Арес нырнул в туннель — и Мортос тут же кинулся за ними, ударяясь о стены, яростно рыча. Факелов здесь не было, но дыхания Грегора было достаточно для того, чтобы все видеть. Туннель привел их в большую пещеру, свод которой уходил высоко вверх. Арес взлетел повыше, но Мортос продолжал их преследовать, совершая немыслимые прыжки. Поначалу Грегор почувствовал присутствие других крыс в помещении, но вскоре они исчезли: то ли испугались, то ли не захотели мешать. Арес летел дальше, и они очутились в странном туннеле с каменными образованиями, по которым текла вода, а потом приземлились на огромном плато, которое, казалось, было в миллионах миль от всего остального мира. Плато располагалось высоко, и у них выдалась минутка на то, чтобы чуть передохнуть. Но почти сразу послышался рев Мортоса и звуки, с которыми он карабкался на плато, рыча от ярости и боли.

— Это место подходит? — спросил Арес.

— Замечательно подходит, — кивнул Грегор.

Когда Мортос в гигантском прыжке вскочил на плато, Арес взмахнул крыльями. Заставить его броситься в погоню было отличной идеей: Мортос был утомлен, хватал ртом воздух, слюни текли изо рта рекой. На морде заново открылось несколько ран. Повязка зацепилась за что-то и слетела, открыв кровоточащую рану на месте того, что было когда-то его хвостом.

— Наконец-то мы наедине, — произнес Грегор.

Но это было не так.

— Подождите минутку, — послышался вкрадчивый голос. — Успокойтесь немного, прежде чем нападать на него.

— Это Умняшка, — сказал Грегор Аресу. — Откуда она взялась?

— Не знаю, — ответил Арес. — Ее не было с ним на равнине Тартара.

Видимо, Мортос подхватил ее где-то по пути. Теперь она спрыгнула с его спины на кучу камней — отличное местечко, чтобы в стороне наблюдать за схваткой. Грегор обратил внимание на то, что она была абсолютно невредима — ни царапинки! Ее серебристая шерстка лоснилась и сияла.

Ни за что на свете Грегор не мог позволить ей уйти как ни в чем не бывало — ведь это она вынашивала все эти чудовищные планы, это она превратила Мортоса в монстра. Скорее всего это она приказала убить Вертихвостку. Умняшка и ее шелковый голосок — как же он ее ненавидел!

— Ты выглядишь отлично, Умняшка, — сказал Грегор. — Немного даже чересчур. А ведь тебе пришлось потрудиться, не так ли? Чего стоило отправить Мортоса в бой, где он потерял свой хвост!

— Мой хвост! Мой хвост! — Мортос закрутился по пещере в поисках своего хвоста. — Мой хвост!

— Королю не обязательно иметь хвост! — сказала Умняшка.

— Но он не король. И никогда не станет королем, — возразил Грегор. — Разве ты король, Жемчужок?

Это имя отвлекло Мортоса от поисков хвоста.

— Я король! Я теперь король! Крысы повинуются мне!

— Да? Это поэтому они напали на тебя? И все эти пауки, тараканы, люди, летящие, зубастики… — продолжал Грегор. — Тебе не кажется, что они все против тебя?

— Умняшка говорит, я король! — заревел Мортос.

— Да? Тебе это так представляется? — Грегор пожал плечами. — С моей точки зрения, все выглядит иначе: будто она пытается убить тебя чужими руками, чтобы самой взойти на трон!

— Что?! Что?! — до Мортоса дошло не сразу. Он развернулся к Умняшке, глаза его сузились и превратились в щелки: — Ты не можешь взойти на трон. Я король! Я король!

— Ну разумеется, ты король! Кто же станет повиноваться такому ничтожеству, как я? — произнесла Умняшка с легкой улыбкой, но на всякий случай сделала шаг назад. — Он просто врет!

— Но если он врет… тогда почему ты цела и невредима, а я в таком виде? — прошипел Мортос.

— Потому что короли — смелые и мужественные бойцы. Твои шрамы укрепляют твой дух. Никто не склонит голову перед тем, кто слаб и жалок, как я, — говорила Умняшка, отступая назад и упираясь спиной в камень.

— Нет. Ты права. Никто никогда тебе не подчинится. Никто никогда больше тебе не подчинится!

Мортос внезапно оказался возле Умняшки и одним ударом снес ей голову. Он зажал голову в зубах, и Грегор увидел, что на этой окровавленной мертвой морде все еще играет жуткая улыбка… Мортос повернулся к Аресу и Грегору и выплюнул голову — она с отвратительным стуком ударилась о землю, упав недалеко от них.

Мортос на несколько секунд прижал лапы к глазам и вдруг стал озираться:

— Где Умняшка? — жалобно спросил он. — Куда она ушла?

Ни Грегор, ни Арес ему не ответили.

Тогда Мортос стал нюхать землю и нюхал, пока не наткнулся на мертвую голову.

— Умняшка! Она… она мертва! — завизжал он. — Она мертва! — Его настроение снова поменялось: он пришел в ярость. — Это вы убили ее! Вы! — взревел он, поворачиваясь к Грегору и Аресу.

— Какой ужас, он и правда ничего не помнит! — прошептал Грегор.

— И это вы убили мою маму! — ревел Мортос.

Какие еще странные идеи бродят в мозгу Мортоса, Грегор понятия не имел. Единственное, что он знал наверняка — это то, что на него с недружественными намерениями надвигается трехметровая крыса.

Сражение началось. Первую атаку крыса отбил Арес. К тому времени как Арес сделал следующий вираж в воздухе, Грегор уже находился во власти яростничества — но на этот раз он мог контролировать каждое свое движение, он полностью владел собой. Это было новое для него чувство. Точность. Неотвратимость и фатальность.

Наверное, что-то подобное испытывает в сражениях Живоглот.

— К морде! — скомандовал Грегор Аресу. Эта стратегия неплохо сработала в прошлый раз, а хвоста у Мортоса теперь не было, отгонять их ему было непросто.

Но там, в Регалии, Мортос дрался иначе. Сейчас в его действиях не было никакой логики — движения были хаотичны и непредсказуемы. Его не волновала собственная участь — единственным его желанием было убить Грегора. Мортос бросался на них снова и снова, не обращая внимания на атаки Грегора и собственные раны и лишь пытаясь найти врага и вонзить в него свои когти.

— Назад! — велел Грегор, и Арес отлетел на безопасное расстояние. — Нам нужен план! — тихо сказал Грегор, пытаясь соорудить из рукава рубашки что-то вроде повязки на левую руку.

— Он еле удерживает равновесие, — ответил Арес.

— Так давай воспользуемся этим, — предложил Грегор.

Арес начал накручивать вокруг Мортоса быстрые круги. Крыс скоро потерял ориентацию, закачался, но все равно продолжал отчаянно сражаться. Грегору удалось нанести несколько ударов по его передним лапам, но больше меч ничего не мог с ним сделать.

— Мне нужно подобраться к нему поближе! — крикнул Грегор.

— Держись! — ответил Арес и неожиданно закрутился вокруг своей оси, словно буром пронзая воздух, и Грегор вдруг оказался уже прямо под передней лапой Мортоса. Он воткнул кинжал в мягкую плоть. Мортос издал душераздирающий вопль и отшатнулся, обдав Грегора фонтаном горячей крови.

— Назад, Арес! — кричал Грегор. — Наза-а-а-ад!

В его крике звучало отчаяние. Этот маневр… он был очень опасным. Практически смертельным.

Еще до того как Арес расправил крылья, Грегор понял, что столкновения с когтями Мортоса им не избежать. Он выставил вперед меч — но было поздно.

— Арес! Нет! — кричал Грегор.

Словно в замедленной съемке он видел, как Мортос цепляет Ареса за крыло, переворачивает мордой к себе и тянет. Грегор метнул в крыса кинжал и обеими руками вцепился в рукоять меча. Когда зубы Мортоса сомкнулись на шее Ареса, лезвие меча Грегора вошло прямо в сердце Мортоса. И пару секунд они так и стояли: соединенные зубами, когтями и мечом друг с другом. Потом Мортос издал жуткий вопль и изо всей силы ударил передней лапой в грудь Грегора. Грегор выпустил меч и полетел назад, упав с высоты на каменный пол пещеры. Он прижал руку к груди: когти крыса прорвали его доспехи, и теперь у него в груди была дыра. Ему казалось, что он мог почувствовать, как бьется его сердце.

А над ним все еще висел, покачиваясь, Арес, зажатый челюстями Мортоса. Наконец крыс разжал хватку, и Арес замертво рухнул на землю.

Мортос ухватил меч, торчавший из его груди, пытаясь вытащить его, но у него ничего не получалось — он медленно оседал на все четыре лапы, заваливаясь на один бок, и в конце концов перевернулся на спину.