— По периметру воинской части? — с удивлением переспросил мужчина. — Ах, ну да. Прошлого устранили тоже на территории воинской части, я вас понимаю. Хорошо, будет сделано.

— Скоро приеду, — сказал я и положил трубку.

— Что-то случилось? — тревожно спросил Герасимов. Лицо Евгении так же выглядело испуганным. Она ничего не спрашивала, просто ждала, что я скажу.

— На ловца и зверь бежит, — усмехнулся я. — Новое нападение менталистов на строящийся завод. Но в этот раз неудачно, их успели перехватить и нейтрализовать. Один остался в живых, поеду, посмотрю.

— Возьми меня с собой, — предложил Герасимов. Я внимательно посмотрел на него и задумался. Потом утвердительно кивнул. — Поехали.

Отобранные мной книги я так и оставил на столе, решив вернуться к ним позже. Евгения нахмурилась и отвернулась к полке с книгами, делая вид, что усиленно ищет что-то еще. Брать её с собой на жесткий разговор с пленным менталистом я не видел особого смысла, девушке это не нужно. Да и мало ли, что может произойти, я больше за её безопасность сейчас переживаю.

— На машине? — спросил Анатолий Федорович, когда мы с ним спускались на первый этаж.

— Теперь по городу и за его пределами я передвигаюсь только так, — кивнул я.

— Я забегу в лабораторию на минуту и быстро переоденусь, без меня не уезжай, — бросил Анатолий Федорович и нырнул в лабораторию.

Я решил подождать его на крыльце. Лежавший на моем плече на особой накладке горностай, решил воспользоваться моментом и попрыгать по деревьям, погонять галок и ворон. Правильно, пушистым лапкам тоже надо размяться, а то только и делает, что слушает взрослые разговоры.

Через пару минут Анатолий Федорович вышел в обычном довольно простом костюме с каким-то кейсом в руке, которого я раньше не видел. Мы сели в броневик, где уже ждали Матвей и Стас, и поехали в сторону воинской части на востоке, той самой, которую совсем недавно построил мой брат.

— Ого! — воскликнул Анатолий Фёдорович, когда мы выехали за восточные ворота и подъезжали к подобию воинской части, но там были расположены силы рода Демидовых. — Вот это вы тут понастроили! Давненько я сюда не ходил. Вы, Демидовы, не устаёте удивлять.

— Есть такое, — усмехнулся я, когда мы уже подъехали к воротам воинской части, блестевшим свежей краской.

Вышедший навстречу часовой увидел герб на борту внедорожника и сразу начал отворять воротину, нажав кнопку на пульте, чтобы мы въехали внутрь. Андрей сразу повёл машину в сторону небольшого здания с маленькими окнами, стоявшего чуть в стороне за зданием штаба.

Я почему-то сразу догадался, что это то самое место, где держат пленных. Не помню, чтобы я заметил его, когда мои бойцы принимали присягу. Да мне тогда было и не до этого.

Стоявший у входа в здание часовой отдал воинское приветствие и услужливо открыл перед нами дверь. Его напарник проводил нас до нужного кабинета, где уже сидели Алексей и его помощники — Иннокентий и Егор. Алексей покосился на находившегося рядом со мной заведующего приёмным отделением и с вопросом в глазах посмотрел на меня. Я лишь кивнул ему, дав понять, что потом всё объясню.

Мы расселись вдоль большого стола с одной стороны. По другую сторону, на некотором отдалении, стоял большой тяжёлый стул, прикованный к полу. На ножках и подлокотниках имелись металлические браслеты для фиксации рук и ног.

Я такого ещё никогда не видел, прямо какое-то средневековое орудие пыток. Не хватало ещё выходящих из спинки и сиденья острых шипов или испанского сапога. Пучка проводов я не увидел тоже.

— Ведите пленного, — сказал Алексей дежурному.

Через несколько минут в кабинет ввели пленённого мага, руки которого были скованы наручниками за спиной, а на ногах так же висели браслеты с цепью, ограничивающей длину шага, чтобы не сбежал. Я ожидал увидеть длинный плащ с глубоким капюшоном, но этот был одет совсем по-другому: камуфляж, похожий на военный, но совершенно никаких знаков отличия или принадлежности к роду войск. Он был одет, скорее, наподобие охотников, которые ходили на территорию Аномалии.

Мужчину усадили в кресло, сняли наручники и кандалы и тут же приковали к подлокотникам и к ножкам стула, чтобы у него даже мысли не возникло вскочить и попытаться сбежать, а может, даже и напасть на допрашивающих. Конвоиры отошли в сторону и замерли по стойке смирно.

Мужчина лет тридцати, высокого роста, относительно худой, поднял понурившуюся голову и обвёл тяжёлым взглядом присутствующих. На лице появилась едва заметная ухмылка.

— Господа, с вашего позволения я приступлю? — тут же спросил Герасимов, открывая кейс, который он принёс с собой, а сейчас положил на стол.

Внутри я увидел стёкла для гистологии, какие-то инструменты, перевязочные материалы и пару артефактов, которых раньше у него не замечал. Анатолий Фёдорович продолжает меня удивлять своей многогранностью и подготовленностью в каждом вопросе.

— А что, собственно, вы хотели начать, любезный? — с ярко выраженным недоверием обратился к нему Алексей.

— Как это что? — несколько замешкался Анатолий Фёдорович, я впервые увидел его в растерянности. — Так анализы же взять, посмотреть, что этот товарищ собой представляет. Надо хоть частично познать его богатый внутренний мир.

— Хорошо, я не против, — кивнул Алексей, после коротких раздумий.

Анатолий Фёдорович достал всё, что нужно, и подошёл к пленному.

— Ну что, голубчик, открой ротик, скажи большое «А-а-а», — произнёс мой наставник таким тоном, словно он сейчас был педиатром на амбулаторном приёме.

Пленный поднял на него глаза, но больше никак не отреагировал, продолжая сверлить целителя взглядом.

— Может, лучше это по-хорошему сделаешь? — предложил Герасимов, чуть склонившись к испытуемому со зловещей улыбкой. — А то можно и по-плохому. Как говорится, вам выбирать.

Я видел в этот момент лицо Герасимова сбоку и сейчас даже мне стало немного жутковато от того, как он смотрел на пленника. Внутренние демоны просятся на выход или хорошая игра? Так сразу и не отвечу. Может, я о нём много что не знаю.

— Что ты теряешь-то? Не буду же я тебе язык отрезать, — сказал пленному с ехидной усмешкой Анатолий Фёдорович. — Просто образец слюны. Мазок-отпечаток, это всё, и я от тебя отстану. Ну почти.

Пленный снова никак не отреагировал, лишь продолжал с презрением и злобой смотреть на Герасимова.

Алексей кивнул одному из конвоиров. Тот решительным шагом направился к пленному, достав из кармана шокер, нажав на кнопку, продемонстрировав мощный разряд.

— Этого хочешь? — совершенно равнодушно спросил конвоир. — Так без проблем, любой каприз и процедуру обеспечим.

— Ладно, хрен с вами, — недовольно рыкнул пленный и открыл рот, не сводя тем временем взгляда с Герасимова.

— Вот и молодец, — довольно сказал Герасимов, поднося к его рту одноразовый шпатель. — Вот и умничка.

Целитель уверенно взял у обследуемого мазки со щеки и языка, потом сделал мазок-отпечаток с языка. Не совсем понял, зачем это нужно было, спрошу потом. Следующим этапом было взятие крови из вены. На что пленный отреагировал на удивление спокойно.

— Эх, ещё бы органы на гистологию взять, поискать морфологические изменения и мутации, — пробормотал Анатолий Фёдорович, убирая всё своё снаряжение обратно в кейс.

Теперь на него удивлённо покосился и Алексей, но тоже, как и я промолчал. А пленный маг после таких слов даже немного побледнел и напрягся. Анатолий Фёдорович же теперь спокойно уселся за стол и кивнул нам, что он закончил.

— А может, я тогда уже поеду? — спросил он и похлопал по кейсу. — Займусь изучением полученного материала. Вы тут сейчас, наверное, с ним всякие вещи страшные творить будете, а у меня психика слабая.

«Среди сотен людей всегда узнаю своего шефа по его юмору», — подумал я.

Только что предлагал изъять у него кусочки органов при жизни, а теперь говорит про слабую психику. Ну-ну.