— Вы… вы не сделаете этого.

— Сделаю, — сказал я, — время-то у меня ещё есть.

В комнате повисла густая тишина. Чиновник не знал, куда себя деть и глупо искал зацепку в бумагах, но не находил. Потом вздохнул, достал гербовую печать.

— Будь по-вашему, — сказал он, приняв неизбежное. — Заявление принято. Лицензия будет готова через три дня. Оплата — пять серебряных. Придёте с деньгами — получите.

— Приду, — сказал я.

Внимание! Квест «Разрешите готовить!» обновлен!

Цель: явиться в гильдию через три дня, внести оплату 5 серебряных

Текущий статус: ожидание оформления

Я вышел из гильдии, выдохнул, чувствуя, как в груди мечется пламя гнева. Этот чёртов князь везде свои ручонки сунул! Чует моё сердце, с разрешением будет не лучше. К слову, сегодня я туда уже и не успею. Солнце стояло высоко — я провёл внутри почти два часа и теперь не успевал в ратушу. Чёрт, ещё и к чиновнику могу опоздать!

Спросив дорогу, понял, что на Цветочную улицу будет быстрее на Тефтельке, пришлось возвращаться и, оставив телегу, лететь вверх по улицам к богатым районам. Дом Кублицкого оказался большим, двухэтажным, с колоннами и лепниной. За высоким кованым забором виднелся сад, фонтан и ажурная крыша беседки. Прислуга сновала по дорожкам с таким важным видом, будто служили самому мэру или, что, наверное, ближе к правде, как минимум королю.

Я спрыгнул с лошади и постучал в калитку. Вышел лакей в ливрее, оглядел меня с ног до головы.

— Вы к кому?

— Марк Винтер, повар. Меня ждут.

Лакей кивнул, забрал поводья и показал дорожку к дому. Внутри жильё чиновника казначейства было ещё роскошнее. Мраморные полы, хрустальные люстры, картины в золочёных рамах. Но времени всё это разглядывать у меня не было, поэтому я быстро прошёл в гостиную, где меня уже ждали.

Кублицкий сидел в объёмном кресле, рядом с ним на диванчике расположилась тощая женщина с тонкими губами и кислым выражением лица. Возле неё играли две девочки-подростка — близняшки, в одинаковых платьях, с одинаковыми причёсками, они смотрели на меня с одинаковым высокомерием.

— Опоздали, Винтер, — сурово сказал Кублицкий. — Мы ждём уже полчаса.

— Прошу меня простить, — ответил я. — Задержали бюрократические проволочки.

— Ну-ну, — жена чиновника поджала губы. — Надеюсь, еда стоит ожидания.

— Конечно, стоит, — ответил я. — Где кухня?

Лакей, получив разрешение от главы семейства, проводил меня в конец коридора и открыл дверь. Увидев кухню, я на мгновение потерял дар речи. Вот это да! Вот это, я понимаю, масштабы! Она была огромной, раза в два больше, чем в трактире. Чего стоил высокий сводчатый потолок! Три печи! Два очага! Счастье-то какое! Вдоль стен выстроились ровными рядами длинные столы, на стенах десятки медных кастрюль и сковородок. Мой взгляд наткнулся и на здоровенную мясорубку с толстым винтом, мне такая нужна! Рядом с ней стояло что-то похожее на ручной миксер. Больше того, я увидел возле дверец печи ручки, как у магических жаровен! Не нужно будет гадать, какой, где жар. да ещё и температуру менять можно. До чего дошёл средневековый прогресс, а?

— Вот это техника, — прошептал я.

— А вы, я смотреть, понимать толк в хороший кухня, — раздался голос с акцентом.

Я обернулся. Из-за печи вышел невысокий мужчина с чёрными усами и жёстким взглядом. Его голову венчал белый колпак, а поверх одежды был повязан когда-то белоснежный фартук. Сейчас на нём было множество пятен, которые я уверен, без кипячения не вывести.

— Я здесь главный повар, — сказал он. — Мой имя Пьер. А вы, как я понимать, есть чудо-повар, который пригласить мой хозяин.

— Марк Винтер, — представился я. — Приятно познакомиться.

— Взаимно, — Пьер скрестил руки на груди. — Я вы сказать, что здесь я командовать. Меню утверждено хозяином, запрет на менять! Ваша задача — делать то, что я сказать, и не высовывать.

Последнее слово ему далось заметно сложнее, что я и сам с трудом его понял. Интересные есть порядки. Ладно, в первый раз, что ли?

— Принято, — ответил я без раздражения. — Меню при вас?

Пьер кивнул, протянул лист бумаги.

— Суп-пюре из овощей, — я пробежался глазами по списку. — Жаркое из свинины с гарниром. Овощное рагу. Яблочный пирог.

Банально, без пафоса и выпендрежности, справимся быстро. Я глянул на Пьера и только сейчас понял, что он не понял, зачем меня пригласили. Ведь я не собирался «не высовываться», а вполне себе стать на один день главным на этой кухне.

— Всё просто, — сказал я. — Теперь покажите продукты, мне нужно понять, из чего вы готовите.

Пьер скривился, но махнул рукой на здоровенный стол. Я прошёл ближе и с интересом оглядел все свёртки и мешки. И сморщился сильнее, чем Пьер мгновением назад. Почти все продукты были весьма сомнительно качества. Вот так номер! Теперь понятно, чего Кублицкий был в таком восторге от куска кабана с грибами.

— И вы собирались из этого готовить? Серьёзно? — я всё никак не мог опустить брови, которые застряли на середине лба.

— А что не так? — злобно спросил Пьер. — Вы не знать эти продукты?

— Знаю, — отрезал я. — Из этого нельзя готовить, всё испорчено. Кто, вообще, допустил такой брак на кухню?

— Как вы сметь! — Пьер побагровел. — Я здесь десять лет…

— Десять лет вы кормите хозяев дерьмом, я всё понял, — я бесцеремонно перебил его. — Им надоела ваша стряпня, поэтому они и пригласили меня.

На кухне повисла тишина. Даже помощники повара, которые только-только зашли в помещение, замерли, боясь вздохнуть лишний раз. Напряжение сгустилось вязким соусом, и мы с Пьером впились друг в друга взглядами. Нет, решать нужно сейчас.

— Сегодня хозяин пригласил готовить меня, — сказал я громко, так, чтобы слышали все. — Поэтому я даю указания, а вы их выполняете. Без возражений и без саботажа. Не нравится, можете покинуть кухню сейчас, но если останетесь, я научу вас азам. Вижу, что вам это пригодится.

У поварят вытянулись лица. Они, кажется, впервые видели, чтобы на этой кухне командовал кто-то, кроме Пьера.

— Вы, — я ткнул в главного повара пальцем. — Подите прочь, вы достаточно уже сделали. Хотя, можете постоять в углу и не мешайте. Ваше мнение меня не интересует. А вот хозяину точно будет любопытно, как вы здесь всё устроили.

Пьер открыл рот, чтобы сказать что-то, но сразу же его захлопнул. Потом демонстративно отошёл к окну, сложил руки на груди и уставился на меня ненавидящим взглядом. Спорить не стал, ему это ни к чему, ведь Кублицкий вряд ли экономил на продуктах, значит, повар явно был нечист на руку.

— Я посмотреть, что за ерунда вы тут сделать, — буркнул Пьер.

— Слушайте меня, — сказал я громко, не тратя времени на перебранку с Пьером. — Меня зовут Марк Винтер. Вы будете мне помогать.

Повара переглянулись. Никто не двинулся с места. Пьер хмыкнул и прислонился к стене, всем видом показывая — поглядим, мол, как ты тут распоряжаться будешь.

— Как вас зовут? — спросил я, указывая на русоволосого с длинными руками.

Тот дёрнулся и покосился на Пьера, словно спрашивая разрешения. Повар не удостоил его ответом.

— Пётр, — наконец выдавил парень неуверенно.

— Иван, — буркнул следом коренастый поварёнок с круглым лицом.

— Михаил, — добавил самый молодой с пушком над губой и шмыгнул носом.

— Хорошо. Пётр, Иван, Михаил. С этого момента мы работаем как единая бригада. За каждое блюдо отвечаю я, но без вас не справлюсь. Время поджимает, хозяин ждёт. Начинаем с проверки продуктов и чистых фартуков.

Я думал, сейчас все сорвутся с места. Но вместо этого парни опять замялись. Пётр шагнул было к кладовой, но Иван дёрнул его за рукав и выразительно кивнул в сторону Пьера. Тот стоял молча, но взгляд у него был тяжёлый. Поварята явно ждали его одобрения. Я понял, если сейчас их не переломить, то всё кончится плохо.

Поэтому обвёл их взглядом и заговорил тише, уже без приказного тона:

— Я вас не заставляю. Но скажите честно: долго ещё собираетесь смотреть ему в рот? Сами посмотрите, чему он вас научил? Экономии в минус качеству? Сегодня вы можете не просто мешки таскать — вы можете узнать, как готовят по-настоящему. Хотите попробовать?