё это время молча разглядывал большую карту Москвы на стене кабинета, тут же произнёс:

— Познакомьтесь, это моя коллега — следователь-криминалист Софья Исааковна. Сейчас, дорогие товарищи, мы с вами попытаемся составить портрет нашего злодея. Пора с ним кончать.