Конечно, уровень исполнения номера был несравним с профессиональными фигуристами. Однако зрители награждали каждый сделанный элемент громкими аплодисментами, потому что понимали: на льду сейчас находятся обычные люди, такие же, как и они сами…

Глава 6

Гениальный тройной номер. Часть 1

После того как взрослые любители под очень громкие аплодисменты и восхищённые крики покинули арену, музыка стихла, и снова заговорил Джон Ларсон.

— Уважаемые дамы и господа, наше шоу продолжается! Сейчас вы наконец увидите тех, кто в течение ближайших двух часов будет радовать нас своими выступлениями. Итак, встречайте! Герои «Скейт Америка 1986», занявшие места с первого по пятое!

Освещение на арене стало более ярким, почти равным соревновательному, и друг за дружкой фигуристы стали выходить на лёд. Разогнавшись, делали в центре арены свой любимый или хорошо получающийся элемент и становились в ряд у противоположного, правого короткого борта. Зрители громкими аплодисментами и восхищёнными возгласами, встречали каждое названное имя. Некоторые зрители привычным взглядом смотрели на балкон в надежде увидеть реакцию девчонок-чирлидерш, однако, увы и ах, их не было. В колледже сегодня учебный день, поэтому активной группы поддержки не было, из-за чего неожиданно показалось, что ледовая арена немного опустела.

— Людмила Хмельницкая! — сказал Джон Ларсон.

Арина отдала чехлы Левковцеву, ступила на лёд, быстрыми перебежками разогналась прямо по центру арены и прыгнула эффектный двойной аксель. Чисто! Трибуны взорвались громкими аплодисментами и возгласами восторга. Так громко сегодня ещё не приветствовали никого!

После того как все фигуристы выстроились в ряд у правого короткого борта, покатили вдоль него против часовой стрелки, приветствуя аплодирующих зрителей. Проехав полностью круг, остановились у калитки, ещё раз поприветствовали зрителей, поклонились в их сторону и друг за дружкой покинули арену. На льду осталась лишь спортивная пара, занявшая пятое место.

… Арина немного посмотрела начало показательных, а потом вместе с девчонками пошла обратно в тренажёрный зал. Шоу шло как по накатанному, и сейчас она уже могла примерно определить, какой у него будет формат. Когда фигурист готовился выходить на лёд, сначала к нему подходил Джон Ларсон. Он задавал короткие юморные вопросы или проводил нечто вроде мини-интервью, на которое фигурист должен был отреагировать. Естественно, все вопросы были с подколкой или подковыркой, и зрители каждый ответ встречали громким смехом и аплодисментами.

Время прошло быстро. Арина его даром не теряла: временами разминалась, временами шла на ледовую арену посмотреть, что там творится. Иногда режиссёр, управлявший освещением, разглядывал её в полутьме и сосредотачивал круг белого цвета прямо на ней. Тогда трибуны взрывались громкими аплодисментами, а Арина смущённо махала рукой в телекамеру.

Понемногу шоу подошло к концу, и наконец настала их очередь выходить на лёд. После того как откатался танцевальный дуэт, занявший первое место, Арина, Марина и Линда во всеоружии стояли у калитки. Неожиданно круги белого цвета сконцентрировались на них. Зрители встретили появление фигуристок громкими аплодисментами и очень громкими криками. Немедленно подошёл Джон Ларсон… Конечно же, он не мог оставить без внимания выход этой троицы.

— Ух ты, какие симпатичные красивые молодые леди! — сказал американский шоумен. — Скажите, как вас звать!

— Люда! Марина! Линда! — по очереди ответили фигуристки.

— Ну хорошо, имена у вас очень красивые, — заявила Ларсон. — Марина, я начну опрос с тебя. Скажи, пожалуйста, что за героиню ты изображаешь?

Соколовская была сейчас в чёрных брюках с лампасами из серебристого люрекса, в топике до пупа с голой спиной, шёлковым платком, завязанным на голове, с концами, спадающими на спину. Глаза очень ярко накрашены, на лбу над бровями бинди — чёрная точка, у незамужней девушки знак принадлежности к варне воинов-кшатриев.

— Я Мира — дочь самого богатого раджи в Индии! — со смехом сказала Марина.

— Вот как! — в ответ рассмеялся Ларсен. — Так ты приехала сюда на слоне и с пачкой индийского чая в кармане?

Раздались громкие аплодисменты и смех зрителей, несмотря на юмор уровня Б.

— Нет! Я прилетела сюда на самолёте! — не согласилась Соколовская.

— Ясно, — сказал Ларсон. — Так ты будешь танцевать индийские танцы? Ну что ж, спасибо большое. А это кто у нас тут? Девушка, у вас такой колоритный вид. Как вас звать?

— Людмила Хмельницкая, — смущённо ответила Арина.

Как только назвала себя, трибуны отреагировали очень громкими аплодисментами, намного более громкими, чем те, которыми до этого встречали Соколовскую. Арину спутать с кем-либо было практически невозможно: у калитки в свете белых прожекторов стояла высокая красивая девушка в чёрных колготках, короткой чёрной кожаной юбке, чёрной жилетке с большим декольте. Чёрные волосы локонами свисают из-под бейсболки, почти закрывающей лицо. Красивые белоснежные руки обнажены, на кистях чёрные ажурные митенки с торчащими тонкими белыми пальчиками, с красивыми ногтями, накрашенными красным лаком.

— И как же звать твою героиню? — с интересом спросил Ларсен.

— Её звать Андреа! — заявила Арина. — Она ходит танцевать и играть на саксофоне в закрытый музыкальный клуб, в котором собираются самые богатые и влиятельные поклонники живой музыки, в котором постоянно выступает настоящий ансамбль. Это место сакральное, обладающее музыкальной магией, и человек, единожды попавший туда, меняется раз и навсегда.

— Ух ты как интересно! — рассмеялся Ларсен. — А к тебе не подходили настоящие музыканты, не просили выступать в группе? Ведь у тебя вид как у какого-нибудь рок-музыканта! Или музыкантки! Ты очень прилично смотрелась бы в группе, играющей, например, хэви-металл.

Раздались громкие аплодисменты и весёлые крики зрителей, хотя, если честно признаться, Арина ничего смешного не видела в тех вещах, которые говорил Ларсен. Может, какая-то часть юмора в них и была, но он был неявным.

— Ну хорошо, всё с тобой ясно! — уверенно сказал Ларсен и обратил внимание на Линду. — Так, а это кто у нас???

Линда, пожалуй что, выглядела очень необычно не только из всей троицы фигуристок, но и вообще из всех участниц показательных выступлений. У калитки стояла высокая девушка, одетая в короткое розово-чёрное платье с пышной юбкой. На стройных ногах полосатые красно-белые колготки с дырами на коленях, на кистях рук длинные чёрные кружевные перчатки-митенки без кончиков пальцев, отчего видно ногти, крашенные в редкий чёрный цвет, на голове волосы зачёсаны в два хвостика, торчащие с висков. Лицо с мейк-апом в стиле «хоррор-арт»: очень ярко накрашенные розовым глаза, от которых по лбу и по щекам вертикально спускаются две чёрные жирные стрелки. Красная клякса губ, от которых вверх по щекам поднимаются выгнутые линии, имитирующие недобрую усмешку, поперёк чёрными линиями нарисованы стежки от ниток. Вид такой, как будто фигуристка пришла со съёмок фильма ужасов, где играла роль злой инфернальной клоунши или вышедшей из-под контроля куклы-убийцы.

— Боюсь, боюсь! — Ларсон картинно отбежал на пару шагов от Линды, закрылся руками, чем вызвал бурный приступ смеха зрителей. — Красавица? А кто ты и как попала сюда?

— Меня зовут Мэри! — грозно сказала Линда. — Кровавая Мэри! Я кукла-клоун из заброшенного и давно забытого цирка Из соплей! И я пришла за вами!

Линда изобразила грозное выражение лица, расставила руки, и сделала вид, что сейчас бросится на Джона Ларсена.

— Ой, боюсь-боюсь! — опять сказал Ларсон и прикрылся от Линды. — Хорошо, но я всё-таки думаю, что в тебе живёт что-то доброе, раз ты приехала сюда. Итак, дорогие друзья, уважаемые дамы и господа, встречайте это великолепное трио, с которым мы только что познакомились! Людмила Хмельницкая, Марина Соколовская и Линда Флоркевич!