— Айболит? Гнать его оттуда к демоновой праматери, прямиком до Бездны ссаными тряпками. Или пристрелить зар-разу, — прорычал начальник особого отдела, едва сдержавшись, чтобы не приняться за несдержанного на язык врача прямо сейчас. Лишить молоденькую девушку надежды на материнство, оставив ей только ненависть и месть, было неоправданно жестоко. И то, что Андрей не знал этого, не считал, не подумал, совершенно его не оправдывало.
— За что пристрелить? — не поняла Полина.
— За длинный язык и преждевременные выводы, — голос мага уже звучал ровно и бесстрастно. — Солнышко, Айболит — «сапожник», он прекрасно штопает раны, вытаскивает пули и вправляет переломы. Но магией исцеления он не владеет. А я владею, как ты уже убедилась. Физически ты абсолютно здорова.
— Правда? — выдохнула Полина. Неверие и пустота в ее глазах сменились робкими искорками еще неосознаваемой надежды.
— Правда, — серьезно ответил иерарх. — Захочешь — пройдешь полное медицинское обследование и убедишься.
— Не надо… обследование. Я тебе верю, — прошептала Полина, уткнувшись в его шею мокрым от слез лицом. Только теперь это были слезы облегчения. Ощущение собственной неполноценности не исчезло, но стало во много крат слабее. В глубине души робко шевельнулась надежда, что еще не все потеряно, что и для нее найдется лучик света, кусочек счастья. Детский смех и топот маленьких ножек. Иллюзия будущего, в которую на мгновение слишком захотелось поверить.
Андрей просто обнимал любимую, прижимая ее к себе, как самое ценное сокровище. «Я тебе верю». Впервые Полина сама робко потянулась к нему, преодолев свой страх, человеческие предубеждения и вполне оправданное желание умереть. И он просто не мог обмануть, предать ее хрупкое доверие. Маг был доволен развитием и результатами неожиданного поворота активной линии реальности. Теперь эти результаты нужно закрепить и вывести линию в зону стабильности.
— Прости, — Полина неловко попыталась отстраниться, но маг легко удержал ее.
— За что ты просишь простить тебя?
— За длинный язык и преждевременные выводы, — вздохнула Полина. — Ну и за то, что снова тебе рубашку обревела.
— Поздно извиняться и вырываться, Солнышко. Ты же сама понимаешь, что не отпущу. Но хотя бы уже на «ты» и без «Аристарховичей», — в голосе мужчины проскользнула улыбка.
Девушка смутилась. Этой перемены она заметить не успела, и сама не поняла, как именно произошел этот переход. Из-под покрывала высунулась ладошка, плотнее запахнувшая ткань и шустро спрятавшаяся обратно.
— Не прячься от меня. Ты же знаешь, я не сделаю тебе ничего плохого или страшного, — прищурился темный иерарх. — Просто хочу тебе кое-что показать. Дай мне руку.
— В прошлый раз ты показал, как исцеляешь…
Полина, немного поколебавшись, протянула мужчине руку. В глазах и ауре девушки больше не было страха — лишь легкое любопытство вперемешку с усталостью.
— Такая маленькая, — слегка подрагивающая ладонь почти утонула в мощной руке иерарха.
Андрей ободряюще сжал руку Полины, ласково поглаживая ладошку большим пальцем и наблюдая, как настороженность уходит из золотисто-янтарных глаз, уступая место растерянности. Ладонь в его руке быстро согрелась и расслабилась, перестав дрожать. Маг мягко перевернул руку девушки ладошкой вверх, коснувшись кончиков ее пальцев своими. С пальцев мужчины сорвались огненно-серебристые искры, в полумраке показавшиеся Полине особенно яркими. Словно завороженная, она смотрела, как они впитываются в ее ладонь, непривычно щекоча и покалывая кожу. От руки по всему телу медленно разливалась волна тепла и легкости, уносящая, растворяющая тревоги, усталость и напряжение.
— Что это? — человечка ошеломленно распахнула глаза, встретившись взглядом с океаном расплавленного серебра, в глубине которого играли такие же искры.
— Чистая Сила, всего несколько единиц, — голос нелюдя звучал мягко, бархатно, словно убаюкивая. Мужчина продолжал поглаживать и массировать ладонь девушки медленными, осторожными круговыми движениями. Искры Силы так же медленно проникали в тело и ауру златовласки. Единственное проникновение, которое пока ему доступно. Первый близкий контакт — из тех, что вряд ли испугает и точно не оттолкнет. Самый безобидный способ сделать девочке приятное, параллельно приучая ее к своим рукам. Полина раскраснелась и сбивчиво дышала, но даже не пыталась вырваться или отдернуть руку. Взгляд девушки слегка поплыл, зрачки расширились, превратившись в обсидианы, окаймленные стрелами длинных ресниц. Сейчас она казалась иерарху самым прекрасным существом. Он видел ее всякой. Казалось, что знал ее вечность. Читал в ее глазах и страх, и надежду, и отчаяние, и ненависть, и боль, и печаль, и робкое любопытство, и редкие проблески искренней радости. Будет потрясающе увидеть ее в момент страсти, блаженства, экстаза. Разделить с ней этот момент, как сейчас разделил Силу. Или даже не так, не крохи. Этого ему слишком мало и всегда будет мало. Ему нужно все. Весь мир в янтаре ее глаз. Узнать, какая она в любви. Но до этого слишком далеко, им предстоит долгий и нелегкий путь.
— Приятно, — удивленно прошептала Полина, инстинктивно сжимая в кулачок последние частички Силы. — Это ты называл вершиной?
— Это всего лишь ступенька вверх, Солнышко. Это даже не ласка, скорее одна из форм энергообмена. Близость, малыш, не сводится к механической долбежке и не ограничивается физкультминутками. Она подобна искусству. Как танец, который танцуют двое. Как игра, в которой не бывает победителей и побежденных. Как сплетение Сил, рождающее новые миры. Существует огромное разнообразие ласк и прикосновений, с помощью которых можно доставить наслаждение друг другу, даже не раздеваясь.
Андрей мягко разжал ее пальцы, прижался губами к ладони. Ласково пройдясь языком по подушечкам пальцев, проложил дорожку из поцелуев от тонкой кисти, где под кожей бешено бился пульс, до локтевого сгиба. Полина прерывисто вздохнула и затихла, прикрыв глаза. Необычно доверчивая, податливая, демонски желанная.
— Видишь, совсем не страшно, — голос мага прозвучал непривычно хрипло и в то же время нежно.
Полина приоткрыла глаза и встретилась взглядом с его глазами, потемневшими от сдерживаемого желания. Начальник особого отдела напоследок поцеловал каждый пальчик, нежно, даже целомудренно коснулся губами ее приоткрытых от удивления губ, вспыхнувших щек и чувствительного местечка за ушком, сдвинув в сторону непокорную прядку волос. Стройное тело в его руках слегка напряглось, дыхание девушки участилось, но страха маг не ощутил — его маленькая бабочка была взволнована, но вовсе не напугана. Слишком рано, чтобы она смогла возбудиться или испытать желание по отношению к мужчине, но робкие, еще неосознаваемые сигналы ее тела были для него вполне прозрачны и ясны.
— Я буду очень нежным с тобой, Золотинка, — хриплым шепотом пообещал иерарх, не отпуская ее взгляда.
Пульсирующие вытянутые зрачки мага выдавали его возбуждение и страсть, рвущуюся наружу из клетки, ломающую все преграды на пути к вожделенной цели. Огонь в камине взметнулся и застыл, словно в остановленном кадре. Вместе с ним неподвижно застыли пляшущие на стене отсветы пламени и бархатные тени. Сама реальность покорялась иерарху, тонко подстраиваясь под его состояние. По спине девушки пробежал легкий холодок испуга. Но в обычно непроницаемых стальных глазах светились неприкрытая нежность и тепло, а действия иерарха были слишком невообразимыми, бережными и нежными, чтобы испугаться всерьез.
Андрей медленно провел ладонью по щеке девушки, коснулся распущенных волос, пропуская между пальцев шелковистые пряди. Насладившись их мягкостью, мужская рука скользнула по плечу, спуская покрывало. Взору мага открылись соблазнительные округлости груди, которые девчушка запоздало попыталась прикрыть ладошками. Перехватив недоумевающий и слегка испуганный взгляд, мужчина сдержанно улыбнулся.
— Солнышко, все в порядке. Разве тебе сейчас страшно или больно?
— Н-н-нет, — выдавила Полина.