— Знаешь что, возьми это всё с собой, это одна из моих разработок, но пока не рабочая. Может быть, там я придумаю, как довести её до ума.

— Как скажете, господин.

Я ещё раз окинул взглядом свою комнату. Оружие я сложил, одежды у меня не так много, и её тоже сложил, предметы гигиены тоже закинул, яды и разную алхимию тоже, по крайней мере, мой мелкий набор юного отравителя. Вроде бы ничего не забыл.

— Ладно, Лука, на всякий случай пройдись ещё раз по дому и посмотри, чтобы ничего не забыли. По возможности сходи на кухню и возьми сухпайка...

— Сух... Чего?

— Продукты, которые не испортятся в дороге.

— А, понял, господин, сделаю.

— Молодец, а мне надо будет сейчас съездить кое-куда. Ты знаешь, если что — докладываешь мне.

— Да, господин. — Парень поклонился, а я направился в комнату своей непоседы.

Подойдя к её двери, я постучал, дождался ответа и вошёл. Эли сейчас носилась по комнате вместе с Линой, пытаясь понять, что они забыли или не забыли. Кстати, Лина тоже изменилась за это время. Из той мелкой худощавой девчонки она уже начинает вырастать в довольно приличную девушку. Возможно, она станет неплохой красавицей. Её светлые волосы были заплетены в длинную тугую косу, а веснушки на лице стали более выразительными и придавали ей какой-то шарм. По ней видно, что она очень старается подражать моей сестре. Она фактически не отходит от неё и старается быть для неё если не подругой, то хотя бы отличной служанкой. В общем, я рад, что эти ребята знают, что такое благодарность, и, видимо, не зря я избивал тех стражников, чтобы вытащить их.

— Эли, надеюсь, ты готова?

— Да, можем ехать, Лина, ты можешь пока отдохнуть. Думаю, мы с Тогрином вернёмся ближе к вечеру.

— Как прикажете, госпожа.

— Лина, сколько раз я просила тебя не называть меня госпожой, лучше просто по имени.

— Простите, леди Элинор, но боюсь, если я так буду к вам обращаться, ваша матушка с меня шкуру спустит.

— Ну хотя бы когда мы наедине, и при Тогрине тоже можно.

— Хорошо... Элинор.

Мы с сестрёнкой направились к выходу, где нас уже ждал экипаж. Но не только он.

— Сынок, отойдём? — спросил у меня отец.

— Да, конечно, без вопросов.

Отец, как всегда, был в своём неизменном камзоле. Иногда мне казалось, что он в нём спит, потому что без него я его фактически не видел. Элинор направилась в экипаж, а мы с отцом чуть отошли в сторону.

— Что-то случилось? — спросил я, не став ходить вокруг да около.

— Да просто хотел сказать, что может не обязательно так торопиться...

— Отец, если что, мы выезжаем утром, а сейчас мы с Эли просто едем в город, чтобы купить некоторые продукты в дорогу, — и здесь я фактически не врал, дворецкий действительно отправится в город после того, как завезёт нас.

— Да я не об этом, я имею в виду, может побудешь ещё дома, всё же мне хотелось, чтобы ты побыл с нами... — Видно, что этот разговор даётся ему нелегко, кажется, он не хочет меня отпускать, но всё же не противится.

— Отец, ты прекрасно знаешь, как здесь ко мне относятся, да и необходимо мне налаживать собственную жизнь, ведь ты понимаешь, что когда брат станет главой семьи...

Но меня перебили.

— Сынок, это всё пройдёт, твой брат одумается, — а после тихо добавил — надеюсь...

— Отец, я не знаю, что вообще происходит, но мать какая-то... странная, — хотел сказать «сумасшедшая», но вовремя прикусил язык.

— Я заметил, что с ней творится действительно что-то не то. Я уже вызвал лекарей, скоро они должны будут приехать и её осмотреть, ну скорее всего к тому времени ты уже уедешь. Ты главная как устроишься на месте обязательно мне напиши, если тебе не будет хватать денег, опять же пиши, если что не так возвращайся домой...

— Отец, не стоит, я могу о себе позаботиться.

— Я знаю, просто ты как-то рано вырос, да и всегда мне казалось, что ты уже взрослый, просто сынок знай, если что ты всегда сможешь вернуться и я буду рад тебя видеть.

От его слов мне потеплело на душе, приятно, когда о тебе заботятся, ведь в прошлой жизни я не познал толком радости от родителей, детский дом этому не сильно способствует, но сейчас всё же чувствуется какая-то опора, хотя фактически всегда я привык доверять только себе. Всё-таки этот человек заслуживает моего доверия, и в последнее время мне даже не стыдно назвать его отец, или даже папа.

— Спасибо, я это очень ценю, но хочу предупредить приглядывай за братом, что-то он мне в последнее время не очень нравится, если что напиши мне.

— Хорошо, Тогрин, — видно, как он тяжело вздохнул, а после произнёс — знаешь, я бы хотел вас проводить завтра с Эли, но к сожалению у меня встреча...

На моём лице выползла улыбка.

— Дела семьи?

— Они самые сынок, сейчас договариваюсь с одним бароном о закупке большой партии вина, чтобы потом его перепродать.

Как же приятно видеть, когда люди меняются к лучшему!

— Ладно, отец, я понимаю, что мы с тобой больше не увидимся.

— Не говори так, сынок, мы обязательно встретимся, но не сегодня и не завтра, и, скорее всего, не в ближайшие дни.

— Хорошо, тогда удачи тебе, отец.

— И тебе, сын, береги Элинор.

На его слова я лишь кивнул, повернулся и отправился в экипаж. Сейчас на мне была обычная повседневная одежда: рубаха, плотные кожаные штаны и высокие сапоги из кожи, а также жилетка, под которой скрывались шесть метательных ножей, подаренных мне отцом на день рождения. Эти ножи были намного лучше тех, что я приобретал сам. Мой старый набор сейчас находился в небольшом сундучке, который тоже поедет со мной.

Забравшись в карету, мы двинулись в путь. Как ни странно, дорога до склепа занимала совсем немного времени. Это было лучше, чем идти пешком, поскольку не возникали лишние вопросы о том, куда мы ходим.

Добрались до склепа мы как всегда без происшествий. Отправив дворецкого дальше в путь, мы начали спускаться вниз, где нас встретил зомби... Во фраке дворецкого. От этой картины мы с Элли даже немного зависли.

— Эм, а это нормально? — спросила девушка.

— Да фиг его знает, Эли...

Тут раздался голос из глубины склепа:

— Ну и что вы там застыли, давайте проходите.

Мы с ней начали идти по коридору и увидели, что обстановка снова заметно изменилась. Светильники стали более яркими, ковёр, который вёл в глубь склепа, был новым, а большинство крипт сейчас были накрыты тканью. Или же, как только увидела лича, тут же бросилась его обнимать. Он даже придержал свою челюсть одной рукой, потому что такое уже происходило несколько раз, когда она отваливалась во время объятий Эли.