— Кто же не знает этих остроухих тварей? Как вообще Вассха могли держать его в своём гнезде? Это их счастье, что они уже мертвы, иначе позор лёг бы на прайд до самого последнего колена. Убей его, вождь, убей, пока оно не открыло рот. Всё, что говорит остроухий — это отрава. Они плетут слова, и слова эти прорастают в голове у слушающего.

— Убей его, — тут же громко потребовал Кхарга. — Мёртвая тварь согреет сердце!

— Не слушай этих рогатых, господин белых людей, — негромко сказало существо. — Я знаю, кто ты, Помеченный богами. Я ждал тебя. О, знал бы ты, сколько лет я ждал тебя.

Я даже понять до конца не успел, что говорит мне этот непонятный человек или не человек, когда яркая точка в центре города вспыхнула и больно ударила по глазам. И в тот же миг ровно над зиккуратом появилась фигура, окутанная голубым сиянием, которое стекало с плеч и рук целыми полотнищами. Фигура висела, раскинув руки и запрокинув голову, и во все стороны от неё шла волна ужаса и желания упасть на колени, задавливая волю каждого живого существа рядом.

Князь демонов, практик уровня закалки ядра, прошёл по мокрому пути и оказался здесь в тот момент, когда мы были к этому совершенно не готовы. И я впервые вживую за всю свою жизнь видел практика той ступени, о которой обычно говорили чуть ли не шёпотом. Потому что всё, что я умел, и всё, к чему готовился и развивался, все мои хитрые планы, бомбы — всё это было всего лишь детские игрушки, которые были рассыпаны на полу перед взрослым, пришедшим навести порядок.

Кричать, командовать о том, чтобы отступали и уходили через портал, было поздно. Давление на сознание было настолько сильным, что я просто не представлял, что творится с практиками, которые гораздо слабее меня. Зато одна мысль оставалась в моей голове, и она была связана с тем, что я ведь, по сути, ничего не успел сделать, только начал и погиб в самом начале своего восхождения. Было обидно.

Смотреть на сияющую фигуру было невозможно, но чувства работали на всю катушку. Сияние вокруг князя начало сгущаться, оформляясь в энергетический доспех, защищая окончание перехода на территорию города и приближая мою смерть и смерть моих людей.

И тогда я уцепился за единственный шанс, который только мог быть. С помощью Живой Сети добрался до сознания Скобы, чувствуя, как парень поражён происходящим до ужаса и стоит на коленях, совершенно не понимая, что происходит. Я перехватил управление над ним и, против его воли, чуть ли не ломая ему кости, навёл рельсотрон, который уже был заряжен и готов к выстрелу, на князя и нажал на спуск, выдавливая из себя последние остатки собственной воли.

Выстрела никто не слышал, ядро на огромнейшей скорости пробило голубое сияние. И то, что буквально мгновение назад было князем, целым практиком закалки ядра и, по сути, богом этого подземного мира, разлетелось над зиккуратом ошмётками, в которых не осталось ничего целого. Только кровавая пыль и последние нити света, гаснущие, втягивающиеся в пустоту.

И тут у меня из глотки вырвалось против воли.

— Выкуси, ублюдок. И кстати, какой это был калибр?

Дуб, Гвоздо, Тарн и ещё с десяток командиров моих войск сидели за столом и опустошенно молчали. Последние трое суток никто из нас практически не спал, и сейчас можно было подвести общий итог того, что сделал Скоба и чем это в общем обернулось. Я же постарался максимально дистанцироваться от инженера, так чтобы именно за ним остался ореол убийцы князя демонов, и именно его восхваляли и гордились им бойцы секты. Никто не должен был знать, что это я с помощью Живой Сети управлял его телом и решениями, несмотря на весь тот ужас, который пришёл вместе с практиком закалки ядра. Потому что, буду честен, управление чужим телом — это уже за гранью.

— А где Рен? — спросил я.

— Отряд заканчивает сборы, он подойдет немного позже, — отчитался за своего командира его заместитель по имени Корень.

— Хорошо, — кивнул я. — Ладно, мы можем подвести итог событий последних дней и без него, всё равно он попал уже под самый финал. Гвоздо, ты сейчас, как главный по сбору, перечисли, пожалуйста, список трофеев, а то не все ещё в курсе.

— Да, мастер, — Гвоздо поднялся, тяжело вздохнул, обвёл всех взглядом и начал потихоньку рассказывать. — Всего в итоге этой резни мы получили двадцать девять тысяч сто сорок восемь демонических ядер. Ребята пересчитывали несколько раз, но количество именно такое. Также было собрано оружие, более ста двадцати тысяч единиц. Доспехов тоже почти сорок тысяч единиц. Ресурсами, я уж не знаю, как это считать, тоннами?

— Тоннами.

— Ну тогда как минимум около семисот тонн разнообразных ресурсов, ценностей и всего, что может пригодиться секте на поверхности, — здесь Гвоздо запнулся, но потом продолжил более уверенно. — Если честно, то подсчёт по весам здесь просто не вёлся, только по общему объёму и на взгляд. Так что разброс может быть гораздо больше.

Наше совещание проходило возле портала на террасе в моём старом шатре. Крепость Вассха мы так в итоге и не стали занимать, смысла в этом никакого уже не было. Сейчас внизу поток муравьёв в виде бойцов, тяжело нагруженных, вытаскивали через телепорт награбленное добро и уходили на ту сторону. Здесь нам больше делать было нечего.

А стоило мне подумать над масштабом того, что мы совершили, у меня шерсть вставала на загривке.

Когда рельсотрон разнёс князя в кровавую пыль, я ждал чего угодно: что демоны в ярости за своего господина плюнут на все свои заморочки и атакуют нас, и сотрут с лица земли, но реальность оказалась гораздо страшнее. Весь город в один миг сошёл с ума.

Иначе никак нельзя было объяснить страшный и истошный вой, который раздался через несколько секунд после смерти князя. Они сбрасывались со стен вниз, убивали сами себя, выли, раздирали лица когтями либо сходили с ума, начиная убивать своих собственных соратников. Настоящее безумие, которое лишило последних остатков разума всех, кто находился на территории демонического города.

Что и говорить, мне для того, чтобы людей привести в порядок, пришлось очень серьёзно напрячься и воспользоваться Живой Сетью для того, чтобы они могли шевелиться и вернуться в состояние, которое было до критического момента. Сколько энергии я на это потратил, даже страшно было подумать. Но я справился, и тогда мы провели первое короткое заседание — совещание, задачей которого было собрать всех бойцов, кого только можно, и штурмовать крепости.

И здесь не помогал даже тот факт, что мои бойцы умели драться, не раз стояли в строю и считают демонов своими врагами, — даже они сдавались и не могли добивать безумцев, которые сидели на земле и не поднимали оружия. Многие спотыкались, замирая на полпути и не убивая беззащитных демонов. Поэтому мне снова пришлось воспользоваться своим навыком для того, чтобы загасить жалость и эмоции и превратить своих солдат в настоящие живые механизмы, работающие только на одно. Я обещал себе быть осторожным с этой силой, и так получилось, что обещание пришлось нарушить практически сразу, записав огромный долг перед собственной совестью, хотя счёт там и так уже был достаточно длинный.

В течение двух суток мы взламывали оборону крепостей противника, практически не встречая сопротивления. Хотя какой взламывали⁈ Скорее, заходили и проливали реки крови, прямо как сами демоны на поверхности. Во всяком случае, организованного сопротивления не было ни в одной из крепостей. Не считать же за что-то серьёзное атаки безумцев, смысл которых был погибнуть на копьях и под рунными бомбами. И это была, по сути, страшная резня, затянувшаяся на десятки часов.

Сначала с помощью дырокола и ставшего героем всего отряда Скобы пробивались проломы и разрушались ворота, а потом в них уже действовала пехота. К сожалению, с союзниками нам пришлось распрощаться. Безумие постигло их так же, как и всех остальных. Но, запершись в крепости и убивая там сами себя, они тем самым ограничили шанс того, что люди воспользуются этим и прикончат вырвавшихся наружу. Ашши и старый демон со своими охранниками, связанные, лежали в шатре, но при этом так же, как и всё население демонического города, пытались развязаться лишь для того, чтобы попытаться покончить с собой. Я постарался сохранить им жизнь и с их помощью разобраться в том, что происходит. Правда, удалось это не сразу. Разум у демонов включался очень долго. Понадобилось много времени, прежде чем я смог поговорить с дочерью князя.