Третий номер взрослой женской сборной — 22-х летняя Наталья Лебедева, ученица тренера Игоря Борисовича Ксенофонтова и воспитанница спортивного клуба «Буревестник» из Свердловска. Землячка! Но только не по рождению. Уроженка Запорожья, Украинской ССР, переехала с родителями на Урал ещё в 1970-е годы. Из весомых достижений у неё только золото СССР сезона 1983−84 года, в котором из-за подготовки к Олимпиаде 1984 года ни Кира Иванова, ни Анна Кондрашова не участвовали и дали шанс проявить себя молодой уральской фигуристке.

На последующих чемпионатах СССР ей доставалась лишь бронза. На чемпионате мира 1985–1986 года, на который она ездила с другим тренером, так как Ксенофонтов был в Любляне с Малининой, Наташа заняла 10 место. На предыдущем чемпионате мира — 7 место. На чемпионатах Европы она тоже никогда не была на пьедестале, занимая 4 и 5 места.

На прошлом чемпионате СССР она заняла третье место, уступив только Ивановой и Кондрашовой, подтвердив свой статус третьего номера сборной. Крепкая середнячка, Лебедева в любой миг могла рвануть на пьедестал, потеснив кого угодно. Симпатичная блондинка с короткими, но пышными волосами и ростом в 163 сантиметра, имела идеальное телосложение для прыжков и уверенного катания: и не накачанное, но и не субтильное.

Лариса Замотина — запасная в сборной. Тоже воспитанница Ксенофонтова и «Буревестника». Ей 19 лет, и она закончила первый взрослый сезон. На международном уровне побед пока никаких. Чемпионка Свердловской области по мастерам спорта 1986 года и этапов Кубка СССР, на которых она заняла 1 и 2 места, что позволило ей отобраться на чемпионат СССР, на котором сходу заняла четвёртое место, попав в состав национальной команды в роли запасной. Правда, пока эту роль ещё не удалось использовать: трое фигуристок основного состава ездили сами и на чемпионат Европы, и на чемпионат мира. Но всё-таки запасная сборной команды СССР — это безусловное достижение для бывшей юниорки. Замотина — брюнетка плотного спортивного телосложения, ростом 162 сантиметра, красивая, что называется, «фигуристая», «кровь с молоком». В самом расцвете спортивного возраста.

И вот с такими прославленными фигуристками придётся проводить занятие по хореографии Владиславу Сергеевичу Левковцеву, тренеру ДЮСШОР-1 города Екатинска…

Естественно, у взрослых фигуристок регалий было побольше, чем у юниорок, какие бы они мастеровитые не были, и работать с взрослыми для Владислава Сергеевича было большой честью.

Среди советских юниорок только Хмельницкая была уникумом, штампующим почти все тройные прыжки, как горячие пирожки. Остальные… Соколовская, Малинина, Скарабеева… Прыжковые элементы у них были точно такими же, как у взрослых, — тулупы и сальховы, а значит, при переходе во взрослые юным фигуристкам предстояла упорная борьба. Придётся выгрызать себе место под солнцем… Правда, у юниорок была очень весомая фора: они были новым поколением фигуристок, более свободным, более быстрым и техничным. Катались они более сложно и смело, чем фигуристки взрослой сборной, которые не смогли взять золото юниорского чемпионата мира. Эти же смогли. И, похоже, решили на этом не останавливаться… Юниорки — новаторы, первопроходцы во многом, и подход к ним нужен тоже новаторский. А вдруг и взрослым фигуристкам он подойдёт?

Левковцев словно в нерешительности окинул взглядом фигуристок, внимательно смотревших на него. Кондрашова, Иванова, Соколовская, Хмельницкая, и… неожиданно решился.

— А давайте потанцуем? — предложил тренер.

— Потанцуем? — спросила Кондрашова. — Зачем? А балетная и танцевальная база?

— База никуда не уйдёт! — уже более решительно сказал Левковцев. — Давайте каждой фигуристке дадим пять минут, в течение которых она покажет танец, который ей нравится. А мы попробуем скопировать их. Как вам такое?

— Нормально! — крикнула Арина.

— Ну, если нормально, то с тебя и начнём, Люда! — рассмеялся Левковцев. — Выходи, располагайся рядом со мной и покажи, что ты умеешь. Например… сальсу! Готова?

Раздался смех. Слегка смущённая Арина вышла вперёд, встала рядом с Владиславом Сергеевичем и повернулась к сборницам. Ну… Погодите! Сейчас я вам устрою!

— Я понимаю, что без музыки сложно! — заявил Левковцев. — Но так даже интереснее. Начали!

Арина заняла стартовую позу, похожую на стартовую позу своей короткой программы. Естественно, она отличалась от той, что планировалась в прокате: Арина не собиралась раньше времени делиться своими наработками! Пусть они в нужный час ударят по разуму судей на ледовой арене!

Арина оперлась на правую ногу, отставив левую ногу в сторону, правую руку подняла вверх и в сторону, раскрыв всю пятерню, левую положила на бедро. Качнула бёдрами туда-сюда, как будто примеряя темп. Стоявшие напротив неё фигуристки с удивлением уставились на юниорку. Что она делает? Это же… Какой-то позор и разврат!

— И раз! — Арина сделала медленный выпад на правом колене вправо, качнув корпус туда же и вытянув правую руку.

Фигуристки повторили движение за ней.

— И два! — Арина полностью развернулась влево, сделала выпад на левой ноге, откинув левую руку в сторону на уровне груди, а правую, наоборот, положив на бедро.

— И три! Пируэт! И четыре! И пять! И шесть! — Арина сделала медленный пируэт на носочках, положила обе руки на затылок и качнула бёдрами вправо, влево и снова вправо.

Фигуристки уже с большим интересом повторяли все движения за ней, особенно юниорки. Соколовская и Малинина знали, как может танцевать Люська! Левковцев внимательно наблюдал за происходящим, и в движениях танца Хмельницкой ему угадывалась постановка короткой программы. Но сейчас она выглядела совсем по-другому, немного с другими движениями, что как бы говорило о том, что Люда на ходу импровизирует, не желая раньше времени выказывать все свои секреты.

— И пять! И шесть! — Арина подняла руки вверх, сделала энергичные движения тазом из стороны в сторону и шагнула правой ногой вперёд, сделав пару качающих движений тазом из стороны в сторону, а потом, следом, шагнула левой ногой вперёд, точно также сделав качающие движение тазом из стороны в сторону.

В этом месте постановки из толпы фигуристок посыпались редкие хихикания.

— И семь! — Арина взмахнула руками вверх и одновременно сделала выпад на левом колене, выгнув грудь вперёд, плечи назад и разведя руки в стороны.

— И восемь! — Арина сделала ещё один выпад, уже на левом колене, при этом опять выгнув грудь вперёд, плечи выгнув назад и разведя руки в стороны.

Эта позиция отчасти напоминала ина-бауэр, и выглядела очень красиво. И… Слегка неприлично! Дело в том, что у Арины, как у юниорки относительно юного возраста, растяжка была ещё хоть куда, с фигурой проблем тоже не было, никакой перекачки не наблюдалось, поэтому корпус она выгибала очень сильно, и при исполнении этих позиций выглядела очень обворожительно.

— И девять! И десять! — Арина развернулась к своим «ученицам» на 180 градусов, задом, развела руки в стороны, присела на полусогнутых коленях, выгнувшись вперёд и вниз, и сделала резкие быстрые движения тазом из стороны в сторону. Конечно же, это был нокаут! Откуда советским фигуристкам был знаком такой танец, как тверк??? Хотя… Что же неприличного в этом танце? Он брал свои корни из традиционных танцев народов Африки и пошёл в народ от исполнителей южной ветви хип-хопа. Первой до широкой публики его донесла певица Майли Сайрус, которая у Арины пользовалась большим авторитетом, так как снималась в сериале «Ханна Монтана», большой поклонницей которого Арина была в ранние подростковые годы.

В 21 веке, конечно, такой хулиганистый танец не произвёл бы никакого внимания, но сейчас, в 1986 году, он произвёл эффект разорвавшейся бомбы, по крайней мере, на взрослых фигуристок, которые с удивлением смотрели на непотребство, которое творит эта знаменитая Хмельницкая.

— Это что такое? — строго спросила Кира Иванова. — Ты что делаешь? Зачем ты нам задницу показываешь? Нам вот это танцевать???