Краденые деньги быстро кончились, их следовало раздобыть. Только как? Обокрасть немца? Смешно думать. Это в России родственник доверял ему, а вот немцы к русским относились настороженно. Да и воров в Германии не любили: можно сесть в тюрьму и надолго. Идея пришла сама. Еще в гимназии Евно познакомился с революционерами.
Поначалу их слова увлекли юношу из провинциального местечка, но он скоро разочаровался.
Революция требовала бескорыстного служения идеалам и жертвенности. Ни первое, ни второе Евно не привлекало. Однако с революционерами он дружил — это было приятно и выгодно. Революционеры не страдали шовинизмом, для них еврейское происхождение Евно не имело значения. Они сочувствовали юноше из бедной семьи и всячески помогали ему, в том числе материально. Последнее Евно ценил особо. Поэтому и в Германии свел знакомство с революционно настроенными студентами из России, благо в университете их хватало. Они охотно ссужали единомышленника деньгами, которые Евно не собирался возвращать. Еще чего! В результате деньги давать ему перестали. Тогда Евно предложил услуги Охранному отделению России. Написал письмо, в котором пообещал информировать о революционерах в Германии. В охранке заинтересовались, Евно получил должность агента и жалованье — 50 рублей в месяц. Деньги небольшие, но в Германии жить можно, здесь рубль ценили.
Свои обязанности Евно исправлял с тщанием. Отчеты, которые он слал в Москву, радовали кураторов объемом сведений и правдивостью. Жалованье Евно увеличили.
Одновременно кураторы посоветовали агенту пробиться в руководящие органы эсеров — тогда и платить станут больше. Из всех революционных организаций России эсеры интересовали охранку более всего. Причина крылась в тактике террора, которую исповедовали и осуществляли на практике социалисты-революционеры.
Рекомендацию Евно выполнил — это оказалось нетрудно. Говорить он умел, убеждать — тоже. Идеалисты, которые преобладали в среде эсеров, были доверчивы. А если вдобавок, доказать слова делом… Евно съездил в Россию, где его летучая группа провела несколько удачных терактов, убив двух высокопоставленных чиновников. Цели, как ни странно, указали в охранке. Евно не спрашивал, почему. В верхах шла грызня за влияние и посты.
Алексей 11, в то время сидевший на престоле, делами империи не занимался, сбросив их на плечи приближенных. Те боролись за влияние и расчищали путь наверх руками революционеров. Евно это прекрасно понимал, но не спорил. Ему ведь платили! Жалованье от охранки выросло до тысячи рублей в месяц. Огромные суммы поступали от партии, причем, отчитываться за них не требовалось. Сделал дело, значит, потратил с умом.
Товарищам нужно верить! Такой гешефт Евно нравился. Его счет в банке пух, как на дрожжах. Еще его привлекал риск. Ощущать себя ходящим по лезвию… Это занимало дух и тешило самолюбие. О существовании адреналина Евно не знал, что не мешало ему глотать его ведрами.
Накануне и в годы русско-японской войны летучая группа Евно действовала особенно активно. Высокопоставленных чиновников убивали чуть ли не каждый месяц. Евно первым из руководства террористов понял, что взрывчатка эффективнее кинжала и пистолета, поэтому боевики его группы своих жертв подрывали, что давало блестящий результат.
Разумеется, были жертвы и среди исполнителей, взрывчатка — вещь опасная. Многих арестовала охранка — не без помощи Евно, конечно. Полиции требовалось доказать, что она не зря ест хлеб, получает награды и чины, и Евно сдавал товарищей без угрызений совести.
Во-первых, она у него отсутствовала. Во-вторых, отработанный материал не жалко. Набрать новых дураков не составляло труда — очередь стояла. Террор против властей в среде русской молодежи пользовался бешеной популярностью. Погибнуть за светлые идеалы было мечтой многих. Евно им такую возможность предоставлял. Суд, на котором боевики торжественно излагали свои взгляды, аплодисменты публики, приговор, виселица… В редких случаях — каторга. Примечательно, но никто из сданных Евно боевиков никогда не упомянул о нем на допросах. Своего руководителя боевики обожали. Евно принимал это как должное.
Служить двум господам, да еще так, чтоб были довольны оба, нужно уметь.
Все изменилось со смертью Алексея И! и с восшествием на престол его дочери. Мария радикально почистила верхи власти. Кураторы Евно потеряли посты, многие отправились по этапу в Сибирь. Начались неприятности и у руководителя Боевой организации социалистов-революционеров — Евно к тому времени возглавил ее. Руководству эсеров стало понятно: среди них есть предатель, причем, наверху. Его стали искать, подозрение пало на Евно. Он все отрицал, упирал на заслуги, демонстрировал обиду. Прямых улик против Евно не имелось, и от него отстали. Однако сомнения не исчезли. Евно оставили в партии, но отстранили от дел. Он не расстроился. Гешефт на крови следовало прекращать — слишком опасно. Прикрытие от охранки, как и ее деньги, исчезли, к тому же Евно могли припомнить убийства государственных чиновников. Болтаться в петле не хотелось. От кураторов Евно перепал паспорт на имя Александра Ноймайера, выданный министерством иностранных дел, документ позволял спокойно жить за границей, чем Евно и воспользовался.
Обосновался он в Берлине. Этот город ему нравился. Чистый, спокойный, с вежливыми жителями, с морем ресторанов и кафе-шантанов[28], в которых Евно любил проводить время.
Накопленные деньги позволяли вести жизнь рантье. Евно обзавелся любовницей-певичкой и пустился во все тяжкие. Так продолжалось пять лет, а потом его нашли. Люди, обратившиеся к нему, выглядели серьезно — из тех, разговаривать с которыми следует вежливо — Евно это сразу ощутил. Бурное прошлое выработало в нем звериную интуицию, и та вопила: осторожно! Будь предельно внимателен!
— Господин Ноймайер? — спросил позвонивший в дверь его квартиры мужчина средних лет и с такой же средней внешностью. Только вот штатский костюм не скрывал военной выправки. За спиной незнакомца маячил второй — высокий, мощный, с тупым выражением лошадиного лица. — Мы могли бы поговорить?
Гость сказал это по-немецки, но с заметным акцентом. «Француз? — подумал Евно. — Или англичанин?»
— Проходите! — сказал посетителям, запахивая халат. Был почти полдень, но ночная жизнь Берлина кончается поздно, поэтому звонок разбудил его: Евно едва успел набросить халат. В гостиной гость с военной выправкой и средней внешностью устроился в кресле, а вот его спутник, явно боевик по виду, остался стоять. При этом он настороженно следил за хозяином квартиры, Евно это не понравилось.
— Чем обязан? — спросил, опустившись в кресло.
— Давно жаждал познакомиться с вами, — улыбнулся гость. Улыбка у него получилась неискренней, как будто ее приклеили на лицо. — Вы легендарный человек!
— Всего лишь скромный рантье, — попытался соскользнуть с темы Евно.
— Оставьте, Евно Фишелеви“ ч! — сказал гость по-русски. — Это для немцев вы Ноймайер, мы же знаем о вас все.
Евно ощутил пробежавший по спине холодок. Неужели руководство эсеров прислало к нему убийц под видом иностранцев? А что? Обычный ход. Расслабился он в Берлине, забыл об опасности. И что делать? Пистолет остался в спальне, да и воспользоваться им не позволят. Громила не даст. Вот, как зыркает! Чувствуется опыт.
— Кто это «мы»? — спросил Евно осипшим голосом.
— МИ-6. Слышали о такой?
— Британская разведка? — уточнил Евно.
— Именно, — подтвердил гость.
— И зачем я вам? — спросил Евно, ощутив, как с души падает камень. Британцы его убивать точно не станут.
— Хотим предложить сотрудничество. На выгодных условиях, — уточнил гость.
— Насколько выгодных? — заинтересовался Евно.
— Будете довольны.
— Я хотел бы знать сумму, — покачал головой Евно. — Валюту, сроки и способ оплаты.
Гешефт расплывчатых формулировок не терпит, Евно это прекрасно знал. Следующие полчаса они с гостем яростно торговались. Разговор шел по-русски. Боевик этого языка не знал, поэтому стоял со скучающей миной на лице. То, что его услуги не понадобятся, он понял. Наконец, стороны ударили по рукам. Евно написал обязательство работать на МИ-6, получил аванс в десять тысяч марок, пароли и имя связника. Расстались они довольные друг другом, при этом Евно чувствовал, что англичанина он надул. Тот явно преувеличивал возможности завербованного агента — сказалась слава лихого боевика. МИ-6 в это время делала первые шаги[29], и ей не хватало опыта, а вот у Евно он имелся. Согласно заключенному с англичанами соглашению ему следовало перебраться в Москву, восстановить связи в среде революционеров и снабжать британскую разведку нужной информацией. При необходимости проводить акции в ее интересах.