— Ну что, сейчас поедем? — воодушевлённо спросил с надеждой во взгляде Матвей, глядя мне в глаза. — Может, после ужина?

— Давай только не сегодня, — сказал я. — Что-то уже никуда не хочется ехать. Может, на выходных покатаемся и испытаем, а пока продолжай тренировки.

— В тебя лучше бронебойными сразу стрелять? — спросил Стас, как оказалось, совершенно серьёзно. Мне даже показалось, что на этом вопросе он как-то оживился, что ли.

— Давай лучше начнём с обычных, — сказал я. — И броню всё равно лучше не забыть надеть. Всякое может быть.

— Лучше да, — согласился Матвей. — На всякий случай, а то разное бывает, Ваня прав. Правда, имея высокорангового целителя под рукой, пулевое ранение не сильно страшит.

— Высокорангового? — переспросил я и начал оглядываться, вроде как ищу того, о ком сейчас говорят. Ребята снова рассмеялись.

После традиционной медитации, я посвятил время изучению теории. Нейроинтерфейс мне заботливо каждый раз подсовывал новый блок информации, который мне необходимо освоить.

Я уже собрался ложиться спать, залез под одеяло, как поступил вызов на нейроинтерфейс. Мысленно нажав виртуальную кнопку ответа, я вновь оказался на скамейке на мостке у берега озера. Алексей уже сидел рядом, в том же камуфляжном костюме, что и в прошлый раз. А перед нами стояли теперь не поплавочные удочки, а были закинуты донки, на концах которых висели архаичные колокольчики.

Встречал не раз такие фотографии, возраст их достаточно солидный. Сейчас на удочках только электронные датчики, которые тут же передают сигнал на специальный браслет. Катушка подсекает и начинает сматываться сама, учитывая силу поклёвки, натяжение лески, предотвращая её обрыв.

Скукота да и только, участие человека в процессе ловли минимизировано. Уж лучше так — колокольчик, и верти ручку, когда клюнуло.

— Разбудил? — спросил Алексей, у которого только что зазвенел колокольчик на удочке.

Он резко дёрнул на себя удилище, как заправский рыбак, убедился, что рыба не попалась, немножко подмотал леску и снова поставил удилище на рогатульку.

— Да нет, я только лёг, — сказал я, поражаясь навыкам брата, о которых я не знал, и любуясь пейзажем.

Здесь солнце ещё не село, но уже нависло над горизонтом. Вечерняя заря — один из лучших моментов для рыбалки.

— Я в этот раз лучше подготовился, — сказал Алексей и потянул за верёвку, приподняв из воды садок для рыбы. — И вон там справа посмотри.

Я посмотрел, куда указал брат, и увидел возле скамейки большой удобный подсак.

— Отлично, — сказал я. — Теперь можно поймать кого угодно и не бояться, что сойдёт.

— Но, как ты догадался, я тебя не просто на рыбалку позвал, — сказал Алексей, любуясь пейзажем. — Вопрос о перспективах. То, о чём мы с тобой раньше уже говорили. Вопрос добычи руды и переработки на месте практически решён. Теперь дело за проектом, согласованием. Будет строиться завод для переработки руды в непосредственной близости с Каменском. Также разработка руды на месте, обустройство пути доставки, организация защиты и безопасности. Вот эти вещи как раз на первое время будут за тобой. В дальнейшем весь этот процесс будет под твоим контролем от и до.

— Тогда мне надо в ближайшее время договориться со взводом спецназа и взять их в помощь для зачистки прохода, — сказал я. — Мы тут, кстати, модернизировали пули для снайперской винтовки, снарядили их теми самыми гранулами. Теперь одного выстрела будет достаточно, чтобы уговорить «отдохнуть» Каменного Василиска.

— Ну, тогда тебе взвода спецназа вполне будет достаточно, — усмехнулся Алексей. — Успевай только цинки подтаскивать. А ещё мы во всех средствах массовой информации подали объявление, что в Каменск срочно нужны охотники для добычи ресурсов. Приём ресурсов по повышенной цене, оплачиваемые миссии. Ведь не обязательно постоянно задействовать большое количество гвардейцев, когда есть люди, которые по собственному желанию и с пользой для нас будут расчищать от монстров пространство от входа и до самого кратера.

— По поводу скупки ресурсов по повышенной цене, шаг довольно рискованный, — сказал я.

— Почему? — удивился Алексей.

— Начнут бунтовать местные скупщики, если им сильно перебить цену.

— Знаешь, Ваня, меня местные скупщики интересуют в последнюю очередь, — пренебрежительно отмахнулся Алексей, дёрнувшись к удочке. Колокольчик звякнул и снова затих. — Это волнует меня намного меньше, чем наличие комаров на Камчатке. Главное — процесс запустить. Если приедет достаточно много охотников, можно им доплачивать за расчистку территории по пути от входа до кратера. Им хорошо, и нам спокойно. Рабочие места мы всё равно обеспечим.

— А если среди них найдётся шпион, который доложит, что мы там добываем? — спросил я.

— Рано или поздно всё равно все узнают, — показательно равнодушно сказал Алексей. — Пока что это закрытая информация, но это ненадолго. Так что пусть себе ищут, сколько хотят. И я думаю, далеко не каждый поймёт, что мы везём в закрытых контейнерах. Кто-то догадается, что это что-то драгоценное. Кто-то больше придумает, чем угадает. У меня для тебя есть ещё один интересный подарочек, — слегка улыбнулся Алексей, внимательно и серьёзно глядя мне в глаза. — Внешне ты не изменился, но если внимательно присмотреться, ты и, правда, подрос и возмужал. Я думаю, что ты к этому подарку уже готов.

— К какому? — спросил я.

И в этот момент пришло уведомление от нейроинтерфейса: «Скачан файл».

— Я так понимаю, ты уже получил, — улыбнулся Алексей. — Я озадачил наших архивариусов и учёных, специально для тебя составили подборку техник, связанных с использованием копья в сочетании с молниями. У нас в роду бывали периодически обладатели дара молний. Но ты первый, кто взял в руки копьё, а не меч. Может быть, оно даже и к лучшему. Судя по тому, что ты делаешь со своим копьём и со своими молниями, вполне сможешь развить это по-новому и гораздо интереснее, чем это делают маги с даром воды, они гораздо чаще используют копьё в своих техниках.

— Заинтриговал, — сказал я, улыбаясь, и крепко пожал Алексею руку. — Спасибо большое.

— Ну всё, давай, спокойной тебе ночи, — сказал Алексей. — От меня что-то дед срочно хочет, пришло оповещение.

— Спокойной ночи, — кивнул я, а Алексей, озеро и лес сразу исчезли.

Я снова лежал в кровати и пялился в потолок. Надо бы спать, а мне нет теперь покоя, ведь так и подмывало открыть этот пакет информации, который только что прислал Алексей. Прекрасно понимаю, что сейчас залипну и буду изучать до самого утра.

Поэтому я не стал этот файл даже разархивировать, повернулся на бок, закрыл глаза, сделал медленный глубокий вдох и начал расслабляющую медитацию.

Мы всем коллективом выстроились в шеренгу на старом крыльце приёмного отделения, которое теперь перестало быть крыльцом, а стало соединительным звеном между холлом старого приёмного отделения и большим ангаром нового.

Строительство закончено, внутренняя отделка завершена. Осталось только насытить всё это оборудованием, расставить всё по своим местам, проинструктировать персонал и начать работать.

Герасимов неторопливо пошёл вперёд, а мы как утятки за уткой потянулись вслед за ним. Наши шаги эхом отдавались в огромном пустом помещении. Впереди распахнулась большая двустворчатая дверь, люди в спецовках начали затаскивать ящики, шипя, ругаясь, костеря тех, кто сделал их такими тяжёлыми.

— Привезли, наконец-то, — буркнул Анатолий Фёдорович, довольно улыбаясь, потом обернулся к нам. — Разбегайтесь пока по рабочим местам, а я проконтролирую, чтобы здесь всё было в порядке.

Ещё раз глянул на рабочих, которые заносят ящики и контейнеры всех размеров и цветов. Анатолий Фёдорович указывал пальцем, что куда нести, ознакомившись с маркировкой на каждом. Все остальные развернулись и пошли обратно в старое отделение.

Женя с Костей пошли заряжать установки синтеза. Василию Анатольевичу снова кто-то позвонил и он повернул по коридору налево и пошёл в сторону лестницы, буркнув через плечо: «Я на третий этаж».