Неведомые прежде чувства нахлынули на Се'Недру. Так хорошо ей еще не было. Она держала ребенка, крепко прижав к груди, и касалась щекой его светлых кудрей, испытывая непреодолимое желание покачать малыша или спеть ему колыбельную.

– …Надо спешить, – продолжал доказывать Белгарат Гориму. – Даже с помощью Релга до сендарийской границы добираться больше недели. Учти, придется пересекать всю страну, снега в Сендарии в это время года выпадает много. Потом море Ветров в это время неспокойно, а от Сендара до Райве плыть да плыть.

Слово «Райве» вывело Се'Недру из забытья. С того самого момента, когда они с Джиберсом выбрались из императорского дворца Тол Хонета, одна мысль не давала ей покоя: она ни за что не поедет в Райве. Со стороны могло показаться, что она смирилась с ударом судьбы, однако такое молчаливое согласие было всего лишь уловкой. На сей раз она займет жесткую позицию. Причины такого решительного нежелания выполнять этот пункт во-мимбрского соглашения она сама не понимала. За столь короткое время произошло так много… но одно было ей совершенно ясно: она не поедет в Райве. Из принципа.

– Я уверена, что, когда мы окажемся в Сендарии, я смогу пробраться в толнедрийский гарнизон, – сказала она беспечно, словно вопрос был уже решен.

– А почему ты хочешь сделать это, дорогая? – спросила леди Полгара.

– Как я уже говорила, я не поеду в Райве, – ответила Се'Недра. – Легионеры наверняка вернут меня в Тол Хонет.

– Возможно, тебе следовало бы навестить отца, – спокойно предложила Полгара.

– Вы хотите сказать, что отпустите меня просто так?

– Я ничего не хочу сказать. Я уверена, мы сможем найти корабль, отправляющийся в Тол Хонет в конце весны или в начале лета. Между райвенами и империей идет широкая торговля.

– По-моему, вы меня не правильно поняли, леди Полгара. Я сказала, что не поеду в Райве – ни при каких обстоятельствах.

– Я слышала тебя, Се'Недра. Ты ошибаешься. Ты поедешь в Райве. Тебе там назначена встреча, помнишь?

– Нет! – Голос Се'Недры повысился на две октавы.

– А я сказала – да, – обманчиво спокойным голосом произнесла Полгара, но в нем уже прозвучал оттенок металла.

– Я решительно отказываюсь ехать, – заявила принцесса. Она хотела еще что-то добавить, но в это время крохотный пальчик коснулся её рта. Спящий ребенок во сне протянул руки к её лицу. Она в раздражении дернула головой. – Я уже не раз вам говорила, что не обязана… – Ребенок снова коснулся её губ и сонными глазами уставился на нее. Этот пристальный взгляд вселял уверенность и спокойствие. Се'Недра забыла, что хотела сказать. – Я не отправляюсь на остров Ветров, – запинаясь, произнесла она, – и точка.

– Кажется, мы не раз и не два беседовали на эту тему, – напомнила Полгара.

– Вы не имеете права… – её мысли опять начали путаться под взглядом голубых глаз ребенка… таких голубых, что от них невозможно оторваться. У принцессы появилось ощущение, что она тонет в этих невероятного цвета зрачках. Но она тряхнула головой и попыталась взять себя в руки. Не в её характере было уступать в споре. – Я не хочу публичных унижений, – заявила она. – Я не буду стоять в зале райвенского короля, как нищая, а олорны будут давиться от смеха, глядя на меня. – Уже лучше. Секундная заминка успешно преодолена. Се'Недра снова машинально взглянула на ребенка, и вся её уверенность опять испарилась – У меня нет даже подходящего платья, – жалобно добавила она и спохватилась: «Что я несу?»

Полгара молчала, наблюдая большими мудрыми глазами за теряющей уверенность принцессой. Се'Недра опять сбилась, её возражения становились все менее и менее убедительными. Продолжая по инерции спорить, она уже осознала, что у неё нет действительно веских причин не отправляться в Райве. её отказ выглядел несерьезным, даже детским. Ради чего она подняла такой шум? Маленький мальчик, сидящий на коленях, улыбнулся, как бы подбадривая её, и, не в силах больше сдерживаться, она улыбнулась в ответ. Вся её оборона рухнула. Но она решила сделать последнюю попытку и произнесла:

– Что ни говорите, леди Полгара, а это всего лишь дурацкая формальность Меня никто не ждет в зале райвенского короля… меня некому ждать. Род Райвенов вымер. – Она отвела глаза от лица ребенка. – Мне так уж нужно ехать?

Полгара, продолжая молчать, кивнула.

Се'Недра тяжело вздохнула. Все эти пререкания показались ей теперь совершенно бессмысленными. Почему она упиралась из-за простой поездки, в которой нет ничего опасного? Если это принесет людям радость, к чему упрямиться?

– Ну хорошо, – сдалась она. – Если это так важно, пожалуй, я могу отправиться в Райве. – Сказав это, она почувствовала, будто камень свалился у неё с души. Ребенок снова улыбнулся и заснул. Охваченная необъяснимым чувством счастья, принцесса прижалась к кудрявой головке и принялась качать его, тихо напевая.

Часть 2

Глава 9

Снова Релг вел их тихим и темным царством пещер, и снова Гарион возненавидел это царство мрака и безмолвия. Казалось, минула вечность с тех пор, как они оставили Пролгу, где Се'Недра долго, со слезами прощалась с немощным Горимом. Принцесса последнее время вела себя очень странно; Гарион постоянно думал о ней, спотыкаясь в пахнувшей плесенью темноте. Поведение принцессы изменилось, немного, едва заметно, что не могло не волновать Гариона.

Наконец после бесчисленных дней блуждания по темным извилистым галереям через узкий и заросший кустарником проход в стене крутого ущелья они вышли в царство света и простора. Шел снег. Крупные редкие снежинки мягко опускались на землю в неподвижном воздухе.

– Ты уверен, что это Сендария? – спросил Бэйрек Релга, когда они продирались сквозь кустарник, росший у входа в пещеру.

Релг пожал плечами, надвинул на глаза повязку, предохраняющую лицо от яркого света, и ответил:

– Мы больше не в Алголанде.

– Помимо Алголанда полно других мест, Релг, – раздраженно бросил Бэйрек.

– Похоже, Сендария, – заметил король Чо-Хэг, приподнимаясь в седле и глядя на кружащийся в воздухе снег. – Никто не может сказать, сколько времени?

– В такой снег трудно это определить, отец, – ответил Хеттар. – Лошади считают, что около полудня, но у них представление о времени несколько неточное.

– Просто замечательно! – иронически произнес Силк. – Нам не известно ни место, ни время. Ничего себе начало!

– Это не так важно, Силк, – устало возразил Белгарат. – Нам нужно только двигаться на север. В конце концов выйдем на Великий Северный путь.

– Отлично, – ответил Силк. – А где север?

Гарион пристально посмотрел на дедушку, выехавшего на заснеженную равнину. Лицо старика избороздили морщины, под глазами появились темные круги. Несмотря на две недели отдыха в Стронгхолде и заверения тети Пол, что отец готов к переезду, Белгарат явно не оправился от болезни.

Когда все выехали из пещеры, были надеты теплые плащи и подтянуты подпруги, чтобы двигаться дальше.

– Неприветливые места, – заметила Се'Недра, критически поворачивая голову направо и налево.

– Это горная страна, – поспешно ответил Гарион, вставая на защиту родного края. – Не хуже, чем горы восточной Толнедры.

– Я не говорила, что она плохая, – резко поправила его принцесса.

Проехав несколько часов, они услышали стук топоров, который доносился из леса.

– Дровосеки, – предположил Дерник. – Я узнаю у них, в каком направлении нам ехать. Вскоре он вернулся с кислым видом.

– Мы едем на юг.

– Я так и думал, – съязвил Силк. – А спросил, который сейчас час?

– Скоро стемнеет, – ответил Дерник. – Лесорубы говорят, что если свернуть на запад, то можно выехать на дорогу, которая ведет на северо-запад, а та, в свою очередь, приведет к Великому Северному пути. До него около двадцати лиг.

– Надо успеть до темноты отыскать эту дорогу, – сказал Белгарат.

Четыре дня ушло на то, чтобы выбраться из гористой местности, и еще пять дней, чтобы через необжитую восточную Сендарию добраться до озера Салтурн, на берегах которого стояло много деревень.